Психологические закономерности устойчивости власти
Один из ключевых вопросов, стоящих перед политиками и исследователями власти, заключается в следующем: «Что может выступать предпосылками возникновения революционной ситуации, что толкает людей активно поддерживать предлагаемые политические изменения и участвовать в них, рисковать своим положением, здоровьем и, наконец, жизнью?».
Мы разделяем и полностью поддерживаем точку зрения А. И. Юрьева о том, что в основе политических явлений ле жат в первую очередь психологические феномены. А. И. Юрьев пишет, что ответ на вопрос: «Почему при всей опасности и жестокости революционных событий люди активно участвовали и поддерживали их?» кроется в психологии жизненного пространства: это соответствовало самым насущным психологическим потребностям — боли шинство людей не имели вообще никакого личного пространства (Юрьев, 1992). Основываясь на примерах Французской революции, он отмечает, что большинство французов не имели ни физического пространства (вся земля и жилища принадлежали 140 тыс. дворян и 130 тыс. священников); ни экономического (промышленность была подчинена цеховому строю с обязательным званием мастера для занятия ремеслом, свидетельство которого стоило 3500 ливров), ни правового (простолюдины, а именно 25 млн французов, по указу Людовика XIV, — люди «подлого рода); ни идеологического (только 45% грамотных были воспитаны католической церковью). Невыносимость существования в ограниченном пространстве и отсутствие всяких надежд на его изменение перевесили все опасности революционных выступлений. Люди были готовы изменить его, несмотря на все опасности для собственной жизни.По нашему мнению, категория «жизненное пространство» является одной из двух составляющих, определяющих психологические закономерности устойчивости власти. Следует особо отметить, что «жизненное пространство» имеет как объективные, измеряемые, ста-тистические параметры, так и субъективные, психологические, пе-реживаемые характеристики, оценивающиеся людьми в терминах «нравится-не нравится», «устраивает-не устраивает», «удовлетворя- ет-не удовлетворяет», «справедливо-не справедливо» и т.
д.Психологические закономерности устойчивости/неустойчивости власти раскрываются в известном выражении о революционной си-туации: «Верхи не могут, а низы не хотят». Вторая часть этого выра-жения — «низы не хотят» (так жить дальше), соответствует катего-рии жизненного пространства, которое уменьшилось до предельных размеров, стало ниже критических значений. Выражение К. Маркса: «Пролетариату нечего терять, кроме своих цепей» также психологи-чески обозначает сужение жизненного пространства объектов власти ниже критического, предельного допустимого значения. Повторим принятый в политической психологии тезис о том, что в основе по-литических явлений лежат в первую очередь психологические фе-номены.
Аналогичная Французской революции психологическая картина повторилась в России в начале XX в. и явилась одной из важнейших составляющих революционной ситуации, приведшей к революции 1917 г. Несмотря на отмену в 1861 г. крепостного права, крестьяне на самом деле не получили земли. Они должны были ее выкупать, что большинство крестьян сделать были практически не в состоянии. Тем же, кто земли выкупал, место выделения земельного надела определялось помещиком, барином, землевладельцем. В итоге земля по своим параметрам, качеству, плодородию, месту расположения не соответствовала необходимым требованиям. Это же относится к фабричным и заводским наемным работникам, полностью зависимым от хозяина в вопросах условий и оплаты труда, продолжительности рабочего дня и т. д. Например, с начала 1908 г. в нефтяной промышленности была введена двусменная двенадцатичасовая работа вместо трехсменной восьмичасовой. Отменялись наградные и квартирные, сокращалась медицинская помощь, были восстановлены побои и штрафы. Люди были бесправны. Подавляющее большинство Жителей России были безграмотными.
В революционной агитации большевики применили в первую очередь (хотя и в неявной, опосредованной форме) психологические методы. Для привлечения людей на свою сторону они использовали понятие «жизненное пространство».
