ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ВОЗРАЖЕНИЯ на иск о защите чести, достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда
Сведения, изложенные в статье, являются мнениями или оценочными суждениями, поэтому, в соответствии со ст. 152 ГК, практикой ее применения, и практикой ст. 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ответчик не может нести ответственность в порядке ст.
152 ГК.Этот вывод подтверждается, например, протестом заместителя Председателя Верховного Суда РФ Н.Ю. Сергеева от 20 декабря 2002 г., направленном в президиум Пензенского областного суда. В протесте подчеркнуто, что «исходя из смысла ст. 29 Конституции РФ о свободе слова и массовой информации, ст. 152 ГК РФ судебная защита чести, достоинства и деловой репутации возможна только от распространения фактических сведений, не соответствующих действительности, поэтому в случае высказывания в отношении потерпевших оценочных суждений правовой механизм, прописанный в ч. 1 ст. 152 ГК РФ, не может быть использован в качестве основания для их судебной защиты».
7 февраля 2003 г. президиум Пензенского областного суда согласился с доводами заместителя Председателя Верховного Суда РФ, удовлетворил протест и направил дело на новое рассмотрение.
Этот же вывод содержится и в статье судьи Верховного Суда РФ С. Потапенко «Факты и мнения в делах о защите чести», опубликованной в журнале «Российская юстиция», №7, 2001 г.
Из объяснений эксперта, допрошенного на судебном заседании, очевидно следует, что мнение может быть выражено не только в форме сомнения, но и в форме утверждения. Например:
- «Мне кажется (я думаю), что депутат Петухов оказывает давление» — мнение в форме сомнения;
- «Я считаю, что депутат Петухов оказывает давление» — мнение в форме утверждения.
Также эксперт показал, что проверить на соответствие действительности можно только утверждение о событии. Например: «Вчера в Москву прилетел Президент США Д. Буш».
Именно такие утверждения можно, например, посмотрев новости, проверить на соответствие действительности. Напротив, утверждения, вроде: «Я считаю, что это хорошо, что в Москву прилетел Президент США Д. Буш» — проверить на соответствие действительности нельзя. Подобные утверждения являются оценочными, даже несмотря на утвердительную форму. Почему они являются такими? Потому что о событии «Вчера в Москву прилетел Президент США Д. Буш» можно высказать самые разные суждения. Кто-то считает, что это хорошо, другие, что это может помочь России, а третьи, наоборот, что это плохо или такой прилет повлечет споры и проблемы с Китаем. Ни одно из этих утверждений невозможно проверить на соответствие действительности, т. е. привести доказательства, однозначно и убедительно исключающие все другие версии.Именно поэтому ответчик не может доказать в суде соответствие действительности этих сведений. Именно поэтому ученые и судьи в России убеждены, что возложение ответственности в порядке ст. 152 за высказанные мнения противоречит ст. 29 Конституции. Именно поэтому Европейский суд по правам человека считает, что возложение на ответчика обязанности доказывать истинность мнения противоречит ст. 10 Конвенции.
Учитывая изложенное выше, фраза «депутат Петухов оказывает давление на администрацию» является оценкой деятельности истца. Потому что журналист, пользуясь своим профессиональным правом высказывать мнение в своих материалах (ст. 47 Закона о СМИ), посчитал, что запросы истца в столь категоричной форме, приводящего столь жесткие аргументы в этих запросах, являются, по мнению журналиста, давлением на администрацию.
Из словосочетания «оказывать давление» не следует, что истец нарушает закон или моральные нормы и принципы. «Оказывать давление» свидетельствует об активности и настойчивости истца в отстаивании собственной позиции. Как следовало из ответов истца на вопросы представителя редакции, Петухов был убежден, что решение третейского суда законно, поэтому он и требовал его исполнения.
Поэтому он и направлял свои запросы.Истец считает, что фраза «на сторону Герасимова встал депутат Петухов» его порочит. Этот довод истца опровергается его же ответами на вопросы представителя редакции. Из ответов истца следовало, что если бы к нему обратился любой другой житель Дубны, пенсионер или предприниматель, то он сделал бы все, чтобы помочь обратившемуся. Если истец считает, что помощь нуждающимся его не порочит, то, следовательно, и помощь Герасимову его также не может порочить. Иначе не ясно, почему одним людям можно помогать, а другим нельзя?
