Монголия в XlX в.
B начале XIX в. усилилось подчинение монгольских земелі власти Цинского двора. B 1818 г. вступил в силу специаль-| ный закон — «Уложение» для Монголии, сохранившее тра-| диционную для монголов систему управления, при которой! чиновничий аппарат выполнял лишь вспомогательные фун- j кции.
Ha территории Халхи по-прежнему оставалось четыре! аймака — Цецен-хана, Тушету-хана, Сайн-нойона и Цзасак-| ту-хана. Первыми двумя управляли амбани (один монгол й| один маньчжур), а аймаками Сайн-нойона и Цзасакту-хана · непосредственно цзянъцзюнъ, одновременно осуществлявший! также и общее командование маньчжурскими и монгольскими войсками на территории Халхи. B военное время ему под-j чинялись амбани, которые в период мира были от него неза-! висимы в гражданских делах. Резиденция цзяньцзюня находилась в Улясутае. Ставки амбаней располагались в Урге и Кобдо.Аймаки Юго-Восточной Монголии, которых было также четыре, не входили в состав Халхи. Хошунами там управляли тоже наследственные монгольские князья, над которыми находились амбани из числа маньчжур и.монголов.
Низшей ступенью государственной власти, распространяв- | шейся на 10 хозяйств аратов, руководили дарга, 15 десятков | составляли сомон, а 5—6 сомонов — цзасан. B гражданских J делах сомон напрямую подчинялся хошунному дзасаку. J Каждый князь, в соответствии с занимаемым им положе- 1 нием, имел одежду определенного цвета, знаки отличия, дол- ;| жен был строго соблюдать установленный церемониал. Важ- | нъш инструментом манипуляции мнением монгольской элиты I со стороны Цинов стали съезды монгольских князей, формаль- 1 но имевшие право выносить решения по важнейшим вопро- J сам внутренней жизни Монголии. 1
Чтобы еще больше раздробить Монголию, постоянно уве- J личивалось число хошунов, к первой трети XIX в. которых :; уже насчитывалось более ста (в 1655 г. их было всего восемь).
| Всего же на территории Монголии в период своего господ- | ства маньчжуры создали около двухсот хошунов и поставили s под свой контроль монгольскую армию, насчитывавшую до 300 тысяч бойцов. Их использовали не только для охраны внешних границ империи, но и для подавления восстаний,например, тайпинекого. Содержание войск также фактически полностью ложилось на плечи аратов.
Проникновение иностранных держав в Китай накануне и после первой «опиумной войны» не могло не сказаться и на Монголии, где сразу увеличилось число китайских торговых и ростовщических компаний. K концу XIX в. их насчитывалось уже порядка пятисот. B Монголию ими вворились товары из США, Японии, Великобритании, а вывозились прежде всего скот, пушнина, шерсть и др.
Bo второй половине XIX в. многие китайские ростовщики стали в Монголии владельцами большого чйсла земельных участков, получая их либо в бессрочную аренду, либо в счет погашения долгов местных жителей.
Положение основной части населения — аратства, еще более ухудшалось. Число личных повинностей, ими исполняемых в тот период доходило до двадцати. Особенно обременительной из них являлась уртонная (почтовая). Суть ее заключалась в том, что передвижение по Монголии осуществлялось на лошадях аратов той местности, где располагалась та или иная почтовая станция. За провоз между ними пассажиров они не получали никакого материального вознаграждения и к тому же должны были обеспечивать проезжающих (в основном, представителей местной и китайскОй'ЗфИ*. ты), ночлегом и питанием. . '■' Λ %