1.1. Предвидеть, чтобы управлять
При осуществлении любого вида трудовой деятельности, принятии управленческих и хозяйственных решений необходимо предвидеть, как будет изменяться в будущем эта сфера деятельности и реагировать на принятые решения.
Предвидение социальных, экономических, экологических и иных последствий предпринимаемых действий является непременным условием их успеха, особенно в быстро меняющейся обстановке. На протяжении десятилетий, через тяжелые уроки ошибок и неудач отрабатывались практические приемы предвидения будущего, которые со временем были обобщены специализированной отраслью научных знаний — прогностикой. Открытие закономерностей и тенденций развития той или иной области природы и общества для предвидения тенденций ее динамики в будущем и последствий вмешательства человека в эту область — важнейшая функция любой науки. Если прогностическая функция науки ослабевает, реальная траектория движения резко и непредсказуемо отклоняется от прогнозируемой, то это свидетельствует о необходимости смены научной парадигмы (системы научных взглядов, являющихся основой для принятия решения).Традиционный метод предвидения будущего — экстраполяция сложившихся в прошлом тенденций, результатов практического опыта и наблюдений. Этот метод широко применяется в хозяйственной деятельности и управлении. Однако он оказывается непригодным и дает ошибочные прогнозы в переломные, кризисные периоды, когда круто меняется траектория движения, система становится неустойчивой, раскрывается веер альтернатив возможного ее изменения под воздействием разнообразных факторов.
Основы современной теории предвидения будущего заложены русским ученым Николаем Дмитриевичем Кондратьевым (1892-1938); он же применил эту теорию при разработке первого в мире индикативного плана — пятилетнего плана развития сельского хозяйства, который был отвергнут как несовместимый с административно-директивной моделью народнохозяйственного планирования.
Основные положения теории предвидения Н.Д.Кондратьева[4] в ее современном звучании можно сформулировать следующим образом.1. Предвидение будущего строится на глубокой научной основе познания закономерностей строения, динамики и взаимосвязей прогнозируемого объекта. Н. Д. Кондратьев любил приводить известное положение Огюста Конта: "Знать — чтобы предвидеть, предвидеть — чтобы управлять".
В предвидении будущего нужно опираться на три группы закономерностей: статики, цикличной динамики и социогенетики. Статика помогает выявить структуру прогнозируемого объекта, его внутренние и внешние взаимосвязи, учитывать необходимость поддержания пропорциональности в будущей динамике систем. Цикличная динамика позволяет выявить закономерную неравномерность в развитии систем, предвидеть смену циклов и их фаз, периодической возникновение кризисов, взаимовлияние в цикличной динамике смежных и отдаленных систем. Социогенетика дает возможность выделить наследственное ядро (генотип) системы, которое сохраняется, пока существует система; уяснить механизмы наследственной изменчивости, обогащающей генотип с целью адаптации к существенным изменениям среды; стихийного и целенаправленного отбора, помогающего поддержать наиболее эффективные изменения для обогащения генотипа и поддержания жизнеспособности системы в изменившихся условиях.
Предвидение будущего — самый сложный, по сути дела, исследовательский процесс в управленческой деятельности, требующий соединения глубоких теоретических знаний с практическим опытом. Подтверждаемость прогнозов служит критерием истинности теории. Н. Д. Кондратьев отмечал, что "возможность предвидения на основе теории является вместе с тем критерием истинности теории... успех воздействия на действительность есть оправдание правильности теоретического предвидения результатов практического действия"[5].
Следовательно, государственным служащим и хозяйственным руководителям, чтобы эффективно выполнять свои функции, необходимо понимать закономерности статики, цикличной динамики и социогенетики, теоретические основы предвидения будущего.
2. Наиболее сложным и ответственным элементом теории предвидения будущего является прогноз цикличной динамики исследуемых объектов, смены циклов и их фаз, периодически возникающих кризисов. Циклы являются всеобщей формой движения любых систем в природе и обществе. Каждый цикл проходит в своем развитии пять фаз (рис. 1): зарождение в недрах предыдущего цикла; рождение; распространение (диффузия); стабильное развитие (зрелость); устаревание и вытеснение новой, более прогрессивной системой (кризисная фаза). После этого возможен либо переход системы в новое качественное состояние (очередной цикл в ее динамике), либо распад с сохранением на какое-то время реликтов ушедшей в прошлое системы.
Циклы в динамике социально-экономических систем бывают разной длительности. Наряду с текущими флуктуациями (колебаниями) типа сезонных циклов в пределах года выделяют краткосрочные (3-4 года), среднесрочные (8-12 лет), долгосрочные (40-60 лет), сверхдолгосрочные (несколько веков) и тысячелетние циклы. Все эти циклы, равно как и циклы в различных сферах, взаимодействуют друг с другом, образуя сложную ткань пульсации общественного развития (рис. 2).
Наиболее полно изучены среднесрочные экономические циклы, которые находят выражение в периодически потрясающих национальную и мировую экономику циклических экономических кризисах. Н. Д. Кондратьев исследовал полувековые циклы — большие циклы конъюнктуры (длинные волны экономической динамики), получившие название Кондратьевских циклов. В основе этих циклов лежит периодическая смена научно-технических направлений, преобладающих технологических укладов, каждый из которых включает несколько следующих друг за другом поколений техники (рис. 3).
