Методы оценки предмета отображения
Одной из задач, которую журналист решает при расследовании, является оценка разного рода фактов, событий, личностей, попадающих в орбиту его интереса. Оценка в журналистике предстает как установление соответствия или несоответствия оцениваемых явлений существующим в обществе, в данной сфере деятельности нормам, потребностям, образцам, представлениям (критериям оценки).
Значение оценки состоит в том, что она предваряет дальнейшие шаги в расследовании, позволяет установить приоритеты, например, в плане «вклада» того или иного участника, предположим, финансовой махинации, в ее осуществление. Разумеется, как бы журналист ни стремился к тому, чтобы объективно воспринимать обстоятельства расследуемого дела, полученная им «истина» всегда будет относительной, то есть его знание будет бесконечно приближаться к сути оцениваемого предмета. Относительно истинной будет и оценка, выносимая тем или иным действиям, поступкам, следствиям на основании такого знания. Все это, однако, не означает, что он не может получать достаточно достоверные знания и выносить достоверные оценки.Естественно, что степень достоверности оценочных суждений журналиста будет изменяться в зависимости от того, какие именно факты становятся ему известны. Ведь отображение сторон фактов происходит избирательно, в зависимости от того, что интересует журналиста. И поскольку в каждом явлении, событии есть полезные, нужные человеку качества и наряду с этим ненужные или вредные, то, принимая во внимание одни из них и отвергая другие, журналист может выносить предмету в целом одностороннюю оценку. Таким же путем может формироваться и отношение к оцениваемому предмету и аудитории, когда она будет знакомиться с текстом.
Пример использования избирательного показа отдельных сторон явления, с целью формирования его оценки, содержит уже упомянутая публикация И. Домникова «Вбегание во власть».
В этом материале, кроме всего прочего, речь идет о заместителях нового липецкого губернатора, в частности о Горлове – первом заместителе, Дюкареве – заместителе по связям с общественностью и Доровском – заместителе по экономике. В биографии и сегодняшней деятельности каждого из этих героев публикации Домников находит не самые лицеприятные поступки и действия.О Горлове он пишет так:
«Один только пример, как можно довести своего брата чиновника до состояния классовой ненависти. Незадолго до выборов назначили нового начальника управления культуры, и тот по правилам джентльменской этики заявил себя сторонником Наролина (противника нынешнего губернатора)... А утром нашего управленца вызвал Горлов и сообщил, что позвонил куда надо и работы у энергетиков нашему управленцу не будет».
О Дюкареве:
«Впечатление, к слову, что Дюкарев – это и есть липецкая пресса. Учитывая, что он председатель местного союза журналистов, и что какой-нибудь редактор может подписать номер, уехать домой, а утром увидеть совсем другую газету (“Приехал Дюкарев и велел поставить другой материал”), – так оно и есть».
О Доровском:
«Городские депутаты внесли 25%, и “область” – тоже 25. Затем Доровский основал банк, взяв за базу почему-то самый слабый... Потом за спиной у города через подставное лицо купил еще 20% акций. Затем тихо забрал свои же 25% и сам же в себя их вложил, но уже под проценты. Схема жульничества известная...»
Таким образом, всего лишь описывая поступки липецких «рулевых» власти, Домников сразу же дает им негативную оценку. Он отбирает только те факты, которые разоблачают их махинации, и вот перед взором читателя моральный облик чиновников нового губернатора. Объективны ли эти оценки? Это зависит, конечно же, от того, насколько объективны примеры (факты), которые приводит журналист, что требует отдельного рассмотрения.
Избирательный показ качеств оцениваемого предмета может, разумеется, давать адекватное представление об этом предмете, если автор сумеет выявить именно его существенные качества.
В этом случае следует полагать, что не только журналист, но и читатель может правильно оценить значимость для себя описываемого явления. Необходимо отметить, что в случае оценки объектов, представляющих собой разного рода информационные сообщения (это существенно для расследования исторических явлений), аналогом описанного фрагментарного отображения реальности «предметного» характера выступает цитирование. Предъявив читателю ряд цитат из какого-то текста, автор публикации может предоставить ему возможность самому оценить такой текст, достоверность содержащихся в нем сведений. Ясно, что от того, какие будут подобраны цитаты, во многом зависит и оценка самого текста. Очень часто о тех или иных качествах оцениваемого предмета аудитория узнает, знакомясь не с наглядным описанием фрагментов, а воспринимая «свернутые» сведения о предмете, которые могут быть преподнесены в форме пересказа того, что узнал автор. Пересказ, как и показ фрагментов, помогает аудитории обратить внимание на определенные стороны явления и вынести, исходя из этого, определенную оценку.Пересказом журналист обычно пользуется в том случае, когда хочет сэкономить газетную, журнальную площадь или эфирное время. Или же тогда, когда у него нет возможности лично наблюдать описываемое явление и получить наглядные его детали. Наряду с показом наглядных фрагментов явления в журналистике активно сочетается их пересказ и показ. Этот путь позволяет не только познакомить аудиторию с отдельными сторонами описываемого явления, но и дать ей относительно полное представление о нем. Далее необходимо обратить внимание на следующее обстоятельство. Оценку какого-либо события, явления можно сделать не только с помощью показа качеств, сторон, проявляющихся именно в момент его свершения, но и показывая те следствия, которые оно породило. Знакомясь с ними, читатель оценит описанное журналистом явление, его причину вполне однозначно.
