Красота и поцелуи

Ах, красота — это

страшная сила!

С. Я. Надсон

Я сидела на угоре,

На такой на высоте.

Дай ты, боже, помоложе,

По моей по красоте.

* * *

Я люблю Петрова Сашу —

Для него я губы крашу.

Рус.

Товар лицом продается.

Рус.

Ну, что в вас истинного, детище обмана:

Вставные челюсти или беззубый рот?!

О ваших локонах златых парик ваш врет,

А о румянце щек — дешевые румяна.

Набор густых белил — надежная охрана.

Но если невзначай их кто-нибудь сотрет,

Тотчас откроется — скажу вам наперед —

Густая сеть морщин!.. А это — в сердце рана!

Наружностью всегда приученная лгать,

Вы лживы и внутри, так надо полагать,

Фальшивая душой, притворщица и льстица!

О сердцем лживая! О лживая умом!

С великим ужасом я думаю о том,

Кто вашей красотой фальшивою прельстится!

А. Грифиус

Ах, яблочко,

Мелко рублено.

Не целуй меня,

Я напудрена.

* * *

Не целуй меня, миленок,

Я напудренная.

Поцелуешь — пудру сдуешь,

Она купленная.

Рус.

На жирный слой белил кладя румяны,

Ты, Лидия, добилась одного:

Я исцелился от любовной раны.

Чиро ди Перс

Зачем, о дева-красота,

Владеешь грудью ты лилейной?

Зачем улыбкой чудодейной

Твои красуются уста?

Ты вся любовь и вся мечта...

Полна ты жизни беззатейной

И дышишь негой тиховейной,

Огнем и светом налита!

О, как роскошно, как отрадно

Отдать себя тебе во власть,

И пред тобою, ненаглядной,

В восторге трепетном упасть,

И языком лобзаний жадно

Вверять тебе немую страсть.

Е. Л. Милькеев

Цветущие женщины аллергии не вызывают.

Г. Е. Малкин

Моя душа — желаний кладовая,

Моя душа — наполнена тобой.

Рожденный в этом мире безучастном,

Где нас беда сражает наповал,

Целую все, что кажется прекрасным,

Прекрасным вижу все, что целовал.

Назрул Ислам

Собирай свои цветочки,

Заплетай свои веночки,

Развлекайся как-нибудь,

По лугу беспечно бегай!

Ах, пока весенней негой

Не томилась тайно грудь!

У тебя, как вишня, глазки,

Косы русые — как в сказке;

Из-под кружев панталон

Выступают ножки стройно...

Ах! пока их беспокойно

Не томил недетский сон!

Увидав пятно на юбке,

Ты надула мило губки,

Снова мило их надуй!

Эти губки слишком красны:

Ах! пока угрюмо-страстный

Не сжимал их поцелуй!

В.

Ее не знает свет, — она еще ребенок;

Но очерк головы у ней так чист и тонок,

И столько томности во взгляде кротких глаз,

Что детства мирного последний близок час.

Дохнет тепло любви, — младенческое око

Лазурным пламенем засветится глубоко,

И гребень, ласково-разборчив, будто сам

Пойдет медлительней по пышным волосам,

Персты румяные, бледнея, подлиннеют...

Блажен, кто замечал, как постепенно зреют

Златые гроздия, и знал, что, виноград

Сбирая, он вопьет их сладкий аромат!

А. А. Фет

Кому достанется она,

Нерукотворная Мария?

Она для неги рождена:

Глаза, как небо, голубые,

И мягкость розовых ланит,

И всё — готовое для счастья —

К ней соблазнительно манит

Живую жажду сладострастья!

Блажен, кто первый обоймет

Ее красы на ложе ночи,

Ее прижмет, еще прижмет,

И, задрожав, закроет очи!

Н. М. Языков

Стройна, красива, весела,

С лукавством смотришь черным оком,

Любезна всем, хранима роком,

Как лань, быстра, умна, смела,

Всегда строга, чужда порокам

И, как весенний день, — мила.

* * *

О женщина! Ты — чудо из чудес,

Ты — тайна тайн, ты — мера совершенства,

Ты — путеводный свет, сошедший к нам с небес,

Ты — образец первостепенства.

Ты — и печаль, и радость, и мечта,

Гармонии телесной — воплощенье,

Прекрасных форм и линий — единенье,

Изящной прелести — и блеск, и простота...

О женщина! Ты свет, ты — волшебство!

Ты разума высокого творенье,

Ты — бесконечной жизни торжество,

Ее исток, и смысл, и наполненье.

А. А. Харюшин

Чьи руки бережные трогали

Твои ресницы, красота,

Когда, и как, и кем, и много ли

Целованы твои уста...

М. И. Цветаева

Пой, мой друг. Напевай мне снова

Нашу прежнюю буйную рань.

Пусть целует она другова,

Молодая красивая дрянь.

* * *

Так чего ж мне ее ревновать.

Так чего ж мне болеть такому.

Наша жизнь — простыня да кровать.

Наша жизнь — поцелуй да в омут.

С.

Разгульна, светла и любовна,

Душа веселится моя;

Да здравствует М<арья> П<етровна>,

И ножка, и ручка ея!

Как розы денницы живые,

Как ранние снеги полей —

Ланиты ее молодые

И девственный бархат грудей.

Как звезды задумчивой ночи,

Как вешняя песнь соловья —

Ее восхитительны очи

И сладостен голос ея.

Блажен, кто, роскошно мечтая,

Зовет ее девой своей;

Блаженней избранников рая

Студент, полюбившийся ей.

Н. М. Языков

Порой уныло я брожу,

Измученный тоской,

А вот на Кристель погляжу —

Все снимет как рукой.

И отчего, я не пойму,

Сильней день ото дня,

За что, зачем и почему

Она влечет меня?

Дуга бровей. Лукавство глаз.

Свежа и хороша.

Лишь стоит посмотреть — тотчас

Заходится душа.

А губы ярких роз алей,

Нежнее, чем цветок.

Есть кое-что и покруглей

Ее румяных щек.

Все ненасытней с каждым днем

Я к ней одной стремлюсь.

За то чтоб ночь с ней быть вдвоем —

Всем в мире поступлюсь.

Откажет мне она и впредь,

Тогда, того гляди,

Не прочь я даже умереть,

...Но на ее груди.

И. Гете

Увидел я тугие косы,

черней, чем ночь, вкруг головы.

И зубы белