Реиепиия римского права

Первые опыты заимствований из римского правоведения приходятся на VI в., когда победоносные варвары образовали новые государства в Галлии и Испании. Они разрушили многие памятники искусства и науки, но оставили в сохранности многие институты и конструкции римского права.

Следующей стадией стало изучение и реципирование Свода законов Юстиниана, ее конечная фаза приходится на XV— XVI вв., когда римское право, чуждое правосознанию германских народов, впервые, по выражению Иеринга, постучало в двери Германии. Германские государи воспринимали себя в то время непосредственными преемниками римских императоров и потому считали возможным покровительствовать изучению и адаптированию конструкций римского императорского (монархического) законодательства. Это покровительство находило поддержку (более давнюю) также в западной церкви, для которой римское право было воплощением более высокой культуры по сравнению с памятниками варварских правд. В то время церковь также воспринимала себя как хранительницу духа римского законоведения.

Реципирование римского права в странах Европы проходит три стадии и связано с его комментированием глоссаторами (от слова "глосса", означавшего на средневековой латыни иностранное, непонятное слово, а также его истолкование), характерной привычкой которых было писать свои объяснения между строк или на полях рукописи памятника в форме глосс.

318 Часть I. История права и государства в древности и в средние века

Рецепция римского права ускорялась вместе с ростом потребностей в правовом регулировании торговли, морских перевозок, развитием кредитования и новых форм собственности. Рецепция не исключала критики и сдержанности по мере реципирования римских институтов и норм: рецепция могла быть полной, частичной, периодической и т.п. В Чехии позднего средневековья римское право уподоблялось по силе действия железному обручу. В Англии, наименее затронутой римским влиянием, знатоки права и обычаев систематически прибегали к заимствованию из римского и канонического права. Во многих европейских школах XVI— XVII вв. учили составлению юридических документов, и это являлось составной частью обучения риторике.

Рецепция прошла три-четыре фазы содержательного воплощения и утверждения. Начальная связана с появлением школы глоссаторов во главе с Ирнерием (1082—1125 гг.) в Болонском университете, где поначалу изучали одну юриспруденцию без богословия (до середины XIII в.) и где за столетие число студентов выросло до 10 тыс. Здесь же трудился Аккурсий, автор Глоссы ординарной, состоявшей из 96 200 больших глав. Глоссатооров-комментаторов сменили исследователи и толкователи под именем постпглоссатпоров (XIV—XV вв.). Затем центр изучения перемещается во Францию, где комментаторская работа сочетается с изысканиями в области истории права. Донеллюс (1521—1597 гг.), один из представителей этого периода, стал автором 28 томов "Комментариев к римскому частному праву". В позднем средневековье римское право стало конкурировать с национальным (Франция, Германия) и нередко менялось под воздействием этой конфронтации.

В XII в. Фридрих Барбаросса, германский император, назвал римское право "всемирным правом". В XVI в. его называли "пи-саным разумом" и "юриспруденцией, висящей в воздухе". В XIX в. юрист Моддерман (1888 г.) назвал его "правом общим, высшим и научным".

Глоссаторы. Глоссаторы, или экзегеты (толкователи), творчество которых приходится на XI—XII вв., были заняты объяснением смысла отдельных законов, логически-связным изложением целых учений о назначении тех или иных правовых институтов с опорой на знание и пользование источниками права (элемент собственно догматический). Римское право излагалось в целом, без увязки с расположением титулов и книг в Своде Юстиниана: здесь уже имел место элемент систе-матический с более самостоятельной и творческой формой все

Тема 15. Средневековое право стран Европы

319

той же догматической обработки позитивного римского права (А. Стоянов).

Особую проблему для глоссаторов составило расхождение между нормой права и соображениями справедливости. В доглос-саторский период исходили из того, что несправедливая норма может быть отвергнута в процессе применения и заменена правилом, сообразующимся с требованием справедливости. Позднее Ирнерий, глава школы глоссаторов, и Болонская школа требовали отказа от "субъективных представлений о справедливости" (И. Покровский) и возлагали разрешение конфликта между нормой закона и справедливостью на усмотрение законодательной власти.

