Политики и философы

Третий, заключительный этап гуманистического движения – конец XV – начало XVI в. В это время гуманистическое движение вышло за пределы итальянских городов-государств, начало приобретать характер общеевропейского культурного движения.

Рис. 200 [Илл. – Витторе Карпаччо. «Портрет дворянина». (Storia dell'arte, т. 2 стр. 637 рис. 865)]

В каждой стране гуманистическое движение реализовывалось в соответствии с политическими и общественными условиями. В Германии гуманизм развивался в тесной связи с народной культурой, немецкие гуманисты стали активными деятелями немецкой Реформации. В Англии, как и в Италии, гуманисты в это время принимали деятельное участие в управлении государством. В той же Англии, где борьба против католицизма носила поистине государственный характер, гуманизм развивался без оглядок на католические доктрины. В этой стране была создана великолепная естественно-научная школа.

В этот период идеология гуманизма сформировалась окончательно. Движение достигло своего максимального расцвета и разнообразия. В Италии центром гуманистического движения оставалась Флоренция. Там в 1462 г. под патронажем Лоренцо Медичи была создана Платоновская Академия – объединение гуманистов, очень скоро превратившееся в самостоятельную и крайне оригинальную философскую школу. Главой этой школы был Марсилио Фичино. В Европе того времени не нашлось бы большего знатока и поклонника учения Платона, чем Фичино. Его перу принадлежали первые в Европе переводы Платона и философов платоновской школы с греческого на латынь. В Платоновской Академии, основанной Фичино, занимались преимущественно проблемами этики и разума. Политический аспект отошел в ученых изысканиях на второй план. Некоторые из членов Академии и их сторонников принимали участие и в политической жизни, но общественный накал флорентийского гуманизма к последней трети XV в.

Марсилио Фичино (1433 – 1499) – итальянский гуманист, основатель философской школы флорентийского неоплатонизма.

Рис. 201 [Илл. – Рафаэль. «Афинская школа». (Storia dell'arte, т. 3 стр. 16 рис. 10)]

В трудах гуманистов конца XV в. (не только в Италии, не только среди членов Платоновской Академии) культ человеческого разума вышел на первое место. Способность человека познавать окружающий мир превозносилась гуманистами как высшее благо. Соответственно, изучение естественных наук и занятия философией приобретали иной смысл, нежели ранее. Помимо деятельной жизни (vita activa), способом достичь морального идеала теперь стала и жизнь созерцательная (vita contemplativa). Несомненно, свою роль сыграли невероятные успехи гуманистической культуры, получавшей все более широкое признание.

Рис. 202 [Илл. – Микеланджело. «Сотворение человека». Фрагмент фрески в Сикстинской капелле. Рим, Ватикан. (Renaissance, стр. 160-161)]

Фичино и его соратникам принадлежит поистине революционная для европейской культуры мысль об уподоблении человека богу. Формально, она находилась в русле христианской традиции – ведь в Библии было сказано, что бог создал человека «по образу и подобию своему». Одним из самых распространенных тезисов гуманизма был тезис о творческой деятельности человека. Эти два тезиса Фичино объединил самым оригинальным образом. Согласно его учению, человек подобен богу не только внешне, но и внутренне. Именно способность творить уподобляет человека Творцу. Создавая произведения искусства, философские произведения – словом, творя нечто, человек через акт творения напрямую уподобляется богу.

Вокруг последнего утверждения Фичино строил свою сложную философию – антропоцентрическую, в отличие от теоцентрической средневековой философии. Человек, согласно его учению, является связующим звеном в мировой иерархии. Будучи причастна мировой душе (фичиновскому аналогу бога), душа человека обладает неограниченными способностями к познанию мира.

Марсилио Фичино всем своим творчеством стремился сблизить античную философию и христианское вероучение, приходя к этому весьма изощренными путями. Бессмертие души он обосновывал чисто рациональными аргументами. Поскольку душа обладает неограниченными способностями к познанию, ее познавательная деятельность не может быть ограничена рамками земного существования человека. Другой тезис средневекового христианства – о пренебрежении земными благами – также был трансформирован Фичино с учетом его гуманистического образования и сильных общественно-политических традиций гуманизма. Фичино отдает предпочтение созерцательной жизни перед деятельной. Однако он не отрицает материальные блага – лишь призывает относиться к ним спокойно. Главная ценность для человеческого ума – возможность самопостижения. В одном из трактатов Фичино писал: «Удовольствуемся, однако, деятельностью ума, которая не зависит от внешних обстоятельств, но пребывает в себе, не ожидая награды, ведь наградой служит получаемое ею наслаждение». В принципе, это достаточно близко к идеалу созерцательной жизни христианского отшельника, однако Фичино вовсе не стремился примирить гуманизм и христианство.

По поводу и без повода

Марсилио Фичино был возможно самым «языческим» из всех философов-гуманистов. Его фигура в интеллектуальной жизни Италии конца XV в. была слишком значительна, чтобы флорентийский философ мог опасаться преследований со стороны церкви. Возможно, именно из стана схоластов вышла одна история, связанная с годами молодости Фичино.

По одному свидетельству начала XVI в.

Важную часть философии Фичино занимает теория любви, сформированная под сильнейшим влиянием философии любви Платона, а никак не христианских догматов. Человек, согласно Фичино, есть гармоничное сочетание души и тела. Ни телесное начало (осуждаемое церковью), ни духовное в отдельности не могут достичь гармонии. Идеалом для человека должно служить обретение счастья в земной жизни и высшего интеллектуального блаженства в посмертном существовании. Чувственное начало у Фичино ни в коей мере не подвергается осуждению, напротив – оно является неотъемлемым элементом на пути к достижению гармонии. Единственная оговорка, которую делал Фичино – соблюдение разумной меры в стремлении как к духовному, так и к плотскому.

Подтверждением своей философии Фичино видел расцвет естественных наук, торжество человеческого разума. Книгопечатание, открытия европейских ученых, расцвет искусств виделись ему лучшим доказательством приближения «золотого века» человеческой цивилизации.

На фоне развития идеалистических тенденций в гуманизме, в конце XV – начале XVI в. происходили крайне напряженные политические события. В этот период некоторые гуманисты вновь обратились к общественно-политическим проблемам. Но, в отличие от гуманистов начала и середины XV в., они не были единодушны в подходах к современным им проблемам и в способах решения. Идеалистическая тенденция, заложенная Бруни и Пальмиери, на время уступила место прагматизму. В начале XVI в. флорентийский политический деятель Никколо Макиавелли выпустил трактат под названием «Государь», в котором изложил новую, полностью сформированную политико-философскую доктрину.

Рис. 203 [Илл. – Никколо Макиавелли. (Renaissance, стр. 88)]

На долю Бруни и Пальмиери выпали годы последнего взлета и незаметного падения Флорентийской республики. Макиавелли формировался как ученый в годы тирании Лоренцо Медичи. Те же процессы, что во Флоренции, шли в это время и в других городах и странах Европы. Повсюду к власти приходили сильные личности, добивавшиеся успеха благодаря своим личным качествам и всеми способами удерживавшие власть. Пропаганда этики как двигателя политики не привела ни к чему. В современной Макиавелли реальности не этика формировала политику, а политика формировала этику.

В соответствии с этим, Макиавелли начал выстраивать собственную концепцию государства, уделяя первоочередное внимание личности правителя. Фактически, он вывел прежние этические идеалы за рамки политики, сделав последнюю самодостаточным явлением. Правитель может быть плох или хорош не в зависимости от того, насколько он жесток или справедлив по отношению к подданным, но лишь в зависимости от того, насколько прочна его власть и насколько сильно созданное им государство. Править государством можно либо мягко, либо жестко. И в том, и в другом случае правителя подстерегают всевозможные опасности, грозящие распадом государства. Впрочем, основываясь на политических реалиях своего времени, Макиавелли все же отдавал предпочтение силе, поскольку устрашение сильнее воздействует на умы, нежели доброта.

Политическая философия Макиавелли – прагматизм, не скованный моральными рамками, впоследствии была многократно раскритикована как образец безнравственности. Отчасти это справедливо. Но необходимо помнить, что Макиавелли с самого начала исключил нравственность из числа категорий, которыми оперирует политик. Его трактат «Государь» в первую очередь является зеркалом эпохи, в которой жил этот мыслитель. Макиавелли, несомненно, хотел написать нечто вроде наставления (по форме, это и есть наставление), на деле же получилась скорее хроника формирования различных государственных образований начала XVI в.

«Государь» стал переломным этапом в развитии гуманизма.

Миновав пик своего развития, гуманистическое движение в XVI в. оказалось в заложниках у собственных идеалов. Относя себя к интеллектуальной элите общества, гуманисты были плохо защищены от этого общества. Единственной средой, где они могли продолжать исследования, писать трактаты и поэмы, были дворы государей, описанных Макиавелли, и дома щедрых меценатов. Постепенно гуманистическое движение выродилось в одну из ветвей европейской придворной культуры. В конце XVI в. французский и итальянский маньеризм воспринял все эстетические идеалы гуманизма, включая и восхищение античностью, однако заимствовал лишь форму.

Но уже в начале XVI в. церковь с новой силой обрушилась на гуманистов. Поводов к этому было более чем достаточно. Итальянские философы открыто проповедовали теории, имевшие мало общего с христианством и более всего близкие к пантеизму (та же философия Фичино). В Германии и Англии гуманисты выступили открытыми противниками католической церкви. Но главная ярость богословов обрушилась не на «политиков» – тех, кто открыто противостоял им, а на «философов». В XIV в. богословы клеймили писания язычников, но не тех, кто изучает эти писания. В XVI в. все было наоборот. Философов-гуманистов открыто называли «пособниками дьявола» и «патриархами еретиков».

Но в этой связи возникала серьезная проблема. Церковь уже успела признать, что и в произведениях «язычников» есть некое разумное зерно. И выступления против гуманистов могли обернуться критикой церкви. Тогда схоласты заявили, что даже при наличии полезных суждений у философов (и античных, и современников), сами философы владеют истиной не по праву, и надлежит лишить их этого знания.

Наконец, почувствовав ослабление гуманизма, церковь перешла к решительным действиям. Папа Адриан VI в начале XVI в. повел активные репрессии против гуманистов, а Тридентский церковный собор призвал к сожжению книг еретических сочинителей и «языческих философов». Фактически, на этом гуманистическое движение прекратило свое существование.

Тридентский церковный собор (1547 – 1563) –последний из крупных церковных соборов XVI в., утвердивший католическую догматику в неизменном виде и провозгласивший борьбу с ересями и инакомыслием.