Поцелуи срывает смелый

Фортуна предпочитает

смелых.

Эразм Роттердамский

Молода еще девица я была,

Наша армия в поход куда-то шла.

Вечерело. Я стояла у ворот —

А по улице все конница идет.

К воротам подъехал барин молодой,

Мне сказал: «Напой, красавица, водой!»

Он напился, крепко руку мне пожал,

Наклонился и меня поцеловал...

Он уехал...

Жарко стало мне, в очах мутился свет,

Целу ноченьку мне спать было невмочь.

Раскрасавец барин снился мне всю ночь.

Вот недавно — я вдовой уже была,

Четырех уж дочек замуж отдала —

К нам заехал на квартиру генерал...

Весь простреленный, так жалобно стонал...

Я взглянула — встрепенулася душой:

Это он, красавец барин молодой!

Тот же голос, тот огонь в его глазах,

Только много седины в его кудрях.

И опять я целу ночку не спала,

Целу ночку молодой опять была...

Е. П. Гребенка

Смелость — половина счастья.

Башк.

Смелость — спутник джигита.

Ашанти (Гана)

Зачем ты так нагло смотришь женщинам в лицо? — Всегда смотрю. Женихом был — смотрел, был влюблен — смотрел. Ищу своего лица. Глаз и губ.

А. А. Блок

Перед воеводой молча он стоит;

Голову потупил, сумрачно глядит;

С плеч могучих сняли бархатный кафтан;

Кровь струится тихо из широких ран.

Скован по ногам он, скован по рукам:

Знать, ему не рыскать ночью по лесам!

Думает он думу — дышит тяжело:

Плохо!.. видно, время доброе прошло.

«Что, попался парень? Долго ж ты гулял!

Долго мне в тенета волк не забегал!

Что же приумолк ты? Слышал я не раз —

Песенки ты мастер петь в веселый час;

Ты на лад сегодня вряд ли попадешь...

Завтра мы услышим, как ты запоешь».

Взговорил он мрачно: «Не услышишь, нет!

Завтра петь не буду — завтра мне не след;

Завтра умирать мне смертию лихой;

Сам ты запоешь, час, с радости такой!..

Мы певали песни, как из леса шли —

Как купцов с товаром мы в овраг вели...

Ты б нас тут послушал — ладно пели мы;

Да недолго песней тешились купцы...

Да еще певал я — в домике твоем;

Запивал я песни — всё твоим вином;

Заедал я чарку — барскою едой;

Целовался сладко — да с твоей женой».

И.

Любовь официальная, скрепленная законом, освященная церковью, — разве это любовь? Законный поцелуй никогда не может сравниться с поцелуем украдкой.

Г. Мопассан

Грамм любви перевешивает тонну законов.

Англ.

Кто упорен в чувстве жданном, он пребудет постоянным,

Неизменным, необманным, гнет разлуки примет он.

Примет гнев он, если надо, будет грусть ему отрада.

Тот, кто знал лишь сладость взгляда, ласки лишь, — не любит он.

Ш. Руставели

Нежданный гость, сойдя с коня

Ни слова не сказал:

Он только руку госпоже

Тайком поцеловал.

Нежданный гость, вступая в дом,

Ни слова не сказал:

Он прямо в губы госпожу

Тайком поцеловал.

В цветник, что господин взрастил,

За госпожой вослед

Нежданный гость вошел тайком,

Тайком ушел чуть свет.

Служанке он, вскочив в седло,

Кольцо украдкой дал —

И, наклонившись, горячо

Ее поцеловал.

Д. Китс

Поцелуй твой внезапный был странно поспешным,

Не прильнул — полыхнул, в темный хмель окунул;

От такого соблазна и святой станет грешным...

Поцелуй твой украденной искрой блеснул.

Раскаленные губы позабыть не могу я,

Их печать и поныне на сердце моем.

Моя дума хмельна от того поцелуя,

Как рабыня, с тобою и ночью и днем.

