Глава 4. СПОСОБЫ ГРАЖДАНСКОЙ ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ ЛИЧНЫХ НЕИМУЩЕСТВЕННЫХ ПРАВ

В Древнем Риме говорили: Ibi jus, ibi remediam (где право, там и средства его защиты). Нормальная жизнедеятельность субъектов права невозможна без обеспечения надежной охраны принадлежащих им лич- ных неимущественных прав.

В правовой литературе различают понятия “защита” и “охрана”

субъективного права.

ные субъективные права постоянно, а защищают только тогда, когда их нарушают или оспаривают.

Охрана - это установление общего правового режима, а защита -

меры, предпринимаемые в случаях, когда необходимо восстановление или признание личных неимущественных прав и защита интересов. Ис- следование защиты личных неимущественных прав невозможно без вы- яснения содержания и соотношения ряда взаимосвязанных понятий.

Прежде всего, речь идет о субъективном личном неимуществен-

ном праве и субъективном праве на защиту. Вопрос о том, является ли право на защиту самостоятельным субъективным правом, до сих пор ос- тается спорным1.

В настоящее время все большее распространение в правовой ли- тературе получает мнение о праве на защиту как о самостоятельном субъективном праве2. Эта позиция представляется наиболее убедитель- ной, поскольку право на защиту появляется у обладателя личного не- имущественного права лишь в момент нарушения или оспаривания по- следнего.

Например, в момент нарушения личного неимущественного пра- ва на имя у лица появляется право требовать признания его права; тре- бовать прекращения пользования его именем; право оспаривать дейст- вия (отказ в перемене имени или принуждение к такой перемене); право требовать опубликования опровержения о нарушении имени; право тре- бовать возмещения причиненного имущественного и компенсации не- имущественного вреда, уничтожения продукции, товаров, где было ис- пользовано чужое имя.

Право на защиту реализуется в рамках возникающего при нару- шении или оспаривании личного неимущественного права охранитель- ного гражданского правоотношения3.

Право на защиту включает в себя возможность совершения упра-

вомоченным лицом собственных положительных действий и возмож- ность требования определенного поведения от обязанного лица.

тельных действий означает в данном случае возможность применения таких мер воздействия на нарушителя, как действия в состоянии необ- ходимой обороны и крайней необходимости или оперативные санкции, также именуемые мерами оперативного воздействия, организационными мерами.

Например, для защиты права на жизнь характерны превентивные способы защиты - гражданин вправе требовать пресечения действий,

создающих угрозу нарушения этого права. В качестве способа защиты права на благоприятную окружающую среду применяется пресечение действий, препятствующих осуществлению права.

Нельзя не остановиться и на соотношении понятий субъективное гражданское право и охраняемый законом интерес. Разграничение дан- ных понятий представляет определенную сложность. М.И. Брагинский пишет, что «любое право выражает интерес того, кто им обладает»4. Действительно, в основе всякого личного неимущественного права ле- жит определенный интерес, на удовлетворение которого и направлена реализация данного права. Например, каждый гражданин заинтересован в том, чтобы предстать перед обществом в каком-то определенном обра- зе. На удовлетворение этого интереса направлена реализация права на внешний облик, в какой-то мере, права на тайну личной жизни и т.д.

Нельзя отрицать и того факта, что охраняемый законом интерес может выступать в форме субъективного личного неимущественного права, при этом защита субъективного права становится защитой и ох- раняемого законом интереса. В то же время охраняемый законом инте- рес нередко выступает в гражданском праве в качестве самостоятельно- го предмета защиты. Так, в случае защиты чести и достоинства гражда- нина защищается охраняемый законом интерес потерпевшего в обеспе- чении надлежащих условий формирования его общественной оценки5.

Защита охраняемого законом интереса, а не собственно субъек- тивного права, имеет место и в тех случаях, когда в результате правона- рушения само субъективное право прекращается.

Защита личных неимущественных прав осуществляется в преду- смотренном законом порядке, т.е. посредством применения надлежащей формы, средств и способов защиты.

Защита прав осуществляется в двух формах: юрисдикционной и неюрисдикционной. И если понятие юрисдикционной формы не вызы- вает серьезных разногласий6, то в вопросе о неюрисдикционной форме защиты много спорного.