Н. Д. Кондратьев раскрыл механизм взаимодействия долгосрочных и среднесрочных циклов. "Большие циклы экономической конъюнктуры выявляются в том же едином процессе динамики экономического развития, в котором выявляются и средние циклы с их фазами подъема, кризиса и депрессии... Средние циклы, приходящиеся на понижательную фазу большего цикла, должны характеризоваться длительностью и глубиной депрессий, краткостью и слабостью подъемов; средние циклы, приходящиеся на повышательный период большого цикла, должны характеризоваться обратными чертами"[6].
Правильно определив фазу большого (долгосрочного) цикла, можно с достаточной степенью надежности предвидеть характер приходящихся на эту фазу среднесрочных циклов и присущих им кризисов.Долгосрочные циклы, в свою очередь, являются составным элементом сверхдолгосрочных (цивилизационных) циклов, связанных со сменой мировых цивилизаций с присущими им технологическим и экономическим способами производства. Длительность таких циклов в современную эпоху составляет два-три столетия. Они охватывают все стороны жизни общества и оказывают воздействие на характер долгосрочных и среднесрочных циклов. Так, в конце XX в. наблюдается заключительная кризисная фаза сверхдолгосрочного цикла индустриальной цивилизации в преддверии ее замены постиндустриальной. Это обусловило затяжной характер и глубину как общецивилизационного кризиса, так и приходящихся на этот период кризисных фаз Кондратьевских и среднесрочных циклов (см. рис. 2). Дополнительным фактором, углубившим цивилизационный кризис, стало вхождение в кризисную фазу второго исторического (тысячелетнего) суперцикла.
С крахом централизованно-плановой модели экономического развития, ориентированной на планомерный бескризисный рост, государственным служащим, хозяйственным руководителям, ученым необходимо ориентироваться на цикличную социально-экономическую динамику, на предвидение циклов и кризисов, оценку их характера, длительности, взаимодействия. Только на этой основе может строиться долгосрочная стратегия социально-экономического развития.
3. Н.Д.Кондратьев различал три типа предвидения в социально экономической области.
Первый тип — предвидение событий нерегулярных, протекающих без определенной правильности. Это предсказание конкретного события и степени его интенсивности — прямой прогноз события или косвенный, связанный с наступлением другого, более известного события[7].
Второй тип — "предвидение событий, которые в своем ходе обнаруживают более или менее правильную повторяемость, или цикличность"[8].
Например, прогноз цикличных колебаний цен, экономической конъюнктуры, кризисов. Здесь возможен прямой прогноз путем построения кривых предвидения либо косвенный, отражающий взаимосвязь нескольких цикличных процессов (например, сбалансирование экономических циклов с циклами колебаний солнечной активности). Такого рода прогноз предложил А. Л. Чижевский, который в книге, опубликованной в 1924 г., исходя из прогноза максимума солнце деятельности в конце 20-х годов, предсказывал: "По всей вероятности, в эти годы произойдут, вследствие наличия факторов социально-политического характера, крупные исторические события, которые снова видоизменят географическую карту"[9]. Этот прогноз в основном подтвердился."Третий тип предвидения состоит в предвидении развития тех или иных общих тенденций, например тенденции хозяйственного роста или упадка той или другой страны, той или другой отрасли хозяйства, общих тенденций движения цен, движения различных категорий дохода, тенденций в изменении организационной структуры хозяйства…"[10]. Этот тип предвидения обычно рассчитан на длительный период времени, более достоверен, однако носит недостаточно конкретный характер; он может служить фоном, на котором реализуются первые два типа прогнозов.
4. Разрабатывая методологию предвидения будущего, Кондратьев исходил из необходимости сочетания генетического и телеологического подходов. Генетический подход строится на глубоком изучении закономерностей и тенденций исследуемого объекта, его взаимосвязей, он более достоверен, но сравнительно пассивен. Телеологический подход исходит из необходимости реализации в будущем априорно поставленных целей, он весьма активен, но страдает субъективизмом, игнорированием объективных закономерностей. Комбинирование обоих подходов позволяет обеспечивать обоснованность и активность, целенаправленность прогнозов и основанных на них стратегий и планов.
Н.Д. Кондратьев (и возглавляемый им Конъюнктурный институт) создал богатейший инструментарий прогнозирования, выявления и анализа долгосрочных тенденций цикличной динамики, использовал обширный арсенал математических методов и моделей при обработке статистических данных.
Однако он считал недопустимым преувеличение роли статистикоэкономических методов и полученных на их основе прогнозов: "Хотя статистический метод и позволяет нам вскрывать статические и динамические связи и закономерности между различными событиями данной совокупности, хотя математическая статистика и выражает эти связи даже количественно при помощи коэффициентов корреляции, дисперсии и т.д., однако на основе только статистического метода мы никогда не можем сказать, что... найденные нами закономерности являются действительно строгими каузальными законами явлений"[11]. Необходимы дополнительные приемы логического анализа, в том числе индукция и дедукция, чтобы подтвердить, что перед нами действительные причины. Кондратьев возражал против увлечения цифрами в предвидении будущего, использования детализированных балансов в прогнозах, завораживающей игры в цифры, создающей видимость обоснованности прогноза, но не считающейся с высокой степенью неопределенности в предвидении будущего, его вариантности, возможностью перелома тенденций в кризисных ситуациях.Эти предупреждения особенно своевременны для украинских экономистов, прогнозистов и управленцев, которые в недавнем прошлом при разработке долгосрочных прогнозов чрезмерно увлекались телеологическим подходом, экономико-математическими, экстраполяционными и балансовыми моделями» расчетами. Жизнь посмеялась над такого рода прогнозами и пошла по неожиданному руслу.