VII. Закон, с которым правоотношение наиболее тесно связано (the lawwhich the contract is most closely connected)
Закон, с которым правоотношение наиболее тесно связано, выступает как дополнительная формула прикрепления по сравнению с законом автономии воли и регулирует круг договорных правоотношений.
Исторически данная формула прикрепления сложилась в англо-саксонской системе права относительно недавно, но уже получила закрепление в европейском праве, а именно в Римской конвенции 1980 г. Согласно ст.4 конвенции, если стороны договора не выбрали применимое право, то им будет право того государства, с которым договор наиболее тесно связан. Наиболее тесная связь договора и применимого права определяется целым рядом факторов, специфичных для того или иного договора. Так, для договора международной перевозки грузов этими факторами могут быть место расположения основного коммерческого предприятия перевозчика, место погрузки или место разгрузки товаров. Если предметом контракта выступают вещные права в отношении недвижимого имущества, то фактором наиболее тесной связи будет являться место нахождения недвижимости. Однако наиболее важным фактором общего характера можно назвать концепцию характерного исполнения (characteristic performance), представляющую собой несомненную новеллу Римской конвенции и воплощенную в п.2 ст.4. Согласно этой норме, ко всем договорам, не относящимся к перевозке грузов и недвижимости, применима презумпция, в силу которой договор наиболее тесно связан с тем государством, на территории которого сторона, осуществляющая характерное исполнение договора, имеет свое обычное место жительства для физического лица, или место расположения управленческих органов (для юридического лица) либо основное место ведения коммерческой деятельности.Нельзя не отметить тот факт, что концепции характерного исполнения присуща некоторая доля неопределенности. Для ее устранения было предложено рассматривать в качестве характерного исполнения такое обязательство, которое позволяет отличить один вид договора от другого.
Таким образом, уплата денежных сумм по договору никогда не будет характерным исполнением, скорее им будет то обязательство, за которое должно быть получено денежное вознаграждение, т.е. поставка товара в договоре купли-продажи, оказание транспортных услуг по договору перевозки и т.д. Если следовать данному толкованию концепции характерного исполнения, то по договору купли-продажи характерным исполнением будет поставка товара продавцом, а применимым правом будет право страны продавца, что приводит нас к коллизионной привязке "закон страны продавца" (lex venditoris)*(36).Концепция характерного исполнения нашла отражение и в современном российском законодательстве, что, безусловно, является новеллой и шагом вперед на пути унификации национального коллизионного права и его гармонизации с европейским правом. Более того, закон наиболее тесной связи становится главной, приоритетной коллизионной привязкой в отношении договорных обязательств после закона автономии воли. Согласно ст.1211 ГК, при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан. Им считается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора. Такой стороной признается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, сторона, являющаяся, в частности:
1) продавцом - в договоре купли-продажи;
2) дарителем - в договоре дарения;
3) арендодателем - в договоре аренды;
4) ссудодателем - в договоре безвозмездного пользования;
5) подрядчиком - в договоре подряда;
6) перевозчиком - в договоре перевозки;
7) экспедитором - в договоре транспортной экспедиции;
8) заимодавцем (кредитором) - в договоре займа (кредитном договоре);
9) финансовым агентом - в договоре финансирования под уступку денежного требования;
10) банком - в договоре банковского вклада (депозита) и договоре банковского счета;
11) хранителем - в договоре хранения;
12) страховщиком - в договоре страхования;
13) поверенным - в договоре поручения;
14) комиссионером - в договоре комиссии;
15) агентом - в агентском договоре;
16) правообладателем - в договоре коммерческой концессии;
17) залогодателем - в договоре о залоге;
18) поручителем - в договоре поручительства;
19) лицензиаром - в лицензионном договоре (п.1-3).
Правом страны, с которой договор наиболее тесно связан, считается, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, в частности:
- в отношении договора строительного подряда и договора подряда на выполнение проектных и изыскательских работ - право страны, где в основном создаются предусмотренные договором результаты;
- в отношении договора простого товарищества - право страны, где в основном осуществляется деятельность такого товарищества;
- в отношении договора, заключенного на аукционе, по конкурсу или на бирже, - право страны, где проводится аукцион, конкурс или находится биржа (п.4).
К договору, содержащему элемент различных договоров, применяется, если иное не вытекает из закона, условий или существа договора либо совокупности обстоятельств дела, право страны, с которой этот договор, рассматриваемый в целом, наиболее тесно связан (п.5).
Как правильно отмечает Е.В. Кабатова, введение принципа применения права той страны, с которой то или иное отношение наиболее тесно связано, является наиболее ярким примером проявления в МЧП гибких принципов определения применимого права*(37).
Принцип наиболее тесной связи выступает скорее как общий принцип, а не как результат применения коллизионной нормы. Если сравнить структуру обычной коллизионной нормы с привязкой "тесная связь", то следует признать, что "тесная связь" очень мало на нее похожа. Привязка коллизионной нормы всегда указывает на конкретную правовую систему, подлежащую применению (например, при договоре купли-продажи в силу коллизионной нормы возможно применение права страны продавца). Ничего подобного не происходит, если законодатель или практика отсылает к праву страны, с которой правоотношение тесно связано. Здесь отсутствует указание на конкретную правовую систему - это должно быть определено судом или арбитражем при рассмотрении конкретного спора. При этом суд учитывает самые разные обстоятельства. Такой процесс нахождения и, что самое важное, результат нахождения применимого права весьма отличен от действия обычной коллизионной нормы. Это дает нам основания говорить о том, что нахождение тесной связи - не результат применения коллизионной нормы, а результат применения общего принципа, уже широко используемого в современном МЧП для определения применимого права*(38).Поэтому можно сделать общий вывод о том, что коллизионные привязки, сложившиеся на протяжении столетий и воспринятые многочисленными национальными правовыми системами (например, lex venditoris - в отношении договоров купли-продажи, lex rei sitae - в отношении договоров, связанных с недвижимым имуществом), выступают в качестве индикаторов выявления наиболее тесной связи договора с той или иной правовой системой, однако сам процесс такого выявления находится в полной зависимости от усмотрения юрисдикционного органа - суда или арбитража.
В связи с рассматриваемым коллизионным принципом уместно сказать несколько слов о коллизионной привязке "закон страны продавца" (lex venditoris). Этот закон выступает как обобщающая формула прикрепления, регулирующая не только куплю-продажу, но и все иные виды договорных отношений (агентирование, подряд, перевозку, страхование, хранение и т.
д.). Данная формула прикрепления носит вспомогательный характер и применяется в том случае, когда стороны не выбрали право на основании закона автономии воли. Как уже упоминалось, российское законодательство в настоящее время рассматривает эту привязку как индикатор тесной связи данного договора с той или иной правовой системой. Вместе с тем эта формула прикрепления встречается и в международных договорах. Так, статья 6 Гаагской конвенции 1978 г. предусматривает, что если применимое право не было определено самими сторонами, то им будет национальное право того государства, на территории которого в момент заключения агентского соглашения агент имел свое коммерческое предприятие или, при отсутствии такового, свое обычное место жительства. В соответствии с Гаагской конвенцией 1986 г., если стороны не выбрали право, подлежащее применению к договору купли-продажи, то таким правом будет право того государства, где продавец имел свое коммерческое предприятие в момент заключения договора (п.1 ст.8).