В новом ГК РФ понятие “самозащита гражданских прав” рас- сматривается в качестве одного из способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ). С такой позицией законодателя трудно согласиться, так как самозащита является неюрисдикционной формой защиты и не может быть ее способом. На современном этапе развития цивилистической науки самозащита гражданских прав может рассматриваться как само- стоятельное субъективное право7. При этом самозащиту нельзя отожде- ствлять ни с действиями в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости, ни с оперативными санкциями.

В гражданско-правовой науке нет единства мнений о понятии са-

мозащиты гражданских прав8.

Вероятнее всего, следует присоединиться к точке зрения

Г.А. Свердлык и Э.Л. Страунинга, которые под самозащитой граждан- ских прав понимают допускаемые законом или договором действия управомоченного лица, направленные на обеспечение неприкосновенно- сти права, пресечение нарушения и ликвидацию его последствий9.

Значение самозащиты в деле охраны личных неимущественных прав трудно переоценить. Так, в 1970 г. В.П. Грибанов отмечал, что са- мозащита направлена на охрану личных или имущественных прав и ин- тересов управомоченного лица10.

Рассмотрим подробнее реализацию самозащиты этих прав. Пре- жде всего, для правомерности реализации самозащиты личных неиму- щественных прав необходимы следующие условия.

А) Лицо может самостоятельно защищать только свое действи-

тельное право.

Так, родители самостоятельно осуществляют право ребенка на имя, и орган ЗАГСа не вправе предписывать, какое имя надлежит из-

брать. Однако некоторые граждане ошибочно полагают, что имеют пра-

во назвать ребенка, не употребляя имя в привычном понимании этого слова. Например, апелляционный суд шведского города Гетеборг откло-

нил заявление семейной пары, которая отстаивает право дать своему ре- бенку имя, которое они сами придумали вместо общепринятого. В быту пятилетнего мальчика зовут Альбин, а родители хотят, чтобы в доку-

ментах в графе “имя” был записан случайный набор букв и цифр общим числом 43 знака. Местный суд оштрафовал родителей на 5000 крон за то, что они к пятилетнему возрасту сына не зарегистрировали должным

образом его имя. Родители подали на апелляцию. Но во время слушания

дела они напрасно ссылались и на родительские права, и на “учение” французского писателя-абсурдиста Альфреда Жарри, который придумал его, скорее, как сатирический ход. Логика абсурдного не возымела дей- ствия. Суд потребовал, чтобы родители-оригиналы все-таки уплатили штраф. Им придется дать мальчику и человеческое имя11.

Б) Вред, причиненный реализацией самозащиты, не должен явно не соответствовать реальному или возможному вреду, причиненному нарушением.

Так, если гражданин, чей портрет вывешен на двери подъезда,

защищая свое право, может снять его, то тот, чей портрет незаконно рас-

тиражирован, не может самовольно изъять из магазина печатную про-

дукцию со своим изображением.

В) Самозащита должна осуществляться управомоченным лицом самостоятельно - вряд ли, допустимо поручать это друзьям или знако-

мым.

Г) Самозащита может быть действием или бездействием.

Например, осуществляя свое право на здоровье, гражданин мо- жет требовать проведения вакцинации, если считает, что это ему необ- ходимо.

Д) Возможность реализации конкретного способа самозащиты должна быть предусмотрена в законе.

Е) Действия при самозащите должны быть направлены на обес-

печение неприкосновенности права (например, отказываясь от дальней- шего лечения в определенном медицинском учреждении, гражданин обеспечивает свое право на тайну частной жизни, если он не доверяет именно этому персоналу);

направлены на пресечение нарушения права;

направлены на ликвидацию последствий нарушения права.

Очень важным остается вопрос об отличии самозащиты от само- управства. Самозащита может стать самоуправством, например, в тех случаях, когда нарушение норм гражданского права было не реальным, а предполагаемым, или в тех случаях, когда самозащита права необосно- ванно продолжалась после окончания правонарушения.

