Стремление к сотрудничеству и компромиссам
Последние годы, особенно рубеж 80—90-х, были отмечены заметными изменениями на континенте именно в этом плане. Враждующие стороны в странах, разрывавшихся, казалось бы, непримиримыми противоречиями и ведших между собой многолетние регулярные или партизанские боевые действия, начали искать путь к примирению.
Решительные шаги по такому пути делает многострадальная Ангола, хотя результатов пока мало. Большего успеха добились правящие круги Мозамбика. Успешно завершилась долгая партизанская война за освобождение Намибии, причем завершилась не в результате победы одной из сторон, а в ходе поиска мирного и удовлетворившего обе стороны решения проблемы. Все три примера — знамение времени, того самого времени, параметры которого были обусловлены ликвидацией противостояния двух миров в связи с крахом марксистско-социалистических режимов в одном из них. В этом смысле можно сказать, что поиски компромисса и прекращение внутренних войн в ряде стран Африки —дай не только Африки, вспомним Никарагуа,— явились результатом генерального изменения баланса сил в мире в связи с крахом идеи мирового коммунизма. —-впрочем, стремление к компромиссу, пусть не в такой степени, проявляло себя и раньше, начиная с конца 70-х годов, когда в Лондоне за стол переговоров сели и достигли приемлемого результатавраждующие стороны в стоявшем на грани внутренней войны Зимбабве. Завершились связанные с сепаратистскими выступлениями войны в Нигерии и Заире. На рубеже 80—90-х годов стало ощущаться постепенное затихание вооруженных конфликтов в Восточной Африке (Эфиопия — Сомали — Судан). Разумеется, нет оснований предаваться эйфории, но тенденция все же ощущается достаточно определенно: количество войн и конфликтов заметно снизилось, многие из них сошли на нет. Количество компромиссов и заметная тяга к решению проблем путем мирных переговоров нарастают. В общем это может быть определено как некий поворот континента в сторону сотрудничества — сотрудничества ради выживания.
На этом фоне совершенно по-иному выглядят сегодня и проблемы ЮАР.
Еще совсем недавно воинственные группы из АНК и так называемые прифронтовые государства, окружающие ЮАР, делали откровенную ставку на конфронтацию. ЮАР в ООН подвергалась осуждению и бойкоту. И хотя многое в этой политике было справедливо, ибо апартеид как режим для XX в. решительно неприемлем, сам способ решения проблемы представлялся, очевидно, бесперспективным. ЮАР была заведомо сильнее всех прифронтовых государств, вместе взятых, вкупе с АНК, не говоря уже о том, что ее экономика питала многие из этих стран, тем самым на деле накрепко привязанных к ненавистной им ЮАР. Совершенно очевидно, что ставка на конфликт была бесперспективной, как ясно и то, что изменение мирового баланса сил сыграло свою роль в смягчении позиций африканских стран и всего мира по отношению к ЮАР. Но при всем том важнейшую роль в повороте к поиску компромисса внутри ЮАР сыграл приход к власти правительства де Клерка, ориентированного на слом одиозного апартеида. В итоге сочетание внутреннего и внешнего импульсов создало равнодействующую, направленную своим вектором на компромисс, что и является сегодня доминантой на юге Африки.В Африке существуют и за последние годы усиливают свою активность и иные формы континентального и регионального сотрудничества. Многие годы функционирует Организация африканского единства (ОАЕ), на ежегодных сессиях которой рассматриваются важнейшие проблемы континента, вырабатывается общая позиция по многим из них, включая проблемы развития, задолженности, апартеида, региональных конфликтов. Существуют организации территориально-зонального характера — экономические сообщества, таможенные союзы, кредитные учреждения. Создаются время от времени организации, ставящие своей целью решение какой-либо одной из важных проблем экономического или экологического характера, будь то Комиссия по освоению бассейна оз. Чад-