Разбой (ст. 162 УК РФ)

Разбой всегда посягает на два непосредственных объекта. Первый – общественные отношения собственности, связанные с порядком распределения материальных благ, – соответствует объекту любого хищения.

По законодательной конструкции состав преступления разбоя является усеченным, и это преступление признается оконченным с момента совершения нападения, соединенного с насилием или угрозой указанной степени интенсивности. На данное обстоятельство указано и в п. 14 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. № 1*. Для наличия состава оконченного разбоя не требуется, чтобы виновный изъял и обратил в свою пользу или в пользу других лиц чужое имущество и причинил ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Вместе с тем фактически осуществленные изъятие, обращение и причинение ущерба полностью охватываются составом разбоя и дополнительной квалификации по другим статьям УК РФ не требуют.

*См .

Нападение – это «активное противоправное умышленное действие, предпринятое с целью завладения имуществом и создающее реальную опасность немедленного применения насилия, опасного для жизни и здоровья»*.

*Владимиров В А. Квалификация похищений личного имущества. М. Юрид. лит., 1974. С 67.

Вместе с тем представляется, что нападение при разбое следует определить как «действие, являющееся элементом объективной стороны состава разбоя и характеризующее собой связь между посягательствами на собственность и личность, которая обусловливает единство этих посягательств»*. Такое определение нападения при разбое обосновывается посредством грамматического и логического толкования диспозиции ч. 1 ст. 162 УК РФ. В ней термин «нападение» сочетается со словами «в целях хищения чужого имущества» и «соединенное с насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего, или с угрозой применения такого насилия». Это позволяет заключить, что законодатель употребил термин «нападение» как связывающий термины «цель хищения чужого имущества» и «насилие» или «угроза». Анализируя приведенное сочетание, следует обратить внимание на то, что если цель хищения чужого имущества характеризует посягательство на отношения собственности, а насилие и угроза – на отношения, обеспечивающие блага личности, то нападение связывает эти посягательства, обусловливая их единство. Суть указания в законе на «нападение» и назначение данного понятия состоит в том, чтобы подчеркнуть, что сущность разбоя заключается в неразрывном единстве насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы таковым и цели хищения чужого имущества. Этим объясняется и то, что при отсутствии насилия или угрозы указанной интенсивности либо цели хищения чужого имущества нападение утрачивает юридическое значение для квалификации деяния как разбоя. Такое понимание позволяет рассматривать нападение и как предпосылку для определения роли насилия или угрозы при разбое в качестве средства хищения чужого имущества.

*Гаухман Л.Д.

Насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего, как признак объективной стороны всех видов состава разбоя, оцениваемое по последствиям и по способу действия, – это физическое насилие, повлекшее умышленное причинение потерпевшему тяжкого, средней тяжести или легкого вреда здоровью либо представляющее собой по способу в момент применения реальную опасность для его жизни или здоровья.

Неосторожное причинение названных видов вреда здоровью может быть результатом насилия, не опасного для жизни и здоровья, например перелом черепа, относящийся к тяжкому вреду здоровью, от удара о бордюр тротуара вследствие падения потерпевшего от толчка.

При оценке по способу действия всегда является опасным для жизни или здоровья потерпевшего насилие с применением оружия или предметов, объективно заменяющих оружие, либо отравляющих или ядовитых веществ, а также осуществленное общеопасным способом, например путем сталкивания с движущегося транспорта или под движущийся транспорт, выталкивания из окна дома и т. д.

Угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего, – это устрашение потерпевшего причинением ему смерти или вреда здоровью. Такая по интенсивности угроза как признак объективной стороны состава преступления разбоя, как и грабежа, должна, во-первых, быть реальной, во-вторых, представлять собой запугивание немедленным применением насилия. Эти признаки угрозы аналогичны соответствующим признакам угрозы при грабеже, рассмотренным применительно к последнему.

Угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего, выраженная неопределенно не может рассматриваться в качестве признака объективной стороны состава разбоя, а представляет собой угрозу, присущую составу грабежа.

Свойственные разбою насилие или угроза являются, как и насилие или угроза при грабеже, средством изъятия и обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц.

Субъект разбоя по своим признакам не отличается от субъекта кражи и грабежа.

Субъективная сторона разбоя характеризуется прямым умыслом и целью хищения чужого имущества.

Виновный в совершении разбоя осознает, что, во-первых, применяет к потерпевшему насилие, опасное для жизни или здоровья, или угрозу таковым и, во-вторых, использует насильственное действие в качестве средства изъятия и (или) обращения чужого имущества, в частности удержания уже изъятого, в свою пользу или в пользу других лиц и желает этого.

Частью 2 ст. 162 УК предусмотрено четыре квалифицирующих признака, характеризующих совершение разбоя: 1) группой лиц по предварительному сговору (п. «а»); 2) неоднократно (п. «б»); 3) с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище (п. «в») и 4) с применением оружия или других предметов, используемых в качестве оружия (п. «г»).

