1. Жизнь и творчество Беркли
Джордж Беркли (1685—1753) жил и писал в тот период британской истории, когда победившая буржуазия и перешедшая на капиталистические методы хозяйствования земельная аристократия стали союзниками в эксплуатации широких народных масс.
В первой половине XVII в. интенсивно происходил промышленный переворот и укреплялся политический союз вигов и тори в его новых, послереволюционных формах. Быстро набиравший силу английский капитал уже в те годы закрепился во многих заморских землях, в то время как его нимало не заботили нищета и разорение у себя под боком, на аграрных окраинах островного королевства — в Ирландии и Шотландии. Первая была родиной Беркли (по национальности он был англичанином), а вторая — эдинбуржца Юма, ближайшего наследника берклианской философии, но оба они связали свою жизнь с судьбами английского капитализма. Беркли иногда писал о себе и своих единомышленниках «мы, ирландцы». По стремления Беркли были целиком направлены на поддержку английского трона, его мало заботили насущные интересы его паствы, своим трудом соз-дававшей основу его, Беркли, имущественного благосостояния (в 1734 г. Беркли, новопосвященный епископ, получил епархию в Клойне, на юге Ирландии).Ирландия была старейшей английской колонией, ее крестьянское население терпело постоянные страдания и унижения. Голодовки и эпидемии, бродяжничество на дорогах и нищенство стали здесь обычными явлениями. Сынам Ирландии «оставалось только превратиться в рабов, воз-делывающих землю протестантских джентри» .
Англия стремилась подавить протест ирландцев в са-мом его зародыше; систематической практикой, с целыо соответствующей обработки умов, стала присылка в ка-толическую по вероисповеданию страну представителей англиканской церковной иерархии, и назначение Беркли в клойнский диоцез — один из таких актов. Но возмуще-ние народа росло, оно переходило в активное сопротив-ление, и страна легко втягивалась в политические конф-ликты.
Джорджу Беркли было пять лет, когда в Ирландии произошло кровопролитное сражение между сторонниками утвердившейся на английском троне ганноверской династии и якобитами, т. е. теми, кто желал возвращения династии Стюартов. Якобитов разгромили; впрочем, если бы они и победили, то едва ли ирландцы получили права, на которые они, поддерживая якобитов, рассчитывали.По своим политическим убеждениям Беркли был консерватором, но из числа тех, которые приняли союз с вигами и готовы были следовать ему в своей политической практике. В трех политических проповедях под общим названием «Пассивное послушание» (1712) и в двух открытых письмах (1745) на страницах «Дублинского журнала» по поводу нового якобитского восстания Беркли отвергает всякие революции как «грех» бунтарства и призывает к сохранению верности британской короне, а значит, к подчинению власти из Лондона. Но тут же он подчеркивает, что сам господь бог — противник феодального произвола и тирании. В ответах на 21-й и 38-й вопросы составленного Беркли своего рода экономического катехизиса «Вопрошатель...» (1735) он провозглашает источником всех богатств труд. На эти мысли Беркли обратил впоследствии внимание К. Маркс в своих исследованиях буржуазных теорий прибавочной стоимости. Путь к про-цветанию, по Беркли,— в интенсификации всей хозяйст-венной жизни. Содействие всеми силами росту индустриального, торгового и колониального могущества складывающейся Британской империи — частый подтекст его обращений к прихожанамКлойна и всему, втом числе католическому, населению диоцеза. В «Очерке о предотвращении падения Великобритании» (1721), вторично напечатанном в 1752 г. в Дублине, Беркли призывал ради сокращения национальных долгов страны к проведению протекционистской политики, уменьшению производства и потребления предметов роскоши и к общему напряженному «богобоязненному» труду.
Британская буржуазия начала XVIII в. нуждалась в авторитетной религии для укрепления своего господства, и для этой цели вполне подходило англиканство — самое умеренное из всех ветвей протестантизма вероисповедание, выстоявшее в бурные годы революции и взявшее верх и над католицизмом, и над всеми сектами.