Болонская школа глоссаторов превратилась из городской в общую для всех народов, в Общую школу (так поначалу называли университеты). Начиналось это обучение с богословия и юриспруденции. В XI в. здесь возникло объединение учащихся, прибывших из разных мест для изучения юриспруденции. Болонская школа была создана на пожертвования знатного семейства и при поддержке папы римского. Первым законодательным актом, касающимся Болонского университета, стала хартия, обнародованная в 1158 г.

Слушатели получили право на то, чтобы иски и обвинения против них разбирались местным епископом или тем преподавателем, у которого каждый из них занимался. У папы университет имел защиту от городских властей. Клирикам поступление в школу было облегчено папой. За счет церковной казны обеспечивались общежития для бедных студентов (их именовали коллегиями и бурсами): преподавателям, плохо обеспеченным взносами студентов, часто предлагались бенефиции, т.е. определенные доходы с церковного имущества.

В университете присуждались различные ученые степени в зависимости от уровня освоения школьной науки. Ректор считался основным духовным наставником, который от имени папы сообщал о licentiam docendi — о разрешении чтения лекций лицам, признанным преподавателями достойными соответствующего ученого звания. Присуждение ученых степеней производилось по образцу цеховых ремесленников — только после предварительного испытания их познаний. Высшим было звание "доктор" (ученый), оно соответствовало званию "мастер" у ремесленников и давало право преподавать вполне самостоятельно и в свою

320

Часть I. История права и государства в древности и в средние века !

очередь брать в учение других. Кроме одобрения от товарищей требовалось еще одобрение от духовных властей. С начала XIII в. папы предоставляют большим ученым возможность преподавать в других высших школах (ius ubique docendi). Лучшие универси-теты Запада стали привлекать еще больше слушателей. Существовал даже обычай посещать несколько университетов в разных странах.

К концу XIV в. в европейских странах насчитывалось до . 50 университетов. Самыми самостоятельными были университеты в Кембридже и Оксфорде. Филипп Красивый в указе 1312 г. отмечал, что "подобно тому, как свободные искусства служат необходимой подготовкой к занятиям богословием, так учения римского права подготовляют к познанию того, что разумно, развивают добрые нравы, указуют путь к достижению справедливости и под- ? готовляют к пониманию обычного права".

Постглоссаторы. Постглоссаторы стали в XII—XIV вв. разработчиками всеохватывающего критическо-догматического подхода к праву в двух вариантах: право либо выводилось из разума и сводилось затем к некой максиме наподобие древнеримского принципа "воздавай каждому свое, причитающееся ему по праву", либо сводилось к писаному праву, действующему в суде или в управляющей деятельности государственных учреждений.

Задача юриста, согласно Раймонду Луллию (1234—1315 гг.), заключается в том, чтобы "позитивное право редуцировать к праву естественному и согласовать с ним". На практике это свелось к выработке умения укреплять престиж и властный авторитет права писаного при помощи указания на его близость и согласованность с правом естественным. Для этого приходилось "немало изощрить ум юриста и само профессиональное искусство толкования права" (А. Стоянов).

Некоторые постглоссаторы рассматривали естественное право как одну из "лучших частей римского права" (наряду с правом народов), которая имеет универсальный характер и потому подходит для всех времен и народов. Однако такому восторженному практицизму мешали сами факты реального усвоения римского права. Полной рецепции римского права нигде никогда не было и не могло быть по той причине, что и сам Свод Юстиниана не был ни полным, ни полностью адекватным собранием римских узаконений всех времен. Некоторые важнейшие поло-

Тема 15 Средневековое право стран Европы

321

жения римского права были восприняты в сильно искаженном или заново перетолкованном виде. Например, первыми наследниками и перетолкователями стали христианская церковь и xpta-стианские общины, хотя сами они были сообществами, основанными не на праве, а скорее на известных моральных заповедях и, кроме того, идеях аскетизма, религиозно-общинной солидарности и т.д.