Во всех лозунгах подразумевалось расширение «жизненного пространства» людей. «Земля — крестьянам» — расширение физического и экономического пространства. «Экспроприация экспроприаторов» — изменение физического и экономического пространства. «Фабрики — рабочим» — обеспечение экономического пространства. «Вся власть Советам» — обеспечение правового пространства людей. Свою роль сыграли и народники как предвестники революции, «ходившие в народ» и обучавшие простых людей грамоте.Подобная психологическая ситуация сложилась в СССР и к 1980-м гг. Ответ на вопрос: «Почему при внешнем благополучии, гарантированном (хотя и не высоком) уровне обеспеченности и стабильности люди буквально заразились лозунгами перестройки, были с ними согласны и поддержали их, хотели перемен?» лежит исключительно в области психологии, психологии жизненного пространства.
Что имели в своем распоряжении подавляющее большинство советских граждан, о чем они говорили и мечтали, в каких условиях жили? Анализ соотнесения этих вопросов с категорией жизненного пространства позволяет найти ответ на вопрос о подготовленной психологической почве для идей перестройки.
Была ли возможность для изменения физического, личного про-странства у подавляющего большинства простых людей? Сколько людей проживали в «бесперспективных» коммуналках с десятилет-« ними ожиданиями постановки на очередь и очень отдаленной пер-спективой на получение отдельной квартиры? Отсутствие возможно-сти законно купить или получить необходимое и желаемое по пара-метрам жилье при расцвете рынка «черных» маклеров, обязательная прописка, отсутствие которой преследовалось по закону. Ограничение строительства дачных домиков по этажности и площади, невоз-можность купить автомобиль, хорошую мебель и т. д. Основные во-просы обсуждались на 5-6-метровых кухнях. При этом информация о том, что санитарная норма в США составляет 45 м2 на человека, наличие в семьях двух и более автомобилей, возможность свободного перемещения по стране для многих жителей СССР произвела эффект разорвавшейся бомбы.
Такие условия, определяющие образ жизни, было трудно, практически невозможно представить.Экономическое пространство также оговаривалось жесткими рамками, без возможности выхода за их пределы и не соответствовало реальному вкладу каждого человека. Заработная плата и условия ра- боты строго регламентировались и определялись не конкретной про-изводительностью, а некими усредненными нормам. Установленные расценки, оклад плюс процент прогрессивки, система АБВГДейки, известная всем инженерно-техническим работникам, никаким образом не стимулировали желание работать больше и лучше. Вклад каждого человека не ценился и не учитывался, смена места работы не поощрялась. Повышение производительности, инициативность, ра-ционализация и изобретательство декларировались только на бумаге, а отношение к рационализаторам напоминало тихую ненависть. Зачем повышать производительность труда, например, в два раза, если при этом расценки тут же уменьшались в два раза, а на оплате труда это практически не сказывалось? На работе использовались всевозможные скрытые формы саботажа, так как большинство производимых товаров никогда никому в итоге не были нужны, уходили в брак, не соответствовали требованиям и ожиданиям потребителей.
Правовое пространство также не соответствовало ожиданиям лю-дей, представлениям о принципах социальной справедливости. Взятки, личные отношения, кумовство, блат, «телефонное» право, невоз-можность защитить свои права в суде, касты «неприкасаемых» и «золотой молодежи», живущих по своим законам. При этом факти-ческое бесправие и беззащитность простых людей перед произволом государства в лице чиновников и всего госаппарата и т. д.
Информационное пространство определялось и формировалось господствующей идеологией. Существовали только официальные государственные телерадиокомпании и печатные издания. Из ис-точников, для которых была разрешена критика официальной точки зрения, можно привести только тележурнал «Фитиль», журнал «Крокодил», да еще в некоторой степени 13-ю страницу «Литератур-ной газеты».