Но у религиозного идеализма был противник в виде материализма Лок- ка, который сам по себе, правда, не отличался особенно воинствующим характером, но Беркли хорошо понимал, что материализм, как таковой,— это методологическая и теоретическая основа крайнего революционного вольно-думства и источник атеизма. И Беркли провозгласил фи-лософскую контрреволюцию, откровенно заявив, что ставит перед собой задачу изъять краеугольный камень материи из систем атеистов, после чего «все здание неминуемо развалится» . Как буржуазный идеолог, Беркли и в этом вопросе остается противником феодальной заскорузлости и привязанности к обветшалым верованиям и предрассудкам, что видно и из «Вопрошателя...», но это ни в коей мере не смягчило его ожесточенной вражды к атеизму и материализму.Основные факты биографии Беркли красноречиво сви-детельствуют о его воинствующем идеализме и о рьяной защите* им интересов церкви и господствующего класса. Он родился около г. Келкени на юге Ирландии в многодетной семье мелкопоместного дворянина. Учился он в той же школе, которую несколько ранее посещал будущий великий сатирик Д. Свифт, а на 15-м году жизни поступил в колледж св. Троицы Дублинского духовного университета. Беркли — талантливый и прилежный студент. Его очень интересует математика, он с увлечением изучает древние и новые иностранные языки, организует философский кружок и заводит дневник своих собственных философских заметок и размышлений (так называемые «Записные книжки А и В»), из которого видно, как в процессе интенсивного чтения сочинений Декарта и Гассенди, Бэкона и Гоббса, а в особенности Мальбранша и Локка он приходит к основным положениям своей собственной системы. В том же году (1709), когда юношу Беркли возвели в сан дьякона англиканской церкви, он опубликовал «Опыт новой теории зрения» — своего рода психофизио-логическое введение в его еще не вполне сложившуюся теорию познания. Уже в следующем году он публикует свое главное философское сочинение «Трактат о принципах человеческого знания (knowledge), в котором исследованы главные причины заблуждений и затруднений в науках, а также основания скептицизма, атеизма и безверия».
В свет вышла только первая часть трактата; рукопись второй части, посвященной этике, была утеряна автором в 1717 г., во время его поездки в Италию, а к написанию задуманной третьей части он так и не приступил. Беркли было всего 25 лет, когда он уже разработал свою систему в основных ее чертах; во всяком случае за последующие годы он не смог добавить к ней ничего принципиально нового. Плодом раннего духовного развития философа явились работы, все главные положения которых сформулированы откровенно и вполне определенно. «Две основные линии философских воззрений,— писал Ленин,— намечены здесь с той прямотой, ясностью и отчетливостью, которая отличает философских классиков от сочинителей «новых» систем в наше время» . Но в определенной мере именно поэтому трактат Беркли был принят читающей публикой недоуменно и холодно, и он специально приехал в Лондон, чтобы разъяснить и популяризовать свои идеи. Итогом этих новых усилий явились «Три разговора между Гиласом и Филонусом...» (1713), замыкающие собой основной свод его философских сочинений. Впрочем, к последнему должны быть добавлены небольшая, но яркая работа против Ньютона «О движении, или О принципе и природе движения и о причине сообщения движений» (1721), а также «Аналитик, или Рассуждение, адресованное неверующему математику...» (1734), в которых развиты некоторые положения, содержавшиеся в более ранних работах лишь в зародыше: субъективно-идеалистичес-кий сенсуализм Беркли соединяется теперь с толковани-ем научных абстракций на манер условных соглашений, в принципе произвольных, но отчасти продиктованных осознанием практической выгоды, решений теоретизирующего рассудка.Из фактов жизни Беркли этих лет упомянем здесь о его неудачной, хотя и долго им подготовлявшейся миссионерской поездке в Северную Америку. В 1728 г. он прибыл в местечко Ныо-Порт на острове Род-Айленд (в 300 км к северо-востоку от Нью-Йорка), где намеревался основать колледж св. Павла для обучения проповедников из мест-ных, а также приезжающих с ближайшего континента индейцев.
Но из этой затеи ничего не вышло, так как обещанная правительством денежная субсидия так и не поступила, и в 1731 г. Беркли возвратился на родину. В свой актив он мог записать созданный им за годы род-айлендского сидения полемический трактат «Алсифрон...» и появление в Америке первого приверженца и будущего пропагандиста его философии С. Джонсона (его нельзя путать с С. Джонсоном — критиком берклианства). Впрочем, факт горячего желания Беркли внести свою лепту в колонизаторскую деятельность британской короны не остался без последствий для его дальнейшей жизни: он сыграл не последнюю роль в решении церковных властей возвести Беркли в епископский сан. Было бы все же неверно полагать, будто поздние со-чинения Беркли не содержат в себе ничего нового. Наоборот, без трактата «Алсифрон...» (1731) остается неясным ряд моментов его этики и эстетики, а без фармакологического по своей основной теме рассуждения «Сейрис...» (1744) столь же невыясненным оказывается отношение Беркли к философскому объективному идеализму (неизхменно апологетическое отношение его к объективному идеализму собственно религиозного вида определялось тем, что Беркли всегда оставался верным служителем церкви: и тогда, когда занимался философией, и тогда, когда в клойнском захолустье ему пришлось исполнять почти два десятка лет подряд культовые обязанности). Правда, «Сейрис...» нес с собой не только выяснение новых пунктов учения, прежде остававшихся не вполне определенными, но и новые неясности, вызванные как коренными противоречиями доктрины Беркли, вытекавшими из са-мой сути занимаемой им философской позиции и преследовавшими его все эти годы, так и падением мыслительных потенций престарелого епископа.Рассмотрим теперь главные положения философии Беркли.