К началу XVI столетия схоластические приемы изучения римского права утрачивают общественные симпатии и возвышаются приемы гуманистического направления — источники права начинают изучать в их связи с живой действительностью, а также с античной литературой, историей, искусством.

В этом же столетии осуществляется сводная публикация всех частей Юстиниановой кодификации под названием "Свод римского права" — Corpus iuris civilis. Свое название она получила от французского юриста Готофреда (1549—1622). Издание появилось в 1583 г. и потребовало от издателя "не только безупречной латыни, широкой эрудиции в римской истории, культуре и нравах, но и высокой юридической техники" (Черниловский З.М. Лекции по римскому частному праву. М., 1991. С. 27).

Преподавание римского права видоизменялось также под влиянием канонического права. Практиковалось и набирало силу использование отсылок на "общее мнение сведущих" (communis opinio doctorum). Гуманисты провозгласили латынь политического деятеля, оратора и юриста Марка Туллия Цицерона идеалом ла-тинской стилистики, что послужило поводом назвать гуманитарную науку о праве элегантной юриспруденцией. Однако вклад гуманистической школы в созидание корпуса юриспруденции во многом обусловлен успехами в области дальнейшего совершенствования методологии права, в особенности методологии осмысления исторического развития правовых обычаев и законов. Поэтому французские правоведы гуманистической школы стали "первыми истинными историками права" (Э. Аннерс). Они же продолжили дело совершенствования и использования латинской юридической терминологии — главного рабочего инструмента юридической техники — в более широком научном, религиозном, политическом и административном обиходе.

322 Часть I История права и государства в древности и в средние века

Таким образом, систематизированное и комментированное J'1 римское право стало преподаваться в университетах и, начиная с постглоссаторов, все более становилось правом, основанным на разуме и предназначенным в силу этого для общего применения.

С XVII—XVIII вв. новая школа доминирует в университетах и получает название школы естественного права. Но здесь возникло расхождение между университетским римским правом и местными источниками права. Рецепция римских правовых решений происходит либо законодательным путем, либо через правовой обычай. Университеты учили только тому, как нужно понимать право, или, основываясь на римском праве, тому, какое право было наилучшим и как можно его познать (Р. Давид).

Значение римского права в общественной жизни средневековой Европы можно резюмировать следующим образом. Во-первых, оно позволило раскрыть многие закономерности в эволюции права, которые не были выявлены в процессе изучения истории права отдельных стран, и, во-вторых, дало возможность понять многое и в самой социальной организации стран Западной Европы. Римское право стало фактором интеграции и гармонизации интересов различных средневековых корпораций (государственных, церковных, городских). Оно стало авторитетной системой особого рода мышления и формулирования ценностей духовного и практического назначения. Не менее существенна роль римской юридической конструкции, воспринимающей в качестве субъекта правоотношений абстрактного (внесословного) человека и давшей впоследствии возможность для конструирования неких исходных и "естественных" прав человека в делах и заботах общеустроительных (консти-туционных).

Авторитет юристов, знатоков и толкователей права не был на должной высоте во всех слоях населения. В немецких землях на сей счет существовала поговорка: "юристы — плохие христиане" (juristen bose christen). В знаменитой сказке Перро "Кот в сапогах" (XVII в.) есть фрагмент с дележом наследства, в котором служители закона упомянуты недобрым словом: "Дети скоро разделили наследство отца-мельника, не призвав при этом ни нотариуса, ни прокурора. Ведь те разом бы проглотили их наследство".

Кутюмы Бовези

С возвышением авторитета и спроса на профессиональные знания юристов, с увеличением потребности в письменно фиксируемом наборе правил разрешения юридических конфликтов по-

Тема 15 Средневековое право стран Европы

323

всеместно в городах и государствах с централизованным управлением и законодательством стали проводиться записи обычного права и в некоторых случаях городского права (Магдебургское право и др.).

