Правление Йоханныса IV
Возложив на себя императорскую корону, Йоханныс поставил перед собой задачу добиться политического единства страны. Он стремился принудить всех крупнейших эфиопских феодалов признать его верховную власть.
Поскольку императорская армия в то время не знала себе равных, эта задача была им успешно решена в начале 1870-х годов. Только правитель Шоа Менелик чисто формально признал власть нового императора, фактически оставаясь независимым правителем своего края.Йоханныс IV, в отличие от Теодроса, не стремился к созданию абсолютистского государства, ограничиваясь задачей упрочения того, что досталось ему от предшественников. Он стремился выработать у эфиопов чувство государственного единства, ликвидируя межобластные противоречия. Для этого император пытался добиться введения единой для всей страны религии. Вел последовательную борьбу также и против сторонников всех других вероисповеданий. Это коснулось и протестантских и католических миссионеров, которым он приказал немедленно покинуть страну. Была выработана религиозная политика и в отношении нехристианского населения Эфиопии. Последовательный сторонник введения в стране единой веры, Йоханныс установил срок в три года для перехода в христианство мусульман и пять лет — для язычников. Для несогласавшихся были предусмотрены телесные наказания и высылка, прежде всего мусульман, за пределы страны.
B отличие от Теодроса, вступившего в конфликт с церковью, Йоханныс был плоть от плоти традиционного эфиопского общества с его идеализацией прошлого и невосприимчивостью ко всему новому. Если Теодрос уповал в своей деятельности по централизации страны целиком на военную силу, то Йоханныс в основу объединения Эфиопии положил достижение единоверия эфиопского населения.
Эфиопо-египетская война
Наибольшая опасность единству и целостности страны исходила извне. B конкретных условиях 1870-х годов первая
угроза территориальной целостности Эфиопии исходила не от европейских держав, а от Египта, вассала Турции.
B начале 70-х годов под египетским контролем находилось все побережье от Зейлы до Гвардафуя. B планы египетского хедива Исмаила входило также расширение египетских владений за счет северо-восточных районов Эфиопии. B 1875 г. началось наступление египетских войск. Под началом императора находилась 70-тысячная армия, состоявшая главным образом из воинов-северян, областям которых непосредственно угрожала египетская агрессия.Войска египтян двинулись тремя колоннами из районов Maccay, Кэрэна и из Зейлы. B конце сентября 1875 г. ими был захвачен Харэр. Войска египтян, двигавшиеся из Maccay и Кэрэна были разбиты эфиопами в ноябре 1875 г. B марте 1876 г. произошла вторая решающая битва, в которой египтяне потерпели сокрушительное поражение.
Позднее территориальные претензии Эфиопии к египетским владениям на Красном море и стремление эфионов получить выход к морю послужили той разменной монетой, которой воспользовалась Англия, когда ей понадобилось для подавления начавшегося в 1881 г. движения махдистов в Судане столкнуть в войне народы двух стран и ослабить их сопротивление европейской экспансии. Император Йоханныс, соблазнившись обещанием Англии и зависимого теперь от нее Египта вернуть отторгнутые у Эфиопии территории» вверг страну в длительные кровопролитные войны с махдистским Суданом.
Эфиопо-итальянские отношения
B то время, когда эфиопы сражались против суданцев в угоду в первую очередь Англии, над страной нависла новая и более грозная опасность: быть порабощенной другой европейской державой — Италией. Начало итальянской экспансии в районе Красного моря относится к концу 60-х годов XIX в. B 1869 г. у местных правителей покупается часть прибрежной территории Асэб. B 1881 г. итальянское правительство объявило эту территорию колонией» B 1883 г. Италия
оккупировала порт Maccaya и приступила к захвату и других территорий.
Захват итальянцами бывших владений египетского хедива на красноморском побережье поначалу не вызывали особого беспокойства у правящих кругов Эфиопии.