Не змеиное жало — губы милые жарко

Прикоснулись, а я в лихорадке с тех пор.

Позабыть не могу, ибо знаю, что жар твой,

Твоя страстная дума — наш общий костер!

С. Нерис

Похищенный поцелуй лучше завоеванного королевства.

К. Гельвеций

Он предложил руку и сердце — она взяла все.

Г. Е. Малкин

О, как люблю, люблю случайности.

Внезапно взятый поцелуй,

И весь восторг — до самой крайности,

И стих, в котором пенье струй.

К. Д. Бальмонт

Любовь насилия не боится...

М. Ю. Лермонтов

Каменистая дорога,

Серебристая вода.

Мне такого дролю надо

Боевого, как и я.

Рус.

В поздний час мы были с нею в поле.

Я дрожа касался нежных губ...

«Я хочу объятия до боли,

Будь со мной безжалостен и груб!»

Утомясь, она просила нежно:

«Убаюкай, дай мне отдохнуть,

Не целуй так крепко и мятежно,

Положи мне голову на грудь».

И.

Говорят, что боевая,

Боевая я и есть.

Боевые нынче в моде,

Боевым большая честь.

* * *

Я посею грядку луку

Зеленого горького.

Заведу миленочка

Веселого, бойкого.

* * *

Пойду в поле-полюшко,

Посею маку алого.

Изо всей люблю деревни

Самого удалого.

Рус.

Ехал из ярмарки ухарь-купец,

Ухарь-купец, удалой молодец.

Стал он на двор лошадей покормить,

Вздумал деревню гульбой удивить.

В красной рубашке, кудряв и румян,

Вышел на улицу весел и пьян.

Собрал он девок-красавиц в кружок,

Выхватил с звонкой казной кошелек.

Потчует старых и малых вином:

«Пей-пропивай! Поживем-наживем!..»

Морщатся девки, до донышка пьют,

Шумят, и пляшут, и песни поют.

Ухарь-купец подпевает-свистит,

Оземь ногой молодецки стучит.

К девке стыдливой купец пристает,

Обнял, целует и руки ей жмет.

Рвется красотка за девичий круг:

Совестно ей от родных и подруг,

Смотрят подруги — их зависть берет,

Вот, мол, упрямице счастье идет.

Девкин отец свое дело смекнул,

Локтем жену торопливо толкнул.

Сед он, и рваная шапка на нем,

Глазом мигнул — и пропал за углом.

Девкина мать расторопна-смела,

С вкрадчивой речью к купцу подошла:

«Полно, касатик, отстань — не балуй!

Девки моей не позорь, не целуй!»

Ухарь-купец позвенел серебром:

«Нет, так не надо... другую найдем!..»

Вырвалась девка, хотела бежать,

Мать ей велела на месте стоять.

Звездная ночь и ясна и тепла.

Девичья песня давно замерла.

Шепчет нахмуренный лес над водой,

Ветром шатает камыш молодой.

Синяя туча над лесом плывет,

Темную зелень огнем обдает.

В крайней избушке не гаснет ночник,

Спит на печи подгулявший старик,

Спит в зипунишке и в старых лаптях,

Рваная шапка комком в головах.

Молится богу старуха жена,

Плакать бы надо — не плачет она.

Дочь их красавица поздно пришла,

Девичью совесть вином залила.

Что тут за диво! и замуж пойдет...

То-то, чай, деток на путь наведет!

Кем ты, люд бедный, на свет порожден?

Кем ты на гибель и срам осужден?

И.

— Зачем вы губы себе мажете? Ведь вы же понимаете, что это — вроде вывески: «Мужчины, я вам хочу нравиться, подходите!»

— Конечно, понимаю. Для того и делаю. Я очень застенчива, не умею держаться так, как хотела бы. А тут они прямо по губам видят, что можно быть смелее.

В. В. Вересаев

Зажигала вересинку,

Вересинка пыхала.