Кутюмы Бовези (ок. 1282 г.) представляют собой описание местных правовых обычаев (кутюмов), которые применялись в суде и повседневной жизни в северо-восточной части Франции в графстве Вове. Они записаны и прокомментированы выдающимся французским юристом, исполнявшим должности судьи и се-нешала Филиппом де Бомануаром (1247—1295 гг.). Запись обычного права стала проводиться в широких масштабах в XIII в., когда в стране применялось одновременно писаное право (на юге Франции) и обычное право, причем последнее имело широкое применение в 60 крупных территориальных районах и еще в 300 малых территориальных районах королевства. Официальная унификация кутюмного права стала проводиться в 1454 г. согласно ордонансу Карла VII. Запись Бомануара была произведена около 1282 г. Первая и оставшаяся незаконченной запись обычного права была подготовлена бальи по имени Пьер де Фонтен по специальному приказу короля и нацелена на упрощение и облегчение управления страной на основе законов и обычаев.

Бомануар жил в период правления Людовика IX, когда завер-шился процесс собирания земель с последующим разделением королевских владений на равные административные округа (балья-жи на севере и сенешальства на юге Франции). Королевские назначенцы в этих округах были наделены значительными полномочиями в области судопроизводства, сбора налогов и созыва ополченцев. Высшим апелляционным учреждением отныне становится королевский суд, в котором могли обжаловаться решения всех нижестоящих судов, включая расположенные на территории домена вассалов. К исключительной юрисдикции королевского суда были отнесены случаи поджогов, похищения женщин, изготовления фальшивых монет и др. В королевском домене были запрещены специальным законом поединки и право частной войны (установлен 40-дневный срок между началом ссоры и началом частной войны).

Бомануар родился в дворянской семье. В молодости несколько лет провел в Англии и Шотландии По возвращении написал два больших романа и поэму. Долгое время служил в должности бальи и сенешала в ряде мест. В 1291 г. он назначается организатором армии, готовящейся к вторжению во Фландрию. За подготовку "Кутюмов Бовези", изданных в двух томах, он заслужил прозвание "светоч своего времени". Дело в том, что это издание явилось

324 Часть I. История права и государства в древности и в средние века

не только компиляцией местных обычаев, но и одновременно собранием таких правил и норм, которые частично были основаны на "правовых нормах, общих для всех кутюмов Франции". Автор сборника был истинным представителем французской школы леги-стов (законников). Помимо обозрения всевозможных законов и обычаев провинции он использовал также отдельные положения канонического и римского права, снабдив их собственными идеями и обобщениями.

Автор, в частности, проводил мысль о необходимости объединения Франции под властью одного монарха, являющегося единственным и действительным господином для своих подданных. Одновременно он поддерживал устремления к освобождению крепостных (сервов) крестьян, считая их зависимое крепостное состояние большим злом и напоминая своим соотечественникам, что "вначале все люди были свободны... так как всякий знает, что мы (христиане) все происходим от одного отца и от одной матери".

Оригинал работы не сохранился, но имеется большое число списков, которые отличаются друг от друга лишь по диалекту, что лишний раз свидетельствует о значительной популярности автора в XIV—XVII вв., вплоть до первого печатного издания труда в 1690 г. В сочинении Бомануара содержится характеристика правового статуса суверена и суверенной власти на уровне королевства и на нижестоящих ступенях феодальной лестницы. Здесь дается характеристика статуса городских коммун, основных вариантов фиксации крепостной зависимости и имущественных прав, юрисдикции судов, а также положения об обязанностях бальи, адвоката, судьи и других участников разрешения правовых конфликтов.

Вилланские держания и виды личной крепостной зависимости. Бомануар различает и описывает следующие виды вилланс-ких держаний и личной крепостной зависимости. Вилланское дер-жание получали от сеньора либо за натуральные выплаты (шам-пар). либо за денежные выплаты (чинш, рента) за землю, предоставляемую сеньором.