Первые три из указанных квалифицирующих признаков совпадают по содержанию с рассмотренными ранее квалифицирующими признаками кражи, но с оговоркой, что предварительный сговор должен состоять в соглашении о совершении именно разбоя или участники этого соглашения должны допускать возможность совершения данного преступления.

Четвертый из названных квалифицирующих признаков – это совершение разбоя с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Под применением при разбое оружия или указанных предметов понимается использование их в процессе совершения данного преступления для повышения степени интенсивности насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы таковым. Такое в применение может выражаться при физическом насилии в воздействии или попытке воздействия оружием или предметами, используемыми в качестве оружия, на физическую сферу организма потерпевшего в виде нанесения ударов ножом, кастетом, выстрела из пистолета и т. д., а при угрозе применения насилия – на психическую сферу личности в виде запугивания демонстрацией оружия или других предметов. Как указано в ч. 1 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. с изменениями от 23 декабря 1970 г. и 27 июля 1983 г. «О судебной практике, по делам о грабеже и разбое» применительно к названному физическому воздействию, «по пункту «б» части 2 статьи 146 УК РСФСР (соответствующему п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ-Л.Г.) надлежит квалифицировать нападение с целью завладения имуществом независимо от того, были или не были оружием или другими предметами причинены потерпевшему телесные повреждения (вред здоровью – Л.Г.)»*.

*Бюллетень Верховного Суда РСФСР.

Понятие оружия раскрывается в ст. 1 Федерального закона РФ «Об оружии» от 13 декабря 1996 г.:

«Оружие – устройство и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели, подачи сигналов;

огнестрельное оружие – это оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда;

холодное оружие – это оружие, предназначенное для поражения цели с помощью мускульной силы человека при непосредственном контакте с объектом поражения;

холодное метательное оружие – это оружие, предназначенное для поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение с помощью мускульной силы человека либо механического устройства;

пневматическое оружие – это оружие, предназначенное для поражения цели снарядом, получающим направленное движение за счет энергии сжатого, сжиженного или отвержденного газа;

газовое оружие – это оружие, предназначенное для временного поражения живой цели путем применения слезоточивых или раздражающих веществ»*.

Ведомости Федерального Собрания Российской Федерации. 1996. № 35. Ст. 1470.

Под оружием, указанным в п. «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ, необходимо понимать все разновидности оружия, перечисленные в Федеральном законе РФ «Об оружии», за исключением сигнального оружия, которое конструктивно предназначено для подачи световых, дымовых и звуковых сигналов. Такое решение подтверждается разъяснением, содержащимся в ч. 1 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм», согласно которому к оружию применительно к бандитизму, предусмотренному ст. 209 УК РФ, предлагается относить огнестрельное, холодное, в том числе метательное, оружие как заводского изготовления, так и самодельного, различные взрывные устройства, а также газовое или пневматическое оружие*.

*См . Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации.

Применение при разбое подпадающих под запрет ст. 222 и 220 УК РФ огнестрельного, газового или холодного оружия либо оружия или иных предметов, поражающее действие которых основано на использовании радиоактивных излучений, должно найти свое юридическое выражение в квалификации содеянного по совокупности преступлений: по п. «г» ч. 2 ст. 162 и соответственно по ч. 1 или 4 ст. 222 либо ст. 220 УК.

Предметами, используемыми при разбое в качестве оружия, являются, во-первых, объективно заменяющие оружие, которыми может быть причинен вред здоровью, и, во-вторых, являющиеся лишь имитацией оружия, которыми в соответствии с их предназначением причинение такого вреда невозможно и которые применимы только при угрозе насилием, опасным для жизни или здоровья потерпевшего.

Понятие предметов, используемых при разбое в качестве оружия, определено ч. 2 и 3 п. 9 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. с изменениями от 23 декабря 1970 г. и от 27 июля 1983 г.: «Под другими предметами, используемыми в качестве оружия, следует понимать предметы, которыми могут быть причинены потерпевшему телесные повреждения, опасные для жизни и здоровья (бритва, топор, ломик, дубинка и т. п.). При этом для квалификации действий виновного по указанным пунктам (п. «б» ч. 2- Л.Г.) статей 91 и 146 УК РСФСР не имеет значения, были ли оружие или другие предметы, используемые в качестве оружия, приготовлены заранее или взяты на месте совершения преступления.

Если виновный угрожал заведомо негодным оружием или имитацией оружия, например макетом пистолета, игрушечным кинжалом и т. д., не намереваясь использовать эти предметы для причинения телесных повреждений, опасных для жизни и здоровья, его действия (при отсутствии отягчающих обстоятельств) следует квалифицировать как разбой, предусмотренный частью 1 статьи 91 или частью 1 статьи 146 УК РСФСР»*.

*Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1966. № 6; 1971. № 4; 1983. N10.

В соответствии с приведенным разъяснением Пленума Верховного Суда РСФСР не был признан оружием, а также предметом, используемым в качестве оружия, неисправный и непригодный к стрельбе самодельный пистолет, которым Д. угрожал потерпевшему В. с целью завладения золотым перстнем-печаткой, и последний, опасаясь выстрела, снял с рук и этот перстень и передал его Д.*

*См.: Там же. 1993. N 5. С. 12-13.

Вместе с тем рекомендация, содержащаяся в ч. 3 п. 9 цитированного Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР, представляется недостаточно обоснованной, что подтверждается противопоставляемыми ей следующими аргументами. Во-первых, для наличия состава разбоя вовсе не требуется, чтобы виновный при угрозе насилием, опасным для жизни или здоровья, намеревался в случае отказа потерпевшего выполнить его требования привести угрозу в исполнение, в частности причинить вред его здоровью. Достаточно, чтобы он осознавал, что потерпевший воспримет такую угрозу как реальную, и рассчитывал на это как на средство хищения чужого имущества. Во-вторых, при угрозе имитацией оружия потерпевший, не подозревая о фиктивности оружия, воспринимает угрозу как запугивание применением именно оружия, что существенно повышает степень ее интенсивности, и это также осознаваемо и желаемо виновным, т.е. охватывается его прямым умыслом. В-третьих, возможно использование имитации оружия не по предназначению соответствующего ему настоящего оружия, например непригодного к стрельбе пистолета или изготовленного из олова игрушечного пистолета для нанесения потерпевшему ударов, что делает этот предмет не менее опасным, чем ломик или дубинка, которые отнесены Пленумом Верховного Суда РСФСР к предметам, используемым при разбое в качестве оружия. Наконец, в-четвертых, сопротивление потерпевшего виновному, угрожающему имитацией оружия, существенно осложнено по сравнению с сопротивлением в случаях, когда последний угрожает, например, дубинкой, или вообще при угрозе не демонстрирует никаких предметов. Приведенные аргументы позволяют заключить, что применяемые при разбойной угрозе негодное оружие или имитацию оружия необходимо относить, вопреки рекомендации Пленума Верховного Суда РСФСР, к предметам, используемым при разбое в качестве оружия.

Частью 3 ст. 162 УК РФ предусмотрены четыре таких особо квалифицирующих признака, как совершение разбоя: 1) организованной группой (п. «а»); 2) в целях завладения имуществом в крупном размере (п. «б»); 3) с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (п. «в») и 4) лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство (п. «г»).

Первый и четвертый из перечисленных признаков по содержанию не отличаются от одноименных особо квалифицирующих признаков, рассмотренных применительно к краже, с одной оговоркой, согласно которой для квалификации разбоя, совершенного организованной группой, необходимо, чтобы данная группа была образована для совершения разбоев либо ее участники допускали возможность совершения этого вида преступлений.

Второй из названных особо квалифицирующий признак разбоя налицо тогда, когда виновный в совершении этого преступления преследует цель завладеть имуществом в крупном размере, причем не имеет значения, удалось ему достичь этой цели или нет. Фактическое завладение чужим имуществом в крупном размере при разбое полностью охватывается п. «б» ч. 3 ст. 162 и дополнительной квалификации по иным статьям не требует.

Третий из перечисленных особо квалифицирующих признаков – совершение разбоя с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего – определяется в ч. 1 ст. 111 УК РФ и в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 22 марта 1966 г. с изменениями от 23 декабря 1970 г. и от 27 июля 1983 г., где указано, что по п. «в» ч. 2 ст. 146 УК РСФСР «должно квалифицироваться нападение с целью завладения имуществом, соединенное с насилием, которое фактически повлекло за собой причинение потерпевшему тяжких телесных повреждений (тяжкого вреда здоровью – Л.Г.}»*. Однако данное определение не совсем точно, поскольку рассматриваемый квалифицирующий признак налицо тогда, когда тяжкий вред здоровью причинен в результате применения не любого насилия, а только опасного для жизни или здоровья потерпевшего.

*Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1966. № 6; 1971. № 6; 1983. № 10.

Согласно ч. 2 и 3 п. 6 упоминавшегося Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г., «если тяжкие телесные повреждения (тяжкий вред здоровью – Л.Г.) повлекли смерть потерпевшего, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом «в» части 2 статьи 146 УК РСФСР и части 2 статьи 108 УК РСФСР (п. «в» ч. 3ст.. 162 УК РФ и ч. 4 ст. 111 УК РФ – Л.Г.).

Разбойное нападение, сопряженное с умышленным убийством, надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом «в» части 2 статьи 146 УК РСФСР и пунктом «а» статьи 102 УК РСФСР (п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ- Л.Г.)»*

*Бюллетень Верховного Суда СССР. 1986. № 6