Следует отметить, что в реальной жизни встречаются ситуации,

когда очень трудно дать таким действиям однозначную оценку. Напри- мер, в июле 1998 г. “Российская газета” сообщала о том, что некий А.Д. Сорока, узнав о похищении своего сына Владимира, обратился за помощью в милицию. Однако работники органов внутренних дел не проявили должной оперативности. И тогда заявитель, пытаясь спасти сына, взял в заложники одного из похитителей. Действия А.Д. Сороки были расценены как незаконные, он был арестован. А в это время похи- тители убили его сына. В данном случае вначале налицо было наруше-

ние прав на неприкосновенность частной жизни, и А.Д. Сорока пред- принял неподобающие меры самозащиты. Однако нельзя считать закон- ными и действия работников милиции, адекватно не отреагировавших на обращение13.

Защита личных неимущественных прав обеспечивается примене- нием предусмотренных законом способов защиты, т.е. материально- правовых мер принудительного характера, посредством которых произ- водится восстановление нарушенных прав и воздействие на правонару- шителя.

В этой связи нельзя не остановиться на разграничении понятий

“защита права” и “гражданско-правовая ответственность”. Если основа-

нием гражданско-правовой ответственности является гражданское пра- вонарушение при наличии всех его элементов (противоправное поведе- ние, причинная связь между противоправным поведением и возникшими убытками, вина должника), то для применения защиты достаточно объ- ективно противоправного поведения. Вина не входит в фактическое ос- нование применения мер защиты14. Меры защиты, как правило, пресле- дуют правовосстановительные цели и не связаны с виновностью или не- виновностью нарушителя15.

Цель применения мер защиты - восстановление имущественных или неимущественных благ управомоченного лица или правопорядка16.

В литературе высказывались различные точки зрения по вопросу о понятии юридической ответственности17. Вероятнее всего, под граж- данско-правовой ответственностью следует понимать лишь такие санк- ции, которые можно определить как штрафные для правонарушителя, несущие ему определенные обременения. Ответственность - это не про- сто санкция за правонарушение, а такая санкция, которая влечет опре- деленные лишения имущественного или личного характера18.

Понятие “мера защиты” остается в юридической литературе спорным19. В гражданском праве меры защиты иногда определяются как меры оперативного воздействия, т.е. как средства правоохранительного характера, которые применяются к нарушителю гражданских прав и обязанностей непосредственно управомоченным лицом без обращения за защитой к компетентным государственным органам или обществен- ным организациям20. Эти меры называются оперативными потому, что они являются односторонними действиями управомоченного лица21.

В последнее время в научной литературе стала использоваться такая категория, как мера безопасности22.

Кроме того, предлагается ввести в правовую терминологию кате- горию “защита права”, которая охватывает меры юридической ответст- венности, меры защиты и меры безопасности23. С такой позицией вряд

ли можно согласиться. Дело в том, что, несмотря на расширение безви- новной ответственности в современном гражданском законодательст- ве24, понятия “меры, способы защиты” и “меры юридической ответст- венности” отождествлять нельзя.

Меры защиты и меры ответственности различаются между собой по основаниям применения, социальному назначению и выполняемым функциям, принципам реализации и некоторым другим моментам.

Среди способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК, мерами ответственности могут быть признаны лишь возмеще- ние убытков, взыскание неустойки и компенсация морального вреда –

все остальные являются мерами защиты. Анализ закрепленных в ст. 12

ГК РФ конкретных способов защиты субъективных гражданских прав позволяет сделать вывод о том, что большинство из них применяется

при гражданско-правовой защите личных неимущественных прав.

Признание субъективного права. Необходимость в данном способе защиты возникает тогда, когда наличие у лица определенного

субъективного права подвергается сомнению, субъективное право оспа-

ривается, отрицается или есть реальная угроза таких действий.

Зачастую неопределенность субъективного права приводит к не-

возможности его использования или, по крайней мере, затрудняет такое использование. Например, защищая свое право на имя, всемирно из- вестный певец Лучано Паваротти предъявил иск своему однофамильцу - скромному модельеру Лучано Паваротти, который в г. Карпи под Моде- но шьет костюмы и платья. На этикетках портной указывал свое имя. Покупатели же считали, что это “хобби” великого певца и охотно раску- пали продукцию. Певец считал, что это вредит его репутации. Суд встал на сторону модельера, признав за ним право жить и работать под своим

именем25.

