Коллективизация в СССР
В западных странах преобразование аграрного сектора («аграрная революция») предшествовало преобразованию промышленности. Поэтому в целом были решены проблемы продовольствия и сырья.
В СССР оба эти процесса проходили одновременно.
Коллективизация — это прямой переход от мелкого хозяйства к крупному без переходных форм кооперации.
Цели и задачи, которые должна была решить коллективизация:
уменьшить число занятых в сельском хозяйстве пропорционально расширению спроса на рабочую силу в создаваемой промышленности;
обеспечить снабжение промышленности незаменяемым техническим сырьем; городское население, армию — продовольствием;
поставить деревню под жесткий административный контроль (десятками тысяч колхозов командовать легче, чем миллионами индивидуальных хозяйств);
резко повысить товарность сельского хозяйства.
Уже в 1928 г. (после кризиса хлебозаготовок 1927/28 гг.) в деревне применялись «чрезвычайные меры», был взят курс на форсированную организацию колхозов и совхозов.
К лету 1929 г. удельный вес объединяемых колхозами хозяйств составил около 4%. Летом 1929 г. был провозглашен лозунг «сплошной коллективизации» целых округов (первым из них стал Хоперский округ Нижневолжского края). Осенью 1929 г. было заявлено об отказе от НЭПа и «сплошной коллективизации» целых областей.
На местах провозглашались лозунги «бешеных темпов коллективизации» (даже в Средней Азии). 5 января 1930 г. было принято постановление ЦК ВКП(б) «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». В нем зерновые районы были разделены на две зоны по срокам завершения коллективизации:
1) Северный Кавказ, Нижняя и Средняя Волга — осень 1930 г. или весна 1931 г.; 2) остальные зерновые районы — осень 1931 или весна 1932 г.
Но постановление было нечетким, неконкретным. В нем не были определены порядок и объекты обобществления, порядок образования неделимых фондов.
Артель трактовалась как «переходная форма к коммуне» (что позволяло на местах «перепрыгивать через переходную» форму).Коллективизация не была подготовлена ни технически, ни идеологически, ни организационно. Работа в массах подменялась угрозами, грубым натиском. В артелях добивались максимального обобществления, включая последнюю курицу. В деревнях насильственно закрывались рынки, церкви. Уполномоченные на помощь вызывали армейские части, даже авиацию.
Особая политика проводилась в отношении кулачества. Летом 1929 г. было принято решение о запрещении приема кулацких семей в колхозы. Это вернуло деревню к временам «комбедов»; раскололо ее, ужесточило борьбу, вызванную безысходностью положения масс людей.
30 января 1930 г. было опубликовано постановление ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации». Раскулачиваемые делились на три категории:
1) кулаки, которые совершали террористические акты и провокации, вели открытую борьбу (их судили и изолировали);
2) кулаки, имевшие экономически мощные хозяйства, жившие за счет эксплуатации (их выселяли в отдаленные районы страны);
3) кулаки, эксплуатировавшие труд в сравнительно небольших размерах (их расселяли на других землях в пределах района, но за пределами колхозов).
Искусственность выделения этих групп, неопределенность их характеристик, завышенная цифра кулацких хозяйств в постановлении (3 — 5%) создавали почву для широкого произвола на местах. На практике в число раскулачиваемых стали попадать и середняки, и бедняки, не желавшие вступать в колхозы (в отдельных районах число раскулачиваемых к марту 1930 г. достигло 10—15%, число «лишенцев» — лишенных избирательных прав — 15 — 20%).
Одновременно бюрократическая система, требовавшая высоких показателей и угрожавшая за неисполнение директив, порождала очковтирательство, приписки. К началу марта 1930 г., согласно официальным данным, в колхозах числилось свыше 50% крестьянских хозяйств.
Но нарастала волна массового недовольства.
Оно проявилось в огромном количестве протестующих писем, массовом забое скота (только за зиму 1929/30 г. поголовье скота в деревне сократилось значительнее, чем за годы гражданской войны), самоликвидации хозяйств, в вооруженных выступлениях (с начала января до марта 1930 г. — более 2 тыс.).Реальной становилась угроза повторения весны 1921 г. В этой обстановке в марте 1930 г. появилась статья Сталина «Головокружение от успехов».
Весной — летом 1930 г. прекратили существование «бумажные» и насильственно созданные колхозы (оставшиеся объединяли 18% хозяйств) , была частично реабилитирована часть раскулаченных. Но серьезной корректировки политики не произошло.
Новая волна раскулачивания прошла в 1931 — 1932 гг. Всего исчезло более 1 млн. хозяйств; в отдаленные районы Севера, Урала, Сибири, Казахстана было выслано около 2 млн. чел.
В 1932—1933 гг. на Украине, в Казахстане, на Северном Кавказе, Нижнем и Среднем Поволжье и в других местах разразился массовый голод. Точные цифры голодавших определить трудно. По некоторым данным, от голода умерло около 4 млн. человек. То обстоятельство, что хлеб из этих районов изымался на нужды индустриализации, не может оправдать этого страшного преступления.
К осени 1932 г. (концу первой пятилетки) в колхозах состояло 62,4% крестьянских хозяйств.
В 1937 г. (конец второй пятилетки) в стране было создано 243,7 тыс. колхозов, которые объединили 93% хозяйств, 9/10 из них обслуживала система машинно-тракторных станций (МТС).
Командно-директивные методы руководства были перенесены и на аграрный сектор. Начиная с 1930 г. стали разрабатываться государственные посевные планы, с 1932 г. — планы работы МТС.
Коллективизация создала необходимые условия для осуществления планов индустриализации. Город, промышленность получили огромное количество рабочих рук — число крестьян сократилось на 1/3.
Попутно было ликвидировано и аграрное перенаселение. Государственные заготовки зерна возросли в 2 раза (при сокращении его валового производства в 1929—1934 гг. на 10%).
Деревня стала важнейшим каналом пополнения финансовых ресурсов для нужд индустриализации.
Историки, анализируя развитие советского общества в 30-е годы, выделют следующие аспекты:
проявление общемировой тенденции к нарастанию государственного вмешательства в экономику, характерной в той или иной форме для развитых социальных систем в индустриальную эпоху («Новый курс» Ф. Рузвельта в США, правоавторитарные режимы Европы, Японии в 20 — 40-е годы);
воздействие российского социокультурного комплекса (государственно-патерналистских, общинных и других традиций);
влияние геополитической ситуации — самая длинная в мире сухопутная граница, что требовало многочисленной, хорошо вооруженной армии;
государственное вмешательство в экономику, связанное с необходимостью ускоренного преодоления технико-экономической отсталости страны, особенно учитывая международные отношения межвоенного периода, внешнюю опасность.
3.