Состояние личной крепостной зависимости передавалось через матерей, если ребенок рожден крепостной (даже если отцом его будет рыцарь). Оно приобреталось обращением в крепостных вместе с потомством, если (это было в старину) в ответ на вызов на войну люди оставались дома без уважительных причин. Оно могло обретаться также добровольной отдачей себя и потомков и "существа своего" святым. В этом случае человек побуждался к закрепощению "великим благочестием", и это находило выражение в "облагании себя повинностями по своей (доброй) воле". Таких

Тема 15. Средневековое право стран Европы

325

людей заносили в списки, составлявшиеся управляющими церковным имуществом. По поводу этой практики Бомануар замечает, что "в конце концов то, что было сделано по доброй воле и благочестию, обращалось во вред и в униженное состояние... потомков" (§ 1438); еще одной формой закрепощения была самопродажа, «когда кто-либо, впавши в бедность, говорил своему сеньору: "Вы мне дадите столько-то, а я сделаюсь вашим лично зависимым человеком"»; иногда отдавали себя в крепостную зависимость для того, чтобы оградить себя от других сеньоров или от "вражды, некоторыми людьми к ним посылаемой".

"По всем этим причинам и завелась личная крепостная зависимость, — заключает комментатор, — ибо по естественному праву все свободны; но эта естественная свобода испорчена вышеназванными приобретениями..."

Другими и более частыми случаями были следующие. Например, если люди недворянского рода "проживут на земле один год и один день, то станут крепостными тех, под властью которых они проживали". Крепостное состояние само по себе имело несколько градаций, что во многом зависело от степени подвластности сеньору. Последний мог либо распоряжаться всем имуществом крепостных, либо удерживать их в заключении по собственной воле, за их вину или без вины, и никому за них не отвечать, кро-ме одного Бога. С другими это обращение могло быть более человечным: помимо чинша, работ и повинностей крепостные обязаны были платить брачный выкуп по усмотрению сеньора (если крепостной женился на свободной) и выкуп за вступление в права наследства (повинность "мертвой руки").

В Бове, по наблюдениям Бомануара, обычаи более мягкие по отношению к крепостным, нежели в других областях. Здесь при уплате положенного дозволяется идти "служить и жить вне юрисдикции своих сеньоров", за исключением некоторых городов, где "всякий житель свободен в силу привилегии или обычая" (§ 1457).

Об обязанностях бальи, адвоката и судьи. Человек, желающий быть справедливым и честным бальи, должен, по мнению Бомануара, обладать десятью добродетелями, из которых одна является главной и "госпожой над всеми другими", без нее не могут существовать другие добродетели местных правителей. Эта добродетель называется мудростью (§ 12). Среди других добродетелей — спокойствие и доброта, терпение и умение внимательно выслушать, смелость и энергичность без всякой лени, щедрость, повиновение приказам своего сеньора, умение "быть настоящим знатоком своего дела", "исполнять обязанности, не причиняя вреда другим", а также хорошо считать. Десятая добродетель — она озаряет все остальные — это добродетель верности.

326

Часть I. История права и государства в древности и в средние века

О роли адвоката в деле пользования кутюмами Бомануар сообщает следующее. "Так как большинство людей не знакомо с кутюмами и не знает, как ими надо пользоваться и на что следует опираться в каждой данной тяжбе, то те, которым предстоит судиться, должны искать совета у людей, могущих говорить за них. И тот, который говорит за других (в суде), называется адвокатом" (§ 174). Адвокату надлежит вести "только добрые и законные дела", если в ходе судебного разбирательства он узнает, что дело нечестно, то сразу, как только узнает об этом, "бросает" его. Бальи своею властью может отвести адвоката, если он "обычно говорит дерзости бальи, суду или противной стороне, так как было бы очень плохо, если бы подобного рода люди не могли быть отстранены от адвокатской должности". Женщина не должна выступать за плату в качестве адвоката, но без такого вознаграждения она может говорить в суде за себя и за своих детей, хотя и по разрешению мужа.