Говоря о признании права как о средстве его защиты, мы факти-

чески ведем речь о защите охраняемого законом интереса истца в вос- становлении определенного субъективного права. Этот интерес защища- ется судебной констатацией принадлежности спорного права истцу. Следует отметить, что признание права может быть реализовано лишь в юрисдикционном порядке. Требование истца о признании права обра- щено не к ответчику, а к суду, который должен официально подтвердить наличие или отсутствие у истца спорного права. Так, защищая право гражданина на благоприятную окружающую среду, суд признал, что, хотя этот гражданин и находился в состоянии внутриутробного развития в момент эвакуации из населенного пункта, подвергшегося радиоактив- ному заражению, он имеет все права пользоваться предусмотренными в

данном случае льготами26.

В большинстве случаев требование о признании субъективного права является необходимой предпосылкой применения иных, преду-

смотренных ст. 12 ГК РФ, способов защиты. Например, гражданин мо- жет требовать признания права на тишину для того, чтобы затем приме- нить другие способы защиты, реально избавляющие его от вредного шума27.

Нередко требование о признании права имеет самостоятельное значение и не поглощается другими способами защиты. Так, в ранее приведенном примере безвестный итальянский модельер Лучано Пава- ротти был удовлетворен самим признанием права на имя и полученной возможностью жить и работать под своим именем28.

Восстановление положения, существовавшего до нарушения права применяется в тех случаях, когда нарушенное субъективное пра- во в результате правонарушения не прекращает своего существования и может быть реально восстановлено путем устранения последствий пра- вонарушения. Данный способ защиты охватывает широкий круг кон- кретных действий, например, гражданин, имя которого без его согласия используется в названии предприятия, вправе требовать удаления своего имени из названия. Такое же право есть у его наследников. Например, в

1997 г. компания “Элвис Пресли” (Elvis Presley Enterprises) обратилась в суд с иском к владельцу бара в Техасе под названием “Голубой Элвис”

(Velvet Elvis). По словам руководителей созданной на наследство короля рок-н-рола коммерческой империи, увеселительное заведение для гомо- сексуалистов оскорбляет память Пресли и злоупотребляет именем, запа- тентованным предприятием29.

Восстановление положения, существовавшего до нарушения пра- ва, может происходить посредством применения как юрисдикционного, так и неюрисдикционного порядков защиты.

Пресечение действий, нарушающих право или создающих уг- розу его нарушения, применяется тогда, когда интерес обладателя субъективного права выражается в том, чтобы прекратить (пресечь) на- рушение его права на будущее время или устранить угрозу его наруше- ния. Например, гражданин, право которого на индивидуальный облик и голос нарушено, вправе требовать запретить использовать его облик (голос), снять изображение (с выставки, витрины), изъять тираж (плака- тов, открыток), изъять кадры кино и телефильма, запретить показ филь- ма, клипа.

Нередко назначение данного способа защиты состоит в устране- нии препятствий для осуществления права, создаваемых нарушителем. Обычно это имеет место при длящемся правонарушении, которое само по себе не лишает лицо субъективного права, но мешает ему нормально им пользоваться. Гражданин может потребовать в судебном порядке ог- раничения, приостановления, прекращения деятельности предприятий и других объектов, оказывающих отрицательное воздействие на окру- жающую среду и здоровье человека.

Новое гражданское законодательство расширяет возможности по принятию мер упреждающего характера в защите окружающей природ- ной среды. В ч. 2 ст. 1065 ГК РФ предусмотрена возможность предъ- явления иска в целях предупреждения вреда в будущем. Основанием та- кого иска является опасность причинения вреда, предметом иска - тре- бование о запрещении деятельности, создающей такую опасность. Это может служить правовым средством упреждения экологического вреда.

Признание оспоримой сделки недействительной и примене- ние последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки. Эти способы, хотя и не харак- терны для защиты нарушенных личных неимущественных прав, однако они также находят здесь свое применение.

Гражданин может оспаривать сделку между юридическими ли- цами, например, продажу экологически чистого предприятия для пере- профилирования его на производство продукции, которое будет сопро- вождаться вредными выбросами в атмосферу.

Такие способы защиты могут быть применены при защите нару- шенных прав на жизнь, на здоровье, на благоприятную окружающую среду, на имя и т.д.

Признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления. В ст. 12 и ст. 13 ГК РФ в каче- стве объекта обжалования называется только акт государственного ор- гана и органа местного самоуправления. Однако в ст. 16 ГК РФ речь идет о незаконных действиях (бездействии). Это позволяет прийти к вы- воду, что термин “акт” как объект обжалования подлежит широкому толкованию. Речь идет не только об административном, а в случаях, предусмотренных законом, – и о нормативном акте. Акт может иметь форму указания, приказа, телеграммы. Признаком отнесения решений и действий соответствующих органов к актам, подлежащим обжалованию в суд, является, прежде всего, их властный характер, порождающий воз- никновение обязанностей и другие правовые последствия, а не форма акта. Таким образом, любые действия (бездействие), властные решения, уклонения от принятия решений могут быть предметом судебного раз- бирательства. При этом акт может быть обжалован полностью или час- тично.

Основанием обжалования акта в суде является несоответствие акта закону или иным правовым актам и нарушение этим актом прав и законных интересов граждан и юридических лиц. Основанием для обжа- лования акта, действия (бездействия) может быть также принятие акта с нарушением компетенции и установленного порядка, несоответствие его закону, иным правовым актам по существу.

Установив, что соответствующий акт является противоправным и принятым не уполномоченным на то органом или нарушает субъектив-

ные гражданские права и охраняемые законом интересы, суд принимает решение о признании его недействительным полностью или частично. Какой-либо дополнительной отмены акта со стороны издавшего его ор- гана при этом не требуется.

Незаконные акты признаются недействительными с момента их издания, если только они не стали таковыми с момента принятия нового

закона или иного правового акта. Требования о признании незаконного акта недействительным может сочетаться с другими мерами защиты, например, требованием о возмещении убытков либо носить самостоя- тельный характер, если интерес субъекта права сводится лишь к самой

констатации недействительности акта, препятствующего, например,

реализации права.

При рассмотрении указанного способа защиты нельзя не остано-

виться на вопросе о том, могут ли суды общей юрисдикции отменять нормативные акты как не соответствующие Конституции РФ. Ведь пра- вомочием по проверке конституционности указанных нормативных ак- тов наделен только Конституционный Суд РФ, который осуществляет ее в особой судебной процедуре конституционного судопроизводства. От- вет на этот вопрос дан в Постановлении Конституционного Суда РФ по делу о толковании отдельных положений статей 125, 128 и 127 Консти- туции РФ от 16 июня 1998 г.30

В Постановлении указано, что решения Конституционного Суда РФ, в результате которых неконституционные нормативные акты утра- чивают юридическую силу, имеют такую же сферу действия во времени, пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, и, следовательно, такое же, как нормативные акты, общее значение, не присущее правоприменительным по своей природе актам судов общей юрисдикции и арбитражных судов.

В то же время Конституционный Суд РФ, принимая решение по делу, оценивает также смысл, который придает рассматриваемому нор-

мативному акту сложившаяся судебная практика. Таком образом, он вы-

ражает свое отношение и к позиции законодателя или иного нормотвор-

ческого органа, и к ее пониманию правоприменителем, основываясь при этом на толковании положений Конституции РФ, в сфере которых по смыслу ее ст. 125 (части 5 и 6) - только Конституционный Суд РФ выно- сит официальные решения, имеющие общеобязательное значение.

Решения судов общей юрисдикции не обладают такой юридиче- ской силой. Они не обязательны для других судов по другим делам. В судебной практике возник вопрос: могут ли суды общей юрисдикции

отменять нормативные акты, которые ниже уровня федерального закона и выше ведомственных инструкций. По этому поводу 15.07.1998 г. было сделано заявление пресс-службы Конституционного Суда РФ, в котором

говорилось, что в отношении таких нормативных актов действуют об-

щие правила, и суды, в соответствии со ст. 120 Конституции РФ, вправе не применять их, если сочтут эти нормативные акты не соответствую- щими закону. Но ставить вопрос о праве судов полностью отменять та- кие акты сегодня нельзя. Дело в том, что эти полномочия, в соответст- вии со ст. 128 Конституции РФ и с законом “О судебной системе в РФ” от 06.01.1997 г., должны быть впредь предоставлены судам только феде- ральным конституционным законом. Без закона никто не в состоянии определить: суд какого уровня (районный, городской, областной, вер-

ховный) и в каком порядке может это делать31.

