Из предисловия к русскому изданию
Всю Великую Отечественную войну советского народа я провел в Советской стране, поэтому, когда мне испол-нилось шестьдесят лет, я острее, чем когда-либо, почувствовал, что должен написать эту книгу — прежде всего как долг и выражение признательности советскому народу.
Именно советский народ вынес на себе основную тяжесть второй мировой войны; именно он потерял в ней 20 миллионов людей. Надо напомнить об этом За-паду— ведь у многих там память коротка. К их числу относится, например, президент США Джонсон: в своей речи по случаю 20-й годовщины победы союзников надГерманией он даже не упомянул о жертвах, которые принес для общей победы Советский Союз. А если говорить только о человеческих жертвах, то Америка потеряла во второй мировой войне в сорок раз меньше людей, чем Советский Союз.
У его предшественника, Кеннеди, память была луч-ше. 10 июня 1963 года он сказал:
«Во всей истории войн еще не было страны, которая выстрадала бы больше, чем Россия во время второй мировой войны.
Не меньше двадцати миллионов людей было убито. Многие миллионы домов и крестьянских дворов были сожжены или разграблены. Третья часть (европейской) территории страны, включая почти две трети ее основных промышленных районов, была превращена в пустыню».
Нечего и говорить, что столь тяжкие потери оставили глубокий след в жизни Советского Союза, и именно они, нравится это западным политикам или нет, опре-деляли курс внешней политики Советского правительства после войны. Ведь в СССР нет, пожалуй, ни одной семьи, которой фашистское нашествие не коснулось бы самым непосредственным и чаще всего самым трагическим образом. Память о 1941—1945 годах и теперь свежа в каждом советском человеке старшего возраста, а молодому поколению постоянно рассказывают и напоминают в книгах, кинофильмах, радио- и телевизионных передачах о том, что выстрадала страна и какую борьбу пришлось ей вынести для того, чтобы сначала выстоять, а потом завоевать победу...
Больше двадцати лет прошло со дня окончания войны, и я теперь, пожалуй, единственный здравствующий поныне представитель Запада, который пробыл в СССР все военные годы и который почти каждый день записывал в свой дневник обо всем, что видел и слышал.
Среди иностранных корреспондентов я, можно сказать, находился в привилегированном положении: я родился в Петербурге и говорю по-русски, как на родном языке. Поэтому я мог свободно и неофициально беседовать с тысячами людей, военных и гражданских. Я находился в особом положении еще и потому, что был не только корреспондентом крупной английской газеты «Санди тайме», но, что самое главное, корреспондентом Би-би- си, которая каждое воскресенье передавала мои «Русские комментарии», собиравшие у приемников рекордное число— 12 или 13 миллионов слушателей в Англии, не считая еще многих миллионов в оккупированной Европе и в других странах; я делал все, что было в моих силах, чтобы рассказывать Западу правду о военных усилиях советского народа Я был рад оказывать эту услугу советскому народу, и советские власти ценили мою работу, а потому создавали исключительно хорошие условия, чтобы я мог посещать фронтовые районы, освобожденные территории и встречаться как можно с большим числом людей. Бывало, что организовывались поездки небольшими группами, по пять-шесть коррес-пондентов, в которых, естественно, принимал участие и я, но я часто ездил и один. К числу таких поездок, самых достопамятных для меня, было мое пребывание в Ленинграде во время блокады, поездка в Воронеж сразу после его освобождения, неделя, которую я провел на Украине в марте 1944 года с войсками 2-го Укра-инского фронта, которыми командовал Маршал Совет-ского Союза И. С. Конев. Я был на Смоленском фронте в сентябре 1941 года, в районе Сталинграда в январе и в самом Сталинграде в феврале 1943 года, потом в Харькове (дважды в 1943 году),Орле (вавгусте 1943года), в Киеве, Одессе и Севастополе после их освобождения в 1944 году, в Румынии и Польше тоже в 1944 году и, наконец, снова в Польше и в Германии в 1945 году. Я не говорю уже о поездках в тыловые районы — в Тулу, Горький и другие города.Во время этих поездок я имел возможность встречаться со многими знаменитыми генералами, в том числе с генералом В.
Д. Соколовским в Вязьме трагической осенью 1941 года, с генералами В. И. Чуйковым и Р. Я. Малиновским в районе Сталинграда; с К. К. Ро-коссовским в Польше и, наконец, с маршалом Г. К. Жуковым в Берлине.И потом — жить в Москве все эти военные годы было тоже исключительно интересно. Как на фронте, так к в Москве я пользовался каждой возможностью, чтобы поговорить с людьми. Так, разговаривая с солдатами, рабочими, интеллигентами и другими, я мог видеть,
1 Характерно, что Би-би-си прекратила мои комментарии из Москвы немедленно после капитуляции Германии в мае 1945 года. (Здесь и далее кроме специально оговоренных случаев в тексте А, Верта примечания автора.) как менялись настроения в народе — от некоторой ра-стерянности 1941—1942 годов к оптимизму и ликованию 1943 года и дальше, несмотря на многочисленные личные потери, лишения и огромные трудности, которые испытывало большинство населения. В Москве я позна-комился со многими представителями советской интеллигенции — с писателями К. М. Симоновым, А. А. Сур-ковым, И. Г. Эренбургом, М. А. Шолоховым, А. А. Фадеевым, Б. JI. Пастернаком; композиторами С, С. Про-кофьевым и Д. Д. Шостаковичем; знаменитыми кинорежиссерами В. И. Пудовкиным, С. М. Эйзенштейном и А. П. Довженко и многими другими. Некоторые из них уже умерли, но с иными я продолжаю поддерживать теплые дружеские отношения, в частности с К. М. Симоновым, А. А. Сурковым и Б. Н. Полевым.
Все эти контакты позволили мне составлять широкую картину советского общественного мнения — в Москве, на фронте, в только что освобожденных районах,— и я думаю, мне не нужно извиняться за то, что я уделил такую большую часть этой книги моим личным наблю-дениям за жизнью и настроениями в Советском Союзе в годы войны.
Париж, июль 1966 год
Александр Верт