Ho в июне 1885 г. Италия захватывает территорию Саати, расположенную уже в пределах империи. Эфиопы осаждают Саати, а в январе 1887 г. наносят поражение итальянцам, шедшим на помощь осажденным. Эта победа вызвала в Эфиопии огромный энтузиазм. Ho развить успех и двинуться на Maccaya императору не позволила сложившаяся напряженная внутриполитическая обстановка в стране. Продолжавшиеся вторжения махдистов на западе и нелояльность правящей верхушки Щоа подвигли императора на решение проблемы вторжения итальянцев дипломатическим путем.Италия вела двойную игру. Стремясь превратить сепаратистски настроенного правителя Шоа в своего союзника, она охотно откликалась на его просьбы о присылке огнестрельного оружия. 20 октября 1887 г. непокорный вассал Йоханныс ныгус Шоа подписывает сепаратный договор о дружбе и союзе с Италией, по которому та обещала ему «военную помощь и другое содействие в достижении его целей». Йоханныс двинул свою армию на Шоа. Ho уже потрепанное в многочисленных боях его войско, как и не имевшая боевого опыта армия Менелика, правителя Шоа, не рискнули вступить в боевое соприкосновение. Начались длительные переговоры, вплоть до того момента, когда махдисты вновь вторглись в страну. B одном из сражений с махдистами Йоханныс был смертельно ранен.
C его смертью страна не распалась на отдельные области, как это произошло в случае с Теодросом. Смена верховного правителя, впервые с начала процесса объединения Эфиопии, не повлекла за собой феодальной междоусобицы, Йоханныс остался в истории страны поборником объединения Эфиопии, а также внедрения в сознание народа общеэфиопского патриотизма. Будучи тыграи по происхождению, Йоханныс, родным языком которого был тигринъя, ввел в качестве официального языка страны амхарский, наиболее распространенный до всей территории страны. B этом он вышел за рамки местного национализма и своей обязанностью считал защиту любой части эфиопской империи.
Шоа в борьбе за политическую гегемонию
Получив известие о гибели императора Йоханныса, ныгус Шоа Менелик незамедлительно провозгласил себя верховным правителем Эфиопии.
Ha тот период в стране не нашлось никого, кто мог бы реально выступить его соперником в борьбе за царскую корону. C его именем (имя по рождению до коронации — Сахле-Марьям) связаны наиболее значительные достижения в централизации Эфиопии, завершившие ее объединение вплоть до современных границ. K периоду его правления восходит начало процессов модернизации страны, складывания чиновничества, проникновения иностранного капитала и создания наемной армии.K началу 1890-х годов Шоа, правителем которой был Менелик, превратилась в экономически более развитую и политически более стабильную, по сравнению с другими, область страны, система управления которой впоследствии была перенесена на всю эфиопскую империю.
Основой внешней политики шоанских правителей были территориальная экспансия внутри империи и установление связей с внешним миром, прежде всего, с европейскими державами. Расширение границ Шоа происходило за счет южных областей, где находились богатые торговые пути, и борьба за присоединение Харэра, привлекавшего стратегическим положением и торговым характером экономики.
Эмиссары европейских стран, учитывая рост и могущество Шоа, и сами стремились установить с ней связь. B 1841 г. был заключен договор о дружбе и торговле C Англией, а двумя годами позже — с Францией. Менелик также уделял большое внимание установлению выгодных отношений с европейскими державами. Подобно многим своим предшественникам, он не пренебрегал возможностью использовать технические знания и опыт любого заезжего европейца. 1880-е годы явились свидетелями укрепления итало-шоан- ских связей.
B 1878—1889 гг. правитель Шоа значительно расширил границы своих владений. Экспансия во внутренние районы дополнилась движением в сторону красноморского побережья. Приближение границ Шоа к морю должно было
стимулировать торговлю в пределах области, способствовать контактам ныгуса с европейскими державами. Достижение этих целей было обеспечено присоединением Харэра, который до лета 1885 г. находился под египетским управлением, а после поражения египтян в войне с эфиопами власть здесь перешла к представителю местной династии.
Харэр был захвачен в январе 1887 г. Параллельно с расширением территории Шоа вырабатывались и основы межнационкльной политики, позднее распространенной Менеликом на вСіо Эфиопию. Основными ее чертами были веротерпимость и ассимиляция итогом чего явилось образование своеобразной амха- ро-оромской (галла) общности.По степени централизации власти Шоа намного опережала остальные области Эфиопии. Вся территория провинции была поделена на административные округа, число которых росло по мере расширения Шоа. Bo главе каждого из них стоял губернатор, назначаемый ныгусом. Отсутствие религиозного фанатизма в этнически неоднородном шоанском обществе способствовало тому, что в интересах дела на высокий пост порой назначался мусульманин, хотяобщим правилом было заставлять в нехристианских округах назначенца на высокий административный пост из представителей местной знати принимать им христианство.
Отсутствие феодальных междоусобиц в Шоа привели к развитию торговли и ремесла. Значительную часть шоанской казны составляли налоги от торговых операций, немалыми были и таможенные пошлины от караванов, направлявшихся через территорию Шоа, Процветанию области способствовала военная добыча, захваченная в ходе многочисленных походов против соседей-нехристиан, и дань, получаемая с населения присоединенных районов.
За 24 года пребывания Менелика во главе Шоа, с 1865 по 1889 r., площадь области и ее население значительно увеличились — от 2,5 млн человек в 1840 г. до 5 млн в начале 80-х годов. B казне правителя скопились огромные средства, значительная часть которых тратилась на закупку огнестрельного оружия. Если, например, в 1850 г. в шоанской армии на вооружении имелось всего 1 тысяча единиц огнестрельного оружия, то к 1889 г. она располагала уже 60 тысячами винтовок и ружей.
Реформы Менелика H
3 ноября 1B89 г, состоялась коронация Менелика II. Происходила она не в Акеуме, традиционном месте коронования эфиопских императоров, а в столице Шоа Энтото. Именно отсюда и стали проводиться реформы.
Приступая к реформированию общества, Менелик уже имел за плечами более чем двадцатилетний опыт не только в управлении Шоа, но и в сношениях с европейскими странами.Прежде всего, новый император приступил к реорганизации административной системы, используя для этой цели шо- анский опыт. Суть реформы заключалась в замене местных правителей чиновниками, назначаемыми самим императором. Страна была разделена на провинции, которые разделялись на районы, а те, в свою очередь, на округа. Более мелкой административной единицей была группа деревень (addu), а самой мелкой — деревня, где власть принадлежала старосте. Bo главе провинции находился губернатор, назначаемый из центра и наделенный обширными полномочиями. B целом, реформа сыграла важную роль в процессе консолидации эфиопского государства.
Укрепив центральную власть на местах, Менелик приступил к осуществлению военной реформы. Он заменил ранее практиковавшуюся систему постоя введением специального налога на содержание армии. B 1892 г. своим указом он запретил впредь размещаться солдатам в домах крестьян и требовать от них пропитания. Вместо этого крестьяне были обложены налогом в размере одной десятой урожая. Замена постоя десятиной способствовала улучшению экономического положения в стране, повышало производительность труда в сельском хозяйстве, стимулировавшего его расширение. B свою очередь, перевод армии, хотя и не полностью, на государственное содержание дал возможность не только поднять дисциплину в войсках, но и сделать шаг вперед по пути создания постоянной, регулярной армии.
Впервые с времен аксумских царей была предпринята попытка проведения денежной реформы. Первые новые эфиопские монеты появились в 1894 г. Однако эфиопская денежная единица, новый талер, внедрялась нелегко. Население предпочитало принимать привычную монету — талер МарииТерезии. Что же касается сельской глубинки, то здесь торговый обмен продолжал осуществляться на основе старых, натуральных эквивалентов — соли, шкур и т. п. И эта ситуация сохранялась в течение всего времени правления Менелика.
B заслугу Менелику следует отнести основание новой постоянной столицы эфиопского государства — Аддис-Абебы («Новый цветок»). Столица стала и местом, откуда Менелик осуществлял руководство процессом присоединения к империи новых областей. B состав эфиопского государства вошли обширные районы к югу и юго-западу. Фактически была восстановлена империя в ее прежних исконных границах: несколько южнее Maccaya на севере, район Фашоды на западе, озеро Рудольф — на юге и Асэба — на востоке.
C территориальным расширением Эфиопии связано создание гэббарной системы в присоединенных областях, представляющей собой эфиопскую разновидность крепостничества. Суть этой системы заключалась в выделении для прокормления солдат и чиновников земли вместе с проживающими на ней крестьянами. Часть земельных площадей завоеванных районов, примерно треть, оставлялась в руках местной знати, остальная делилась между воинами и короной. B соответствии с этим образовались три социальные группы: безземельное крестьянство (гэббары), мелкие землевладельцы (местная знать и солдаты-завоеватели) и феодальная аристократия.
Уччиальский договор
Еще за полгода до своей коронации Менелик II в мае 1889 г. в местечке Уччиале подписал с Италией договор о дружбе и торговле. Статьи договора заключали следующее: объявлялся вечный мир и дружба между двумя странами; обмен дипломатическими представителями; решение спорных пограничных вопросов специальной комиссией, состоящей из представителей обеих сторон; разрешение Менелику осуществлять свободный транзит оружия через порт Maccya под защитой итальянских солдат вплоть до границы Эфиопии; свободное передвижение граждан обоих государств по одной и другой стороне границы; гарантии религиозных свобод, выдачи преступников, ликвидации работорговли, а также торговые вопросы. B договоре было немало выгодных статей для Италии. Одна из них признавала за Римом всю захваченную на севере страны территорию, включая Асмэру. Эта статья представляла собой как бы «свидетельство о рождении» новой итальянской колони в Африке.
Самой неоднозначной была статья 17 договора, вызвавшая вскоре серьезные споры, связанные с ее интерпретацией. Bce было заключено в неидентичности амхарского и итальянского текстов. B амхарском тексте говорилось: «Его величество царь царей Эфиопии может пользоваться услугами правительства Его Величества короля Италии для переговоров по всем делам с прочими державами и правительствами». B итальянском тексте слово «может» было заменено словом «согласен», что в Риме трактовалось как «должен ». Получалось, что Мене- лик передал вопросы, связанные с внешней политикой, в руки Италии. Это означало, что онаустанавливает протекторат над Эфиопией, о чем и оповестила другие европейские державы. Впоследствии это несоответствие текстов статьи и их интерпретация привели к войне.
Итало-эфиопская война и битва при Адуа
12 февраля 1893 г. Эфиопия денонсировала Уччиальский договор. Рим, убедившись в тщетности своих усилий навязать Эфиопии протекторат дипломатическими средствами, пошел на прямую вооруженную интервенцию. Накануне итальянской агрессии Менелику удалось оснастить армию современным стрелковым оружием, приобрести более 100 тысяч винтовок, что с уже имеющимися составило около 200 тысяч стволов. Одновременно с подготовкой к войне эфиопский император вел дипломатические переговоры, с помощью которых он хотел укрепить позиции своей страны на международной арене. Менелик согласился передать французам концессию на строительство железной дороги из Джибути до Аддис-Абебы. Он направил специальное посольство к русскому царю в Петербург. B результате, Эфиопия установила очень тесные и близкие отношения с Россией.
B декабре 1894 г. итальянские вооруженные силы перешли границу Эфиопии. Менелик огласил манифест, в котором призвал народ к войне против агрессоров. B манифесте говорилось: «Из-за моря пришли к нам враги; они вторглись на нашу землю и стремятся уничтожить нашу веру, наше
ψ
отечество. Я все терпел и долго вел переговоры, стремясь уберечь нашу страну. Ho враг движется вперед и, действуя обманным путем, грозит нашей стране и нашему народу. Я собираюсь выступить в защиту отчизны и надеюсь одержать победу над врагом. Пусть каждый, кто в силах, отправится вслед за мной, а те из вас, которые слабы, чтобы воевать, пусть молятся за победу нашего оружия».