Свое отношение к расследуемым явлениям, событиям автор, как и во многих иных случаях, выносит прежде всего при помощи так называемых оценочных слов: «добро», «зло», «хорошо», «плохо», «положительно», «отрицательно», «прекрасно», «безобразно», «великолепно», «серьезно», «несерьезно» и др.
Без такого рода оценок практически не обходится ни одно расследовательское выступление.Вот пример применения таких оценок в материале И. Домникова из упоминавшегося «липецкого цикла» под названием «Липецк очнулся: весь в экономическом чуде» (Новая газета. 2000. № 7–8). Этот материал – реакция автора на интервью с губернатором, который говорил о «новом экономическом чуде» в хозяйствах Липецкой области. Домников, возмущенный этими заявлениями, пишет:
«И я настаиваю: в год экономического чуда под руководством зюгановского протеже жить в Липецке стало хуже, жить стало гнуснее. О чем, собственно, и говорили мне липчане без всякой арифметики».
Так же прямо, как говорится, «в лоб», с помощью оценочных слов выражает Домников свое отношение к самим липецким властям:
«И скептик и циник, конечно, скажет, что, мол, не надо теорий, а надо прямо сказать, что в Липецке политику, экономику определяют наглость, жадность, властолюбие и отсутствие хотя каких-то правил приличия. Но мы на это возразим, что Королев и его ребята, может, ничего плохого и не хотели, а просто у них так получается. Натура такая. Не удержишься».
Оценку самому губернатору Королеву Домников выносит в другом материале под названием «Мандолина в кустах» – последней публикации из «липецкого цикла» (Новая газета. 2000. № 8):
«Не толстый, не тонкий, не усатый, не лысый, не громкий, не тихий, не старый, не молодой... Тут просто надо встряхнуться, сбросить все слова и лозунги, исходящие из липецкой администрации, и посмотреть прямым, незамутненным детским взглядом на губернатора. Во-первых, здесь нет принципов или убеждений – ни в политике, ни в экономике. И нет партийности, а только ориентация на реальную власть, если она сильная. И нет ответственности перед людьми. И принципиальность всегда ситуативная – если безопасно и выгодно. И ясный взор пионера, и незапоминающиеся обтекаемые речи, и слишком хорошие стерильные манеры... Вот! Это же старый, знакомый до боли, тип инструктора горкома партии».
Прямые, лобовые авторские оценки в журналистских текстах, в том числе и расследовательских, не исчерпываются только оценочными словами, которые обычно олицетворяют собой в обыденном сознании понятие оценки.
Оценочные суждения сами по себе ничего не говорят о предмете оценки. Они становятся таковыми лишь в силу того, что как бы замешают определенные, вполне реальные качества предметов. Выступать «заместителями», «представителями» определенных качеств предмета могут не только оценочные слова, о которых говорилось, но и некие «имена» предметов. Такие «имена» имеют определенную историю своего становления и называются в журналистике и литературе «образами» или «образными сравнениями». Образное сравнение есть не что иное, как «прикладывание» образа к оцениваемому предмету, приписывание этому предмету качеств и свойств, которые стоят за самим образом. Примером могут быть такие выражения: «джек-потрошитель», «плюшкин», «синяя борода», «фараон», «мент» (о полицейском), «рэмбо» и пр.Как видим, такие слова и выражения, ставшие образами в силу закрепления за ними определенного отношения, способны как бы придавать явлениям, людям, которых ими обозначают, определенные качества (даже если их у тех нет).
Прямая авторская оценка может быть вынесена в тексте и без применения оценочных слов и образных выражений. Свое отношение к описываемым событиям, явлениям автор может выразить и через описание (показ) своего поведения (поведенческой реакции) или поведения других людей, животных. Что касается уместности использования в тексте расследования метода прямой оценки автором того или иного феномена, то надо иметь в виду следующее: он, как и любой другой человек, имеет полное право высказываться по любому поводу, оценивать любое явление. Однако его прямое выражение своего отношения к предмету оценки целесообразнее применять в первую очередь тогда, когда он хорошо знает предмет или ситуация не позволяет, например, обратиться к мнению экспертов или использовать другие методы.
В большинстве случаев желательно избегать лобовых оценок расследуемых явлений. Достаточно достоверно описать факты и показать, что является их причиной и к каким следствиям (желательно – хорошо узнаваемым аудиторией) ведет расследуемое событие. Оценку в таких случаях сможет дать сам читатель или телезритель.