Значит, назрела острая необходимость в принятии федерального конституционного закона, в котором были бы закреплены виды норма-

тивных актов, подлежащих проверке судами, правила о предметной,

территориальной и инстанционной подсудности таких дел; субъекты,

управомоченные обращаться в суд с требованием о проверке законности актов; обязательность решений судов по результатам проверки акта для всех правоприменителей по другим делам. Иначе суды не вправе при- знавать незаконными и в связи с этим утрачивающими юридическую силу акты ниже уровня федерального закона, перечисленные в ст. 125 (п. “а” и “б” ч. 2) Конституции РФ.

Следует отметить, что в Конституциях других государств чаще всего в формулировке “право на судебную защиту” (ст. 46 Конституции РФ) оговорка “в порядке, определяемом законом”, отсутствует, что и дает право (и обязанность) судам проверять конституционность подза- конных актов в порядке абстрактного нормоконтроля на основании дей- ствующего гражданского процессуального законодательства. Но, учиты- вая сложность процедуры внесения изменений и дополнений в Консти- туцию РФ, на сегодняшний день внесение соответствующей поправки маловероятно. В любом случае не должно быть такой правовой ситуа- ции, при которой гражданин не мог бы в судебном порядке поставить вопрос об отмене неконституционного или незаконного нормативного акта.

Неприменение судом акта государственного органа или орга- на местного саморегулирования, противоречащего закону. В право- вой литературе было справедливо замечено, что в теоретическом плане признание вышеуказанных действий самостоятельным способом защиты гражданских прав вряд ли оправдано. Обосновал этот тезис А.П. Сергеев. С практической точки зрения специальное указание в за- коне на данное обстоятельство можно признать полезным, поскольку при игнорировании незаконного правового акта суд может теперь опе- реться на конкретную норму закона, которая предоставляет ему такую

возможность32.

Положение, сложившееся после принятия Постановления Кон- ституционного Суда РФ от 16.06.1998 г., полностью подтверждает спра- ведливость этого утверждения.

В соответствии с п. 3 ст. 5 Федерального конституционного зако- на “О судебной системе Российской Федерации” “суд, установив при рассмотрении дел несоответствие акта государственного или иного ор-

гана, а равно должностного лица Конституции РФ, Федеральному кон- ституционному закону, общепризнанным принципам и нормам между- народного права, международному договору РФ, Конституции (Уставу) субъекта РФ, принимает решение в соответствии с правовыми положе- ниями, имеющими наибольшую юридическую силу33.

В соответствии со ст. 116 ГПК РФ правом отменять ведомствен- ные нормативные акты обладает Верховный Суд. Тот же Кодекс (ч. 3 ст. 239) дает право гражданам обжаловать в суд индивидуальные и нор- мативные акты кроме тех, “проверка которых отнесена к компетенции Конституционного Суда”.

Суды общей юрисдикции обладают безусловным правом не при- менять законы, которые они считают не соответствующими Конститу- ции, и руководствоваться Конституцией напрямую. При этом они обяза- ны обратиться в Конституционный Суд и опротестовать неконституци- онный закон34. Суд может не применять как индивидуально-правовые, так и нормативные акты государственных органов и органов местного самоуправления в случае, если они противоречат закону. Суд должен обосновать, почему он не применяет в конкретной ситуации тот или

иной правовой акт. Необходимо также обосновать, какой норме, какому закону противоречит данный правовой акт. Суд не должен применять незаконные акты любых государственных органов и органов местного самоуправления, включая и те из них, признание недействительности которых не относится к его компетенции. Например, районный суд не может признать недействительным несоответствующий закону акт ми- нистерства или ведомства, но он обязан его игнорировать как противо- речащий закону при разрешении конкретного гражданско-правового спора.

Если же вопрос о признании недействительным незаконного ак-

та государственного органа или органа местного самоуправления входит в компетенцию данного суда, то последний не может ограничиться лишь

игнорированием этого акта, а должен объявить его недействительным.

Нельзя не отметить, что не применять незаконные акты должен не только суд, но и любые другие органы, осуществляющие защиту прав граждан35.

Присуждение к исполнению обязанности в натуре состоит в том, что нарушитель по требованию потерпевшего должен реально вы- полнить те действия, которые он обязан совершить в силу обязательства,

связывающего стороны. Наиболее широкое применение этот способ мо- жет найти при защите нарушенного права на здоровье, когда работников медицинского учреждения принуждают к проведению определенных операций и т.д.

Возмещение убытков и взыскание неустойки. При применении данных способов защиты имущественный интерес потерпевшего удов-

летворяется за счет денежной компенсации понесенных им имущест- венных потерь. Такая компенсация может быть либо прямо увязана с размером причиненного вреда (возмещение убытков), либо связана с ним лишь косвенным образом или вообще независима от него (взыска-

ние неустойки). И если в сфере договорных отношений рассматривае- мые способы защиты можно считать наиболее распространенными, то среди способов защиты личных неимущественных отношений возмеще-

ние убытков и взыскание неустойки не занимают столь значительного места.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК под убытками понимаются расхо-

ды, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреж- дение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Эти способы находят все большее применение при защите нару-

шенного права на благоприятную окружающую среду. Причем нормы гражданско-правового института возмещения вреда при нарушении пра-

ва на благоприятную окружающую среду приобретают некоторые осо-

бые черты. Это обусловлено тем, что не все убытки, причиненные при-

родным объектам, проявляются сразу. Многие из них носят потенциаль- ный характер. Кроме того, цепочка вредных последствий обусловлена взаимосвязью элементов природного комплекса, поэтому при предъяв- лении исковых требований не всегда можно точно определить характер и объем всех причиненных вредных последствий36. В данном случае для исчисления размера взысканий за причиненный ущерб используются специальные таксы37 (заранее исчисленный и зафиксированный в твер- дой сумме размер ущерба). Вопрос о природе так называемой таксовой ответственности остается спорным.

Вероятнее всего, стоит присоединиться к точке зрения Н.Г. Нарышевой, которая определяет таксовую ответственность как осо- бый вид имущественной ответственности за нарушение законодательст- ва о природных ресурсах, возникающей при наличии общих оснований возмещения вреда, которые предусмотрены гражданским законодатель- ством, и использующей таксовый метод исчисления размера возмеще- ния38.

Особую значимость приобретают рассматриваемые способы за- щиты и при нарушении права на честь и достоинство. Так, 10.10.1992 г. Российская газета опубликовала статью “... А в нашем доме пахнет во- ровством”, в которой утверждалось, что некий гражданин В. незаконно вступил во владение домом. А через шесть лет этот гражданин, обра- тившись с иском к «Российской газете» о защите чести и достоинства, потребовал возместить ему упущенную выгоду, равную той сумме, ко- торую он мог бы получить, сдавая свой дом внаем в течение шести лет. Трудно не согласиться с автором публикации в «Российской газете» за

03.10.1998 г. Н. Козловой, которая считает такие требования необосно-

ванными.

Компенсация морального вреда является едва ли не основным способом защиты личных неимущественных прав. И хотя возможность

такой компенсации относительно недавно появилась в Российском зако- нодательстве39, вопросам понятия и возмещения морального вреда уде- ляется значительное внимание учеными-цивилистами40. Вопросы о его компенсации не раз становились предметом рассмотрения в Верховном Суде РФ41. Конкретные примеры возмещения морального вреда можно постоянно встретить в периодической печати42.

Под моральным вредом принято понимать причинение физиче- ских и нравственных страданий, он может быть причинен нарушением как имущественных, так и личных неимущественных прав. Нельзя не согласиться с позицией Ю.К. Толстого, который считает, что моральный вред, причиненный нарушением нематериального блага, подлежит ком- пенсации независимо от того, есть ли специальный закон, предусматри- вающий в соответствующих случаях компенсацию морального вреда. Если же моральный вред причинен нарушением имущественного права, то с 1 января 1995 г., т.е. с момента введения в действие части первой ГК, он подлежит компенсации лишь в случаях, предусмотренных зако- ном43.