Тем более, как и в любом споре, в споре между КЦ ТПП и ЗАО «Апогей- Пром» было две стороны. Осуществляя действия, направленные на исполнение решения третейского суда в пользу одной из сторон, истец, возможно, сам того и не желая, встал на одну из сторон.
А учитывая, что он добивался исполнения решения третейского суда в пользу фирмы Герасимова, то закономерно и понятно, почему журналист оценил ответы на эти запросы как «ответы, нужные Герасимову».
Фраза «Петухов... оказывает давление... не дожидаясь вступления решения суда в силу, т. е. получения истцом... исполнительного листа из арбитражного суда» также не является порочащей. Мы согласны, что решение третейского суда вступает в силу немедленно. Мы согласны, что журналист ошибся, написав «не дожидаясь вступления решения суда в силу». Но ст. 152 не предусматривает ответственность за совершение ошибки. Последствия, предусмотренные в ст. 152 наступают в случае распространения не соответствующих действительности порочащих сведений. Эта ошибка истца не порочит. Журналист не юрист, поэтому он не должен понимать разницу между получением исполнительного листа и вступлением решения суда в силу. Тем более в этом же предложении он объяснил, что под вступлением решения суда в силу он понимал получение исполнительного листа. Так как исполнительный лист получен не был, что истец не отрицает, то, по мнению журналиста, решение суда в силу не вступило.
Этой фразой журналист подчеркивал, что истец начал действовать, даже несмотря на то что исполнительного листа на тот момент не было. Хотя действующее законодательство предусматривает, что принудительное исполнение решений любого суда возможно только после получения исполнительного листа стороной спора.Достоверность фразы «воспользовался неосведомленностью» подтверждается материалами дела. В статье «Нашла коса на камень...» эта фраза объясняется следующим образом: «...вопрос об эффективности использования муниципальных площадей и роли доверительного управляющего ООО КЦ ТПП еще не рассмотрен депутатской комиссией по экономике». Действительно, решение направить запрос Петуховым было принято 28 сентября 2000 года. Хотя запрос по этой теме депутатом Николаевым был направлен только 10 октября 2000 года. Ответ на запрос Николаева, как это видно из его текста, и должен был разрешить вопрос «об эффективности использования муниципальных площадей и роли доверительного управляющего ООО “КЦ ТПП”».
Ссылки истца, что этот вопрос обсуждался и ранее, не подтвержден доказательствами. Допустимым доказательством, что вопрос об эффективности использования муниципальных площадей и роли доверительного управляющего уж рассматривался и, на момент составления запроса Петухова, депутаты уже были об этом осведомлены, — является протокол соответствующего собрания депутатской комиссии по экономике. Такого доказательства в материалах дела нет, истец на такой протокол не ссылается. Ответчики, в свою очередь, напротив, приводят доказательства соответствия действительности спорной фразы. Этот вопрос действительно не рассматривался, протокола обсуждения этого вопроса не существует, а из сопоставления дат запросов Петухова и Николаева видно, что этот вопрос должен был рассматриваться только после ответа на запрос Николаева, т. е. гораздо позже направления запроса Петуховым. Следовательно, эта фраза, по смыслу, раскрытому в скобках, соответствует действительности.
Кроме того, позиция Московского областного суда в части, что критика не может быть отнесена к порочащим честь и достоинство сведениям подтверждается и практикой Верховного Суда РФ.
В Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 февраля 2003 года содержится положение, что ограничение критики публичных лиц (государственных и муниципальных служащих, депутатов) снижает степень контроля общества за их деятельностью, что противоречит целям и задачам ограничений, установленных ч. 2 ст. 10 Конвенции.
Поэтому вывод Верховного Суда и Московского областного суда соответствует правилам, установленным международным договором Российской Федерации, и, следовательно, соответствует п. 4 ст. 15 Конституции. Необходимость обращения к практике Европейского суда подтверждается в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации». «Применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод».
Постановление Президиума Московского областного суда полностью соответствует принципу, подтвержденному Европейским Судом по правам человека в ряде решений (Лингенс п. Австрии, Обершлик п. Австрии, Кас- телс п. Испании), — пределы допустимой критики публичных лиц шире, чем в отношении частных лиц.
На основании всего изложенного
ПРОШУ
суд отказать истцу в удовлетворении его исковых требований.
Представитель ответчика Быков В.В.
РЕШЕНИЕ