48. Понятие конституционного государства

Говоря о теории Монтескье, мы приблизились к тем вопросам, ко­торые должны закончить наше изучение основных понятий, общих

всем современным культурным государствам, — к вопросам о поня­тии и видах конституционного государства.

Конституционное государство есть практическое осуществление идеи правового государства. Эта идея с давних времен теоретически развивалась в политических учениях, но только в конституционном государстве она нашла себе практическое выражение. Правовое госу­дарство есть государство, которое в своих отношениях к подданным связано правом, подчиняется праву, иными словами, — государство, члены которого по отношению к нему имеют не только обязанно­сти, но и права, являются не только подданными, но и гражданами. Как мы вьшснили выше, при рассмотрении вопроса о взаимном отно­шении государства и права всякое государство, даже и деспотическое, в той или иной мере подчинено праву, ибо право в своем последнем основании (заключающемся в общественном признании) независи­мо от государства, и сама государственная власть везде основана на неписаных нормах права. Поэтому везде существуют нормы, огра­ничивающие государственную власть, и за подданными признаются в принципе известные права по отношению к государству (напри­мер, право гражданского иска, т. e. право на защиту со стороны суда). Ho то право, которое образуется совершенно независимо от государ­ства, путем непосредственного общественного признания (в форме обычая или общественного провозглашения), содержит, обыкновен­но, лишь немногочисленные общие положения. Большая часть норм публичного права создается путем косвенного признания, через по­средство государства, в форме закона.

Таким образом, государство является одновременно и субъектом права, и фактором правообразования. Поэтому для того, чтобы госу­дарство бьшо действительно подчинено праву, это подчинение долж­но быть обеспечено известными гарантиями.

Прежде всего необходимо гарантировать, чтобы право, создавае­мое государством (закон), находилось в соответствии с первоисточ­ником всякого права — народным правосознанием. Этой цели служит участие народа (совокупности активньа граждан) или народного представительства в законодательстве.

Степени этого участия могут быть различны. Идея создания пра­ва самим народом всего полнее и последовательнее осуществляет­ся там, где все полноправные граждане непосредственно участвуют в законодательстве в форме плебисцитов (референдума) и так назыв. народной инициативы. Ho эти институты существуют пока лишь в немногих странах. B большинстве государств народ законодатель­ствует через посредство избранных им представителей, причем за­конодательная власть или всецело принадлежит народному предста­вительству, или делится между ним и другими органами (монархом, аристократической верхней палатой). Bo всяком случае, необходи­мость для издания законов согласия выборных представителей на­селения есть тот минимум участия народа в законодательстве, без которого государство не может быть признано конституционным.

Ho участие народа или его представителей в осуществлении за­конодательной власти еще недостаточно гарантирует подчинение государства праву. Необходимо, чтобы государство не только созда­вало юридические нормы в соответствии с народным правосознани­ем, но и действовало в конкретных случаях согласно этим нормам, было действительно ими связано. Трудность этой проблемы лежит в том, что в области публичного права одно и то же юридическое лицо — государство и создает право, и осуществляет его в качестве субъекта прав и обязанностей, и является судьей в случае спора о пра­ве или правонарушения. Практическое разрешение этой проблемы дает разделение властей, благодаря которому государство в качестве законодателя, правителя и судьи выступает в лице различных, неза­висимых друг от друга органов.

Разделение властей есть второй существенный признак, отлича­ющий конституционное государство от абсолютного. Французское учредительное собрание 1789 г., провозглашая в ст. 16 Деюіарации прав, что «общество, в котором не установлено разделения властей, не имеет конституции», высказало вполне верную мысль. Заметим, что абсолютизм возможен не только при монархической, но и при республиканской форме правления. B республике, где все власти соединены в руках одного собрания, как это бьшо, например, во Франции в эпоху национального Конвента, права граждан так же мало обеспечены против произвола власти, как и в неограниченной монархии.

Таким образом, конституционное государство характеризуется прежде всего тем, что в нем подчинение государства праву обеспе­чено: 1) участием народа или народных представителей в законода­тельстве; 2) разделением властей. Эти две основные гарантии право­мерности государственной власти составляют конституционный принцип. Ho конституционный принцип достигает своей цели и сам, в свою очередь, является устойчивым лишь в том случае, когда он об­ставлен рядом дополнительных гарантий, образующих в своей со­вокупности конституционный стройт. Важнейшие из этих гаран­тий (которые, впрочем, не вполне одинаковы во всех конституцион­ных государствах и могут быть комбинированы различным образом) суть следующие.

Подчинение государства праву может быть прежде всего нару­шено законодательной властью. Законы, издаваемые на основании решения большинства народных представителей или даже всех ак­тивных граждан, в конце концов, далеко не всегда являются действи­тельным выражением народного правосознания; они могут нарушать права меньшинства и отдельных граждан. Кроме того, как справедли­во указывал Монтескье, мысль которого была позднее подтверждена историей, законодательный орган может уничтожить самостоятель­ность других органов и, таким образом, захватить в свои руки все власти. Предохранительной мерой против ошибок и злоупотребле­ний законодательной власти является прежде всего осуществление ее не одним, а несколькими органами вместе.

2) ответственность министров перед народным представи­тельством, выражающаяся в праве последнего делать им запросы, вы­ражать свое мнение по поводу их действий и предавать их суду за преступления по должности, причем министры, скрепляя своей под­писью все акты главы государства, отвечают в силу этого и за его дей­ствия (в большинстве республик, впрочем, министры не ответствен­ны за действия главы государства, но он сам может быть привлечен к ответственности парламентом за преступления по должности);

3) право судебной власти в конкретных случаях, подлежащих ее рассмотрению, проверять законность правительственных рас­поряжений и оставлять без исполнения распоряжения, не согласные с законом.

Bo многих европейских государствах существуют, кроме того, специальные судебные учреждения, которые рассматривают жало­бы частных лиц на административные распоряжения и могут отме­нять эти последние, если они оказываются незаконными (админи­стративная юстиция).

Что касается судебной власти, то ее независимость по отноше­нию к другим властям и согласие с общественным правосознанием в истолковании и применении права гарантируется несменяемостью судей и судом присяжньа в уголовных делах. Надо заметить, впро­чем, что суд присяжных признается необходимым теорией и практи­кой не во всех уголовных делах, а лишь в более важных, угрожающих подсудимому более или менее серьезной карой. C точки зрения обес­печения прав граждан по отношению к государству, суд присяжных особенно необходим в делах о политических преступлениях, так как здесь государство более чем в какой-либо иной области уголовного правосудия является заинтересованной стороной и потому беспри­страстие профессиональных судей, состоящих на службе государ­ства, подвергается наиболее сильному искушению. Наконец, гаранти­ей против возможных ошибок уголовного правосудия или слишком строгого применения закона служит право помилования, принадле­жащее в большинстве государств главе правительственной власти.