Самое главное для всех тех, кто вершит правосудие, — это "умение различать поступки, каковы они — велики или малы, и знание того, какого наказания они заслуживают. Ибо так же, как неодинаковы поступки, неодинаковы и наказания" (§ 823). И далее о соразмерности наказания с совершенным преступлением: "Мера наказания должна зависеть от проступка, а также от того, кто его совершил и кому нанесен ущерб..." В разделе под названием "Как следует судить" сказано также: "Согласно нашим кутюмам, никто не может быть судьей в своем суде и по своему делу по двум причинам: первая та, что никакой человек никогда не может быть судьей в собственном деле... вторая — что, согласно кутюмам Бо-вези, сеньор не судит в своем суде. Судят в его суде только его люди" (§ 1883). Так подтверждалось и разъяснялось правило, известное еще античной правовой мысли, — никто не может быть судьей в собственном деле.

Более распространенным в средние века было требование о суде равных себе по положению участников разбирательства и выработки судебного решения. "Если сеньор желает вызвать в суд дворянина, сидящего на его фьефе (феоде), он должен взять двух людей, являющихся пэрами (равными ему по положению), к тому, кого он хочет вызвать..." (^ 58). В наборе следственно-процессуальных требований имелось положение, которое можно считать средневековой формулой презумпции невиновности: "Ни один преступ-ник, каковы бы ни были его преступления, до тех пор, пока они не доказаны и недостаточно известны, не должен быть приговорен к смерти" (§ 47). В наборе доказательств насчитывалось восемь разновидностей, среди них половина включала сведения, поставленные свидетелями преступления, а среди других имелось доказательство, конструируемое при помощи презумпции (действие, доказанное при помощи предположения).

Тема 15. Средневековое право стран Европы

327

Обычаи, законы и городское самоуправление. В главе "О городских коммунах и их правах" имеются разъяснения о том, что "по новым правилам во Франции ни один город не может стать коммуной без разрешения короля" и что это право должно быть записано в "хартии вольностей, выданной королем городу". При этом выдача хартии должна производиться без ущемления прав церкви и дворянства, так как "не могут быть и не должны быть отягощены церкви и уменьшены владения дворян" (§ 1517). Городские коммуны, а также города, не имеющие прав коммун, и простой народ должны охраняться законом таким образом, чтобы их никто не обидел и чтобы они никого не смогли обидеть. "Хартии коммун должны храниться как доказательство привилегий, которые могут быть нарушены, так как так же мало стоит печь, негодная к обжигу кирпича, как и хартия, повседневно не проводимая в жизнь" (§ 1516). Каждый сеньор, имеющий в своей власти город-коммуну, должен был "ежегодно узнавать, в каком состоянии находится город и как им управляют мэры и те, которые поставлены его охранять и им управлять. Пусть богатые не сомневаются, что, если они нарушают закон... они будут наказаны, и пусть бедняки указанных городов могут мирно зарабатывать себе на пропитание" (§ 1519).

О суверенной власти короля и баронов. В комментариях выдающегося французского юриста школы легистов мы встречаем вполне отчетливые контуры идеи суверенной власти на уровне всего королевства и на уровне отдельного феода (поместья). "Во всех местах <сборника>, где король не называется, мы, — пишет Бомануар, — подразумеваем тех, кто держит баронию, так как каждый барон (аристократ ступенью ниже графа. — В.Г.) является сувереном своей баронии. Следует понимать, что король является сувереном над всеми и на основании своего права охраняет все свое королевство, в силу чего он сможет создать всякие учреждения, какие ему угодно для общей пользы, и то, что он устанавливает, должно соблюдаться. И нет над ним никого столь великого, чтобы он мог прийти в его двор <творить суд> о правонарушениях или по жалобам на неправильное решение и по всем делам, которые касаются короля..." (§ 1043). (Бомануар Ф. де. Кутюмы Бове-зи // Хрестоматия памятников феодального государства и права / Под ред. В.М. Корецкого. М., 1961. С. 577—599).