Отсутствие объективной информации и ее альтернатив-ных источников научило людей читать между строк. Реальное поло-жение вещей и происходящие события не соответствовали деклари-руемым государственными органами достижениям, реальная жизнь кардинально отличалась от официально провозглашенного уровня. Возможность получения информации вне официальных источников — прослушивание радиостанций «Свобода», «Голос Америки» и др. строго каралось, поделиться своими мыслями, сомнениями, своим отношением к происходящим событиям можно было только в тесном кругу близких людей на крохотной кухне. И на телевидении, и по радио, и в газетах писалось и говорилось одно и то же. Всякое инакомыслие строго каралось. Чего стоит придуманный советской психиатрией диагноз «вялотекущая шизофрения», который ставился всем несогласным с официальной точкой зрения. Разносчиками этой «болезни» являлись... комары. Под этот «диагноз» можно было подвести любого человека, который хоть один раз в своей жизни сходил в лес или хотя бы имел потенциальную возможность встречи с комаром. Притом что они живут в подвалах круглосуточно и беспрепятственно проникают во все квартиры, вероятность «заражения» и получения соответствующего «диагноза» висела над каждым, кто хотя бы усомнился в официальной доктрине.Произошло сжатие всех уровней психологического пространства каждого человека и всего общества в целом. То, что большевики использовали для завоевания власти и обеспечения своей поддержки в начале века в борьбе против царского правительства, против них использовали идеологи и лидеры перестройки. Психологическая ситуация с точки зрения эксплуатации и использования категории «жизненное пространство» повторилась один к одному.
Лозунги перестройки попали на благодатную психологическую почву: « демократия», «гласность», «ускорение», «интенсификация», «социализм с человеческим лицом», программа «Жилье 2000» подразумевали и предполагали в первую очередь расширение жизненного пространства каждого человека.
Призывы к отмене прописки, получение в собственность и при-ватизация квартир, возможность их свободной купли-продажи, про-возглашенная программа «Жилье 2000» психологически подразумевали расширение физического пространства людей.
Тем более что были предприняты попытки претворения этих лозунгов в жизнь. Ускорение, интенсификация, рыночная экономика, самоокупаемость и самоуправление на производстве расширяло трудовое пространство. Известный лозунг тех времен «Не сметь командовать зарплатой» содействовал потенциальной возможности расширения трудового, экономического пространства. Введение понятия «человеческий фак-тор», обещание построения правового государства, «социализм с че-ловеческим лицом», повышение роли судебной власти, внедрение в жизнь адвокатских контор воспринималось как потенциальное расширение правового пространства людей. Расширение информационного поля проявилось в появлении огромного числа новых газет, новых каналов телевидения, радиостанций. Тиражи газет и толстых журналов, которые били все рекорды, — психологическое следствие возможности расширения информационного пространства. В идеологической области появилась возможность высказывать собственное мнение по многим политическим, социальным и экономическим вопросам, возможность критики власти и ее представителей, критики идеологии и конкретных людей. Мы прекрасно помним те времена, когда во время прямой трансляции I съезда народных депутатов СССР останавливались целые заводы. Это явилось следствием информационной депривации — состояния, в котором наше общество пребывало слишком длительное время.Психологически точно сформулированные лозунги предопределили успех идеологов перестройки, искреннюю поддержку со стороны людей (притом, что многие инициаторы и «прорабы» перестройки преследовали свои личные, очень корыстные цели). Они правильно поняли и искусно использовали психологию жизненного пространства для достижения своих, зачастую неправедных целей.
Как отмечалось, устойчивость/неустойчивость власти определяется двумя основными факторами. Первая составляющая — категория «жизненное пространство», и как объективные параметры, так и ее субъективное восприятие людьми, были рассмотрены нами выше.
Второй составляющей психологических оснований устойчивости власти является понятие «ресурсы власти». А. И. Юрьев выделил и рассмотрел следующий список ресурсов власти: сырьевые, энергети-ческие, финансовые, технологические, информационные, организа-ционные, интеллектуальные, человеческие.