Никогда не променяю

Бойкого на тихого

* * *

Мой-то миленькой по миру ходил,

Он пестёрку на правой руке носил,

По-под оконьем Христа ради просил —

Ему подали малешенько.

Целоваться милешенько!

* * *

Я милашечку свою

Робить не заставлю.

На колени посажу,

Целовать заставлю.

Рус.

Когда в час веселый откроешь ты губки

И мне ты воркуешь нежнее голубки —

Я с трепетом внемлю, я весь вне себя:

Боюсь проронить хоть единое слово,

Молчу, не желаю блаженства иного,

Все слушал бы, слушал и слушал тебя.

Но глазки сверкнули живее кристаллов,

Жемчужные зубки блестят средь кораллов,

Румянец в ланитах уж начал играть!..

Теперь я смелее смотрю тебе в очи,

Уста приближаю, и слушать нет мочи —

Хочу целовать, целовать, целовать!

С. Г. Голицын

Мой миленок — не теленок,

Давай целоваться!

Нету матери, отца,

Некого бояться.

Рус.

Крепость изнутри берут.

Груз.

В стране роскошной, благодатной,

Где Евротейский* древний ток

Среди долины ароматной

Катится светел и широк,

Вдоль брега Леда молодая,

Еще не мысля, но мечтая,

Стопами тихими брела.

Уж близок полдень; небо знойно;

Кругом все пусто, все спокойно;

Река прохладна и светла;

Брега стрегут кусты густые...

Покровы пали на цветы,

И Леды прелести нагие

Прозрачной влагой приняты.

Легко возлегшая на волны,

Легко скользит по ним она:

Роскошно пенясь, перси полны

Лобзает жадная волна.

Но зашумел тростник прибрежный,

И лебедь стройный, белоснежный

Из-за него явился ей.

Сначала он, чуть зримый оком,

Блуждает в оплыве широком

Кругом возлюбленной своей;

В пучине часто исчезает,

Но, сокрываяся от глаз,

Из вод глубоких выплывает

Все ближе к милой каждый раз.

И вот плывет он рядом с нею, —

Ей смелость лебедя мила:

Рукою нежною своею

Его осанистую шею

Младая дева обняла;

Он жмется к деве, он украдкой

Ей перси нежные клюет;

Он в песне радостной и сладкой

Как бы красы ее поет,

Как бы поет живую негу!

Меж тем влечет ее ко брегу.

Выходит на берег она;

Устав, в тени густого древа,

На мураву ложится дева,

На длань главою склонена.

Меж тем не дремлет лебедь страстный:

Он на коленях у прекрасной

Нашел убежище свое;

Он сладкозвучно воздыхает,

Он влажным клювом вопрошает

Уста невинные ее...

В изнемогающую деву

Огонь желания проник;

Уста раскрылись; томно клеву

Уже ответствует язык;

Уж на глаза с живым томленьем

Набросив пышные власы,

Она нечаянным движеньем

Раскрыла все свои красы...

Приют свой прежний покидает

Тогда нескромный лебедь мой;

Он томно шею обвивает

Вкруг шеи девы молодой;

Его напрасно отклоняет

Она дрожащую рукой:

Он завладел —

Затрепетал крылами он, —

И вырывается у Леды

И детства крик и неги стон.

Е.

## * Е в р о т — река в Спарте, в южной части Пелопоннесского полуострова.

Эх, яблочко,

Соку спелого.

Полюбила я

Парня смелого.

Рус.

Смелость — начало победы.

Плутарх

Я не сам — она сама

Скамеечку поставила,

Я не сам — она сама

Любить меня заставила.

Рус.

В самой прелестной и в самой добродетельной женщине есть частица вероломства, т.е. зверства. Она — прирученное животное, возвращающееся по временам к дикому состоянию.

П. Ж. Прудон

Риск — благородное дело.

Рус.

Женщина нуждается в защите и нападении.