В тех случаях, когда моральный вред подлежит компенсации, она осуществляется независимо от подлежащего возмещению имуществен- ного вреда. В случаях, предусмотренных законом, компенсация мораль- ного вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

На сегодняшний день остается дискуссионным вопрос о том, мо- жет ли быть причинен моральный вред юридическому лицу44 и о том, может ли этот вред возмещаться в иной (не только денежной форме). И если с точки зрения буквы закона на оба эти вопроса сегодня следует ответить отрицательно, то с точки зрения тенденции развития граждан- ского законодательства, расширения круга регулируемых отношений, совершенствования и повышения эффективности способов защиты, нужно признать, что необходимо закрепление в законе и возможности

взыскания морального вреда в пользу юридического лица, и возможно-

сти возмещения морального вреда не только в денежной форме.

Учредителями (участниками) юридического лица, участвующими в его образовании, могут быть и физические лица. Им не безразлична

оценка обществом их деятельности, выражающаяся в адекватном отно-

шении к данному юридическому лицу.

Если, например, в печати появились сведения о том, что пред- приятие наносит значительный ущерб окружающей природной среде, а в дальнейшем они не подтвердились, то должна быть возможность воз- мещения юридическому лицу морального вреда. Конечно, технически невозможно было бы поделить эту компенсацию между всеми работни- ками. Могут возникнуть вопросы о том, не являлся ли ущерб, причинен- ный директору, больше ущерба, причиненного технологу или курьеру. Однако на каждом предприятии есть фонды, которые можно использо- вать на благо всех работников для улучшения условий труда, для разви- тия производства.

Гражданин должен иметь возможность взыскания компенсации за моральный вред не только в денежной форме. В ряде случаев загла- дить моральный вред можно предоставлением путевки в санаторий, пе- редачей пострадавшему определенной вещи и т.д.

Нельзя лишать и виновного, желающего компенсировать мораль- ный вред, этой возможности в том случае, если у него нет денежных средств, но есть определенные материальные ценности.

Прекращение и изменение правоотношения чаще всего реали- зуется в юрисдикционном порядке, так как связано с принудительным прекращением или изменением правоотношения. Однако не исключает-

ся и самостоятельное применение данного способа защиты.

Прекращение (изменение) правоотношения как способ защиты гражданских прав и охраняемых законом интересов может применяться

как в связи с виновными, так и невиновными действиями.

Рассмотренный перечень способов защиты прав и охраняемых законом интересов не является исчерпывающим. В качестве примера

иных способов защиты личных неимущественных прав можно назвать возможность для гражданина, чьи честь и достоинство были умалены распространением позорящих его сведений, не соответствующих дейст-

вительности, распространить по месту жительства и работы текст реше- ния суда, выступить по местному радио с опровержением порочащих сведений.

Кроме того, к “иным” способам в данном случае можно отнести

объявление судом предупреждения, общественного порицания, наложе- ние штрафа, освобождение от занимаемой должности, возложение обя- занности принести публичное извинение. Так, в мае 1997 г. Президент Тайваня Ли Дэнхуэй обратился по телевидению к тайваньцам с покаяни-

ем: он признал свою ответственность за социальные беспорядки и серию нераскрытых жестоких преступлений, выразил соболезнование близким тех, кто пал жертвой убийц45. Тем самым президент избрал один из спо- собов защиты личных неимущественных прав граждан на жизнь, здоро- вье и физическую неприкосновенность.

В июле 1998 г. основатель и владелец крупнейшей в США теле- компании Си-эн-эн Тед Тэрнер принес свои извинения организациям американских ветеранов и всей стране за сюжет о, якобы, имевшем ме- сто в 1970 г. уничтожении американским спецназом лагеря с американ- скими дезертирами в джунглях Лаоса.

Сразу после первых обвинений руководство компании пригласи- ло одного нью-йоркского адвоката, специалиста по проблемам средств массовой информации, чтобы тот прояснил ситуацию. Вскоре он пред- ставил Си-эн-эн подробный доклад, из которого было видно, что авторы репортажа не нашли прямых свидетельств того, что лагерь был уничто- жен американскими коммандос и что при этом применялся зарин. Ре- зультатом стало увольнение двух авторов телепередачи и беспрецедент- ное в истории американской журналистики покаяние Т. Тернера.

Подводя итог этому скандалу президент Си-эн-эн Рик Карлан сказал: «Уровень информационной компании определяется не тем, что

она никогда не допускает ошибок, а тем, что она извлекает уроки из этих ошибок»46.