Наличие ресурсов позволяет власти существовать, добиваться целей, оказывать влияние на поведение и отношение объектов власти. Наличие-отсутствие ресурсов является, с одной стороны, объективной характеристикой в виде их фактического наличия и возможности распоряжаться ими субъектам власти, а с другой — субъективной в восприятии объектов власти. Хочется сослаться на хорошо всем известную по детству сказку «Волшебник Изумрудного города». Гуд- вин — «великий и ужасный» в субъективном восприятии жителей города, которые являются объектами власти, при объективном рассмотрении на самом деле оказался несчастным клоуном, слабым и беззащитным. Субъективное восприятие отсутствия сердца у Дровосека при объективном рассмотрении показывает его наличие. То же и с ресурсами. Субъективное восприятие их наличия или отсутствия объектами власти может не соответствовать реальному положению дел.
Объективность ресурсов власти определяется возможностью их измерить, увидеть и подсчитать. Субъективность восприятия ресурсов — в понимании их достаточности, возможности обеспечения жиз-недеятельности, эффективности использования, практичности, полез-ности, необходимости и т. д. В упомянутом выше выражении «Верхи не могут, а низы не хотят», «верхи не могут» обозначает отсутствие ресурсов у субъектов власти.
Необходимо отметить при этом возможные варианты:
объективно ресурсов может не быть, но субъективно они могут восприниматься как достаточные;
ресурсов не хватает объективно и в сознании людей, т. е. субъек-тивно, они воспринимаются как недостаточные, не эффективные;
объективно достаточный набор ресурсов, но в сознании людей их не хватает или они используются не рационально и не эффективно;
и объективно, и субъективно ресурсы власти являются достаточными и эффективными.
Мы несколько расширим приведенный список ресурсов субъектов власти, включив в него моральные, идеологические, нравственные, военные и территориальные ресурсы. Моральный ресурс власти определяется моральным правом субъектов власти требовать от объектов поведения в соответствии с нормами морали и совести. Идеологический ресурс определяется наличием идеологии правящей элиты и пониманием с ее стороны целей и направлений развития страны. Нравственные, духовные — носителями нравственности являются субъекты власти, не позволяющие себе отклонения от принятых норм поведения ни в мыслях, ни в делах. Военный ресурс служит целям обеспечения обороноспособности государства, независимости от внешнего воздействия, защищенности. Земля, физическое пространство — территория, ее качество, эффективность использования.
Анализ исторических фактов позволяет сделать вывод о том, что именно уменьшение ресурсов власти в восприятии людей приводит к революционной ситуации. Достаточно вспомнить события, предшествовавшие революции 1917 года. Власть в глазах людей потеряла все свои ресурсы.
Моральный ресурс власти оказался подорван широко известным стилем жизни правящей династии, степенью влияния Распутина на царскую семью, роскошным образом жизни по сравнению с уровнем жизни подавляющей части населения. Расстрел 9 января, Ленские расстрелы, на которых было убито и ранено около 500 человек, подорвали, в первую очередь веру в «царя-батюшку» как защитника простых людей, к которому можно обратиться за помощью и под-держкой. Нравственный ресурс в силу исторически сложившихся обстоятельств оказался утерян, так как его носителями было потомственное дворянство, юнкера и офицеры, большинство из которых погибли на полях сражений Первой мировой войны. Военный ресурс оказался подорван как в Первой мировой войне, так и в результате русско-японской войны и Цусимского сражения. Россия потеряла практически весь флот в результате не только военных и стратегических просчетов, но также из-за технологического отставания в проектировании и строительстве боевых кораблей. Все российские новейшие броненосцы по технологии строились как плоскодонные корабли, имели деревянные палубы, тогда как японские крейсера имели кильватерную форму, достаточно устойчивую при ведении боевых действий и обеспечивающую живучесть корабля.
Таким образом, в начале XX в. сложилась ситуация, в которой власть утратила все ресурсы: «верхи не могут», при сжатии жизненного пространства людей ниже критического уровня — «низы не хотят». Создалась психологически обоснованная революционная ситуация, власть потеряла устойчивость и была утеряна.