Г. Е. Малкин

«Гондольер молодой! Взор мой полон огня,

Я стройна, молода. Не свезешь ли меня?

Я к Риальто спешу до заката!

Видишь пояс ты мой, с жемчугом, с бирюзой,

А в средине его изумруд дорогой?..

Вот тебе за провоз моя плата».

— «Нет, не нужен он мне, твой жемчужный убор;

Ярче камней и звезд твой блистательный взор,

Но к Риальто с тобой не плыву я:

Гондольер молодой от синьор молодых

Не берет за провоз поясов дорогих, —

Жаждет он одного поцелуя!»

— «Ах, пора! На волнах луч последний угас,

А мне сроку дано на один только час, —

Гондольер, подавай мне гондолу!

Помолюсь за тебя я ночным небесам,

Целовать я тебе руку белую дам

А вдобавок свою баркаролу!»

— «Знаю я: голос твой звучной флейты звучней,

Знаю я, что рука морской пены белей,

Но к Риальто с тобой не плыву я!

Сам могу я запеть, — мне не нужно октав,

Мне не нужно руки — хладных сердцу октав,

Одного жажду я поцелуя!»

— «Вот мой яшмовый крест — в Палестине найден,

И святейшим отцом в Риме он освящен,

А при нем и янтарные четки!»

— «Крестик ты сбереги, — я и сам в Риме был,

К папе я подходил, и крестом осенил

Он меня, мои весла и лодки!»

И я видел потом, как, любуясь луной,

Плыл с синьорой вдвоем гондольер молодой,

А над ними ветрило играло.

Он был весел, и пел, и ей в очи смотрел,

И на щечке у ней поцелуй пламенел,

И Риальто вдали чуть мелькало.

Ф.

Лишь раз один, как папоротник, я

Цвету огнем весенней, пьяной ночью...

Приди за мной к лесному средоточью,

В заклятый круг приди, сорви меня!

Люби меня! Я всем тебе близка.

О, уступи моей любовной порче,

Я, как миндаль, смертельна и горька,

Нежней, чем смерть, обманчивей и горче.

Е. И. Димитриева

В лесу над рекой жила фея,

В реке она часто купалась;

И раз, позабыв осторожность,

В рыбацкие сети попалась.

Ее рыбаки испугались,

Но был с ними юноша Марко;

Схватил он красавицу фею

И стал целовать ее жарко.

А фея, как гибкая ветка,

В могучих руках извивалась

Да в Марковы очи глядела

И тихо над чем-то смеялась.

Весь день она Марка ласкала;

А как только ночь наступила,

Пропала веселая фея...

У Марка душа загрустила...

И дни ходит Марко, и ночи

В лесу, над рекою Дунаем,

Всё ищет, всё стонет: «Где фея?»

А волны смеются: «Не знаем!»

Но он закричал им: «Вы лжете!

Вы сами целуетесь с нею!»

И бросился юноша глупый

В Дунай, чтоб найти свою фею...

Купается фея в Дунае,

Как раньше, до Марка, купалась;

А Марка — уж нету...

Но всё же

От Марка хоть песня осталась,

А вы на земле проживете,

Как черви слепые живут;

Ни сказок о вас не расскажут,

Ни песен про вас не споют!

М. Горький

Женщины отдают обыкновенно предпочтение мужчинам, принадлежащим к разряду тех людей, которые по природе своей более способны предаваться удовольствиям и всякому вздору.

Эразм Роттердамский

Хочу быть дерзким, хочу быть смелым,

Из сочных гроздей венки свивать.

Хочу упиться роскошным телом,

Хочу одежды с тебя сорвать!

Хочу я зноя атласной груди,

Мы два желанья в одно сольем.

Уйдите, боги! Уйдите, люди!

Мне сладко с нею побыть вдвоем!

Пусть будет завтра и мрак и холод,

Сегодня сердце отдам лучу.

Я буду счастлив! Я буду молод!

Я буду дерзок! Я так хочу!

К. Д. Бальмонт