B октябре 1895 г. император во главе своего авангарда, насчитывавшего 25 тысяч пехотинцев и 3 тысячи вСадников выступил из Аддис-Абебы и направился навстречу неприятелю. Всего же под его началом была более чем 100-тысячная армия. B начале декабря 1895 г. 15-тысячный авангард эфиопской армии в произошедшем сражении разбил 2,5-тысячный отряд итальянцев. Битва при Амба-Алаге оказала огромное психологическое воздействие на.эфиопов: было развеяно представление о непобедимости итальянского оружия. Следующую победу эфиопы праздновали в январе 1896 r., когда после длительной осады сдался итальянский 1,5-тысячный гарнизон Мэкэле. Из метрополии было запрошено подкрепление.
Численность колониальных войск к началу 1896 г. достигла 17 тысяч человек. Сосредоточив главные силы вблизи Адуа, главнокомандующий итальянской армии генерал Оресте Ба- ратьери избрал тактику выжидания. K району Адуа вышла и армия Менелика. Численность его армии превосходила итальянский корпус, однако ощущался недостаток в современной артиллерии и в боевой подготовке воинов Менелика по сравнению с итальянцами.
B конце февраля 1896 г. по всему фронту под Адуа завязался ожесточенный бой. Плохо ориентируясь в местности, командование итальянских войск неточно определила диспозицию своих войск, и намеченное генеральное сражение превратилось в нескоординированные между собой бои, что было на руку эфиопам. Расстрелявшая еще до генерального сражения снаряды, итальянская артиллерия оказалась бесполезной. Военной выучке и дисциплине эфиопы противопоставили стойкость и мужество. Битва при Адуа явилась катастрофой для итальянской армии. B этом сражении противник потерял 11 тысяч человек убитыми, около 3,6 тысяч было взято в плен. Понесла потери и эфиопская сторона — 6 тысяч убитых и 10 тысяч ранеными.
26 октября 1896 г. в Аддис-Абебе был подписан итало-эфи- опский мирный договор. Он содержал следующие статьи: прекращение состояния войны между обеими сторонами и установление «на все времена» мира и дружбы между Италией и Эфиопией. Аннулирование договора, подписанного в Уччиа- ле, признание Италией «полностью и без каких-либо ограничений» независимости Эфиопии.
Российско-эфиопские отношения в конце XIX века
Интерес к Эфиопии в России существовал с давних пор: из- за сходства религий, из-за эфиопского происхождения семьи Ганнибалов, предков A.C. Пушкина. C 1870-х годов прибавился и геополитический фактор, связанный прежде всего с открытием Суэцкого канала. По частной инициативе казаков во главе с атаманом Н.И. Ашиновым у выхода из Красного моря в Аденский залив была основана станица «Новая Москва».
C середины 1890-х годов в Эфиопии активизировались и действия официальной России. Русское правительство заявило о поддержке Эфиопии в ее отпоре итальянской агрессии. При этом моральная поддержка ее со стороны России — в прессе и по дипломатическим каналам — сочеталась с оказанием военной и гуманитарной помощи. Тай, в начале 1896 г. Эфиопии было передано 30 тысяч берданок, 5 млн патронов и 5 тысяч сабель. Был развернут сбор средств для оказания помощи раненым эфиопам, направлен в страну отряд российского Красного Креста, развернувшего в Аддис-Абебе госпиталь. Укрепление русско-эфиопских связей в конце XIX в. привело к установлению в 1898 г. дипломатических отношений между обеими странами на уровне миссий. Эфиопия стала первой страной в Африке, с которой Россия установила дипломатические отношения.
Отсутствие прямых политических и экономических интересов в Эфиопии позволило России занять место благожелательного советчика при эфиопском императоре. Перед русской миссией во главе с П.М, Власовым ставилась задача «снискать доверие негуса и по возможности охранять его от козней политических соперников, в особенности англичан, преследующих в Африке столь честолюбивые, хищнические цели».
Русские офицеры, приезжавшие в Эфиопию, принимали непосредственное участие в военных экспедициях эфиопских войск, а также, выполняя задание русского Генерального штаба, исследовали страну, ее природу, население, растительный и животный мир. Россия имела тогда об Эфиопии более четкое и ясное представление, чем большинство западноевропейских государств.