Большевики ее взяли, но к концу 1980-х гг. психологическая ситуация повторилась. Так же как было искусственно сжато жизненное пространство людей, власть растеряла практически все свои ресурсы как объективно, так и субъективно. Идеологический ресурс себя исчерпал. Никто не верил в светлое будущее и возможность построения коммунизма, власть существовала сама по себе, люди — сами по себе. Моральный ресурс власти практически отсутствовал, в обществе и среди руководителей не осталось авторитетов, носителей нравственности, тех людей, кто бы мог являться примером. Те, кто потенциально мог стать носителями морального и нравственного ресурса, были высланы или подвергались гонениям — академик Андрей Сахаров, писатель Александр Солженицын, поэт Александр Галич. Многие подвергались остракизму, жесткой критике или тотальному умолчанию со стороны властей — Иосиф Бродский, Владимир Высоцкий и др.
Военный ресурс оказался подорван войной в Афганистане. О технологическом ресурсе говорить не приходится, так как все прекрасно понимали, что мы отстали от всего мира на многие десятилетия, цветной телевизор в семье был редкостью, о компьютерах имелось более чем смутное представление. Примеров того, что ресурсы власти в СССР к середине 1980-х гг. были исчерпаны, можно приводить очень много.
Изменилось время, изменились имена, изменились лидеры, но психологические основания происшедших событий остались прежние. Власть потеряла устойчивость, основанную в первую очередь на психологических закономерностях. Низы не хотели жить по-старому, так как жизненное пространство людей сколлапсировалось, достигло критических параметров, а верхи не могли, так как у субъектов власти отсутствовали ресурсы для достижения целей власти и проведения политики.
Формула устойчивости власти определяется, таким образом, как соотнесение четырех уровней напряженности потребности с субъективным восприятием ресурсов власти со стороны объектов.
Соотнесение жизненного пространства с ресурсами власти позволяет рассматривать четыре варианта.
Жизненное пространство удовлетворяет, устраивает людей, и ресурсы власти воспринимаются как достаточные и эффективные — стабильное, устойчивое развитие, власть воспринимается как устойчивая и пользуется поддержкой людей.
Жизненное пространство удовлетворяет, устраивает людей, но ресурсы власти не воспринимаются как достаточные и не являются эффективными — анархия, нестабильность, беззаконие, вседозволенность, отсутствие управляемости.
Жизненное пространство не удовлетворяет, не устраивает людей, но ресурсы власти воспринимаются как достаточные и эффективные — авторитарная, деспотическая власть, при которой никоим образом не учитываются интересы людей, рабовладельческое общество, сталинизм.
Жизненное пространство не удовлетворяет, не устраивает людей, а ресурсы власти не воспринимаются как достаточные и не являются эффективными — возникает революционная ситуация.
Приведем стратегические показатели состояния России, выделенные учеными Института социально-политических исследований РАН. В исследовании были выделены несколько ключевых показателей, характеризующих состояние дел в современной России, и сравнили их с критическими уровнями, считающимися катастрофическими в мировой практике (см. табл. 11).
Таблица 11 № Наименование показателя Критиче-ское зна-чение Реаль-ное зна-чение Возможные последствия 1 Уровень падения производства 30% 47% Деиндустриали-зация страны 2 Доля высокотех-нологичной про-дукции 15% 1% Технологическое отставание 3 Доля в ВВП ассигнований на науку 2% 0,4% Разрушение
научного
потенциала 4 Соотношение доходов граждан 10:1 20:1 Социальный кризис 5 Доля населения за чертой бедно-сти 10% 30% Люмпенизация населения 6 Условный коэф-фициент депопу-ляции 1,0 1,65 Вымирание нации 7 Средняя продол-жительность жизни 75 65,9 Снижение жиз-неспособности страны 8 Экономические потери, % к ВВП 5% 15% Жизнеопас- ность окружающей среды 9 Уровень потреб-ления алкоголя, литров в год на человека 8 15,5 Деградация населения 10 Уровень доверия населения к ор-ганам власти 25% 15% Кризис власти
Стратегические показатели состояния России
Как видно из приведенной таблицы, речь в ней идет в первую очередь о ресурсах власти.