Правовые ограничения на этапе изложения результатов расследования
Правовые преграды латентно существуют и на этапе изложения информации, полученной по результатам расследования. Они ограничивают прежде всего характер обобщений и оценок, выносимых расследователем (в том числе устами экспертов, свидетелей расследуемого события и других лиц), характер языковых средств, экспрессивных выражений, применяемых при изложении текста (например, журналист не имеет права называть кого-то преступником до тех пор, пока это не будет зафиксировано в судебном решении).
Избежать этого в известной, но отнюдь не в полной мере и помогает следование требованиям Закона «О средствах массовой информации». Полученная журналистом каким-то образом на этапе сбора сведений та или иная информация, прежде чем она будет опубликована, должна быть соотнесена в первую очередь с требованием статей 50 и 51 этого закона. Первая статья называется «Скрытая запись» и гласит следующее:
«Распространение сообщений и материалов, подготовленных с использованием скрытой аудио- и видеозаписи, кино- и фотосъемки, допускается:
если это не нарушает конституционных прав и свобод человека и гражданина;
если это необходимо для защиты общественных интересов и приняты меры против возможной идентификации посторонних лиц;
если демонстрация записи производится по решению суда».
Статья 51 Закона «О средствах массовой информации» называется «Недопустимость злоупотребления правами журналиста». В ней говорится:
«Не допускается использование установленных настоящим Законом прав журналиста в целях сокрытия или фальсификации общественно значимых сведений, распространения слухов под видом достоверных сообщений, сбора информации в пользу постороннего лица или организации, не являющейся средством массовой информации.
Запрещается использовать право журналиста на распространение информации с цепью опорочить гражданина или отдельные категории граждан исключительно по признакам пола, возраста, расовой или национальной принадлежности, языка, отношения к религии, профессии, места жительства и работы, а также в связи с их политическими убеждениями».
Если журналист не может по каким-то причинам учесть правовые требования (ограничения) при написании материала, то они вполне могут проявиться после его опубликования, но уже в форме судебных исков к автору.
Непредвиденный характер возникновения правовых «ловушек» (преград) возможен, как например, и в случае с правовым определением понятия государственной тайны, в силу того, что, к сожалению, на сегодняшний день на «поле» законов существует еще масса терминологических «нестыковок», мешающих журналисту находить точные правовые ориентиры при подготовке расследовательских выступлений, изложении материала, да и дальнейшем отстаивании своих прав. Так, в существующих законах нечетко определены такие, часто применяемые в связанных с журналистскими расследованиями судебных процессах основные понятия, как «честь», «достоинство», «клевета», «оскорбление», «унижение чести и достоинства».А нечеткость и неопределенность в трактовке основных понятий как в текстах законодательства, так и в юридической литературе «способствуют субъективности и нечеткости их толкования в правоохранительной практике» [23].
Нечеткость, недостаточная определенность юридических терминов является существенным недостатком, относящимся к самым разным реалиям журналистской деятельности и ее технологиям, к разным аспектам взаимоотношений журналиста и закона. Так, по мнению известных юристов, готовивших ныне действующий закон о СМИ, например, нельзя не учитывать того, что даже «...применительно к компьютерам в законодательстве уже накопилось немало терминологической путаницы. Так, уже упоминавшийся Закон “Об информации, информатизации и защите информации” использует термины: “информационная система”, “средства вычислительной техники и связи, реализующие информационные процессы” и т.д. Закон РФ “Об авторском праве и смежных правах” говорит о “программах для ЭВМ”, “объектном коде” и “пользователях сети”. Закон о СМИ в редакции от 19 июля 1995 года толкует об “информационных компьютерных файлах” и “программах обработки информационных текстов”. Наконец, анализируемый законопроект предлагает ввести в оборот “компьютерные сообщения”, “компьютерные сети”, “компьютерную информацию”. Тем самым нарушается юридическая совместимость законов и приближается большое вавилонское столпотворение в правоприменении» [24].
Подобных «недоделок» в законах достаточно много.
И все же, независимо от степени совершенства, соблюдать их журналисту необходимо. Работая в существующем информационно-правовом поле, ему важно следовать двум необходимым условиям. С одной стороны, «не поступаться принципами», то есть стремиться достигнуть общественно значимой цели – раскрывать тайны, идущие во вред обществу, а с другой – избегать конфронтации с законами.Журналист не должен забывать о том, что нарушения закона с его стороны (даже если они и незначительны по сравнению с теми преступлениями, которые он расследует) дают противодействующим ему лицам реальные основания для привлечения его к судебной ответственности. Примеры неосторожного обращения журналиста с законом хотя и не очень часто, но обнаруживаются. Так, 14 мая 1999 года один известный московский журналист-расследователь А.X. был задержан сотрудниками ГИБДД, поскольку нарушил на своем автомобиле правила дорожного движения. Проверяя документы нарушителя, сотрудники милиции обнаружили у него удостоверения помощника заместителя председателя Московской областной Думы, консультанта Секретариата руководителя Аппарата Государственной Думы РФ, пресс-секретаря Московского таможенного управления, капитана уголовного розыска городского ГУВД, а также специальный талон, позволяющий владельцу его не подвергаться милицейскому досмотру (владельцем всех этих документов он сам и значился).
Журналист наотрез отказался отвечать на вопросы о том, откуда у него все эти документы. Но предупредил милицию, что они представляют собой всего лишь выданные ему соответствующими органами «документы прикрытия». В результате против него возбудили уголовное дело по факту использования поддельных документов. А.X. был отправлен в изолятор временного содержания. Вечером 15 мая его отпустили под подписку о невыезде. Позднее дело было передано в прокуратуру. И только благодаря вмешательству высоких покровителей, с разрешения которых он ранее получил «документы прикрытия», необходимые для выполнения важного и особо трудного расследования, дело было закрыто.
Еще один пример игнорирования (или незнания) закона при организации и проведении расследования.
В конце декабря 1999 года в Москве на Садовой-Спасской улице была задержана журналистка Н.В., которая продавала мужские носки. Разрешение на торговлю у нее отсутствовало, и милиция решила препроводить торговку в отделение. Журналистка попыталась объяснить стражам порядка, что выполняет редакционное задание, и предъявила служебное удостоверение. Однако это не помогло, и ее вызвали по повестке в Мещанский межмуниципальный суд. Во время судебного процесса Н.В. предъявила письменное распоряжение главного редактора о том, что получила задание собрать материал для журналистского расследования методом «включенного наблюдения». Для этого на редакционные деньги купила носки и стала выдавать себя за торговку. Однако судья не внял объяснениям и вынес решение оштрафовать журналистку в административном порядке на 40 рублей. Не согласная с решением суда, она стала подавать кассационные жалобы. И только в Верховном суде Российской Федерации спецкору удалось доказать свою невиновность. В высшей судебной инстанции отменили решение районного суда, учитывая, что журналистка лишь создала внешнюю видимость административного проступка, не желая при этом заниматься продажей носков и извлекать из этого какую-либо материальную выгоду. Иногда бывает важно учитывать даже противоположные трактовки законов, с которыми «входит в соприкосновение» журналист-расследователь, что вполне возможно, как уже было отмечено, в силу несовершенства законов, их недостаточной определенности и категоричности. Как правило, здесь необходимы и дискуссия, и компромисс с противостоящей стороной.О том, как важно прогнозировать возможные последствия для самого расследователя с точки зрения права, говорит, например, уже упоминавшееся громкое дело военного журналиста газеты «Боевая вахта» капитана второго ранга Г. Пасько, по которому велось закрытое судебное разбирательство и которое тянется до сих пор.
Журналисту, который только приступает к журналистским расследованиям, определенную помощь в плане совершенствования юридической подготовки может оказать изучение появившихся в последнее время разнообразных, написанных доступным языком пособий по юридическим вопросам, а также участие в семинарских занятиях, которые организует, скажем, Агентство журналистских расследований в С.-Петербурге, а в Интернете (что для многих более доступно, чем специальная командировка) проводит занятия в форме юридического тренинга Фонд защиты гласности.
Для такого рода тренинга можно, например, использовать книгу «Техника юридической безопасности для журналистов: сборник материалов практических обучающих семинаров для работников СМИ и будущих журналистов» (Отв. ред. А. Симонов. – М., 2000).Чтобы дать общее представление о характере этих семинаров, обратимся к первой главе этой книги, содержащей основные выводы, рекомендации и написанной в расчете на прямое использование практическими работниками – журналистами и другими сотрудниками средств массовой информации, работниками правоохранительных органов, юристами и т.д.
Глава состоит из сорока тематических блоков, каждый из которых построен по принципу «вопрос – ответ». Вот пример: