РОКУ 1677
Зима барзо великая била так сшТами, як теж и морозами, и мало которій день был без вітру, и тривала снігами и морозами великими близко до святого Гегоргія, же юже людем на Сіверу не тилко сіна, але й солом на хатах не ставало.
Toe же зими по три тисячи подвод с полков под запаси давано до Сівска, из Сівска проважено в Кіев, и много подводников от морозов покалічало, а инніе померли *.Того ж року прислан столник от[860] [861] его царского величества Алмазов по Петра Дорошенка, бившего гетмана, у великій пост, и оного попровадил на Москву. Где на Москву 0 як приехал, брата его Григорія отпущено з вязення на Україну, а его задержано на Москві и дано ему тисячу дворов, и там жил по смерть свою [862].
Toro[863] ж часу тот[864]протопопа ніжинскій, которій бил у великой чести на Москві, ніжинскій[865] [866]Симеон, которого и воевода слуховал, до такого прийшол безчестія, бо, ведлуг обітниці своей ина казанного суду духовного, не захотіл зостати чернцем п, жалуючи жони остатися, которого питано от консисторії архиепископской[867], которій отмовляючися, жадною мірою не позволил; аже в тот чин никого не примушают. A на том [868] была воля гетманская, жебы або декретові досить чинил, албо каранній был. A же не хотіл ведлуг декрету зостати чернцем, то оного, отдаливши от священства, отдано на карность свіцкую; которій без фолги 1 міл вязення и битя а, и признал, жезновуміл з нікоторими о здоровя гетманское, а звлаща з Рославцем, полковником стародубовским, Дмитрашком 133 переяс- ловским, Лазором прилуцким и инними, которих yCiX до вязення побрано и маетности попечатано и поотбірано. Того ж року, місяця мая семогонадцять дня, в четверток в обід- ной годині, по службі божой в полгодини может [869] [870] [871], занялася церков Рождества Христова, стоячая в ринку, близко комор крамних, в Стародубі. От которого запалення церква, не відати яким способом, подобно, з неопатрности паламаровой, а особливо гш'в божій за беза- конія наша,— так великое будованя церквей божіі'х чотирох, стоячих у самом городі, зо всею оздобою 'ix, которая на усю Україну славна была в маліованню образов, в инних достатках, так теж великостію звонов,— зовсім погоріло, яко теж и в будинках дворов зо всїми немал маетностми так срокго вигоріло усе місто, же жадная не тилко хата не зостала, але ані башта, навет и саміе вали погоріли, нічого не зоставши, а и за містом, на килко сот подимя[872] погоріло. Так страшній пожар был за скаранням бозским. Бо в том місті всчалася ненависть: першая — полковник против гетмана, священники межи собою, осм на двох немал цалій рок турбовались; межи козаками и посполитими свари, позви, а знову зась корчми, шинки немал в каждом дворі, а при шинках безецности [873] [874] и частіе забойства, а за вшетечность жадной карности не чинено, але тое в жарти оборочано, любо якая явная курва, пиятики без удержанія, набоженства оспалость, бо духовних нізащо не міли, хлюбячися * оздобою церквей божіїх, отказаючи, же «нам не трудно о [875] попов и священников»; любо напоминали, не слухали, але от такових [876], которіе їх за збродні до покути приводили, з гнівом отходили и по своїх волях собі духовних шукали, не жалуючи за гріхи. И так Господь Бог, не терпячи тих злостей, отнял тую оздобу того міста, тоест церкви божіей, в которих щоденная служба божая отправо- валася, также и тую фортецію, которая на усі сторони славная была, наветь же и гармати погоріли. Тилко ж еще щось милосердія своего Господь Бог задержал, же не до останку згубил: же зостала скарбница вцілости, в которой немалая купа бочок с порохами; бо за- ратуй Боже, ежели би ся тое было заняло у мурованном склепу, то немало бы народу, людей вибило и вигубило. Еднак же народ жадной злости своей не признавал и гріхов, але усе на священников складал. A найпервій тая церков загорілася святого Николая, в которой проклятіе читано пастирскоеприслужбібожойисвічки гашено на проклатіе Шубою *, священником черніговским, зо- сланним от архиепископа, и от тоей церкви усе місто вігоріло. Того ж року їголя Зі попроважено на Москву Петра Рослав- ця, бывшого полковника стародубовского, и Сімеона, протопопу ніжинского, окованішх и з инними козаками 134. Того ж року войско турецкое з ордами i Юріем Хмелницким подступили под Чигирин у спасовку впервое[877] [878] и доставали потужне, которим на отсіч зостаючим в Чигирині гетман Іван Самуйло- вич, вийшовши з Батурина и скупившися з боярином князем Ромодановским у Липовой Долині, потягнули ку Дніпру. Августа 13 дня в Стародубі[879] народ обурився[880] на священника Якова, того, которого Рославец полковник побил и за него про- клятство прошлого року было. И того священника, виволокши з олтара, по службі божой, сродзе были и на смерть забили бы, ежели бы не оборонил полковник наказній, з своїми припавши козаками. Того ж року місяця[881]августа23,приступивши князь Ромодановскій з войсками московскими и гетман Іван Самуйлович[882]зкозац- кими войсками посполу ку Дніпру[883] против Бужина на переправу І35, а наперед, еще не пришовши куДніпру, вислалидоЧигири- на козаковпіхотиполтори тисячиимоскви приказ [884], которіе за лас- коюбожіею увойшли оборонноюрукоювЧигирин, любо оним орда моцно того боронила [885], але понад Тясмином оборонною рукою [886] [887] увойшли.ПритягнувшиикуДніпру,войска московскіе и козацкіе зараз старання приложили о переправованю через Дніпр, але оним барзо того турецкіе войска з ордами боронили, бо и сам хан был. Еднак же войска козацкіе, отважившися суднами, на той бок Дніпра переправлялися уночі, и там зараз шанці над Дніпром дали у пе- рсправи, хочай оним турецкіе войска барзо налігали, але оних вспирали гарматами через Дніпр з войска козацкого и московского. Того ж року было достатков Печерского монастира припрова- жено до Стародуба, при котором скарбу отец Ясинскій з иннйми приехал. A у Чигирині гетман зоставил своего батуринского человіка Коровченка полковником, а старшину и козаков старинних спровадил з Чигирина на Задншря, которіе розно по городах и селах мешкали, бо не довірав чигиринцям 6. И втом облеженю от турков старшим у Чигирині тот же Коровченко зоставал. По зданню Чигирина от Дорошенка, иже юже [895] и сам поддался его царскому величеству и уступил з Чигирина до Сосниці за Десну ріку,— турчин зась \ хотячи учинити замішанину на Україні, ви* пущает Юря Хмелницкого з вязеня, и которій был здал доброволне гетманство и зостал чернцем и архимандритом жидичинским,— знову оного наставляет[896] [897] турчин от боку своего гетманом запороз- ским и посилал з тими пашами и з войсками под Чигирин, але еще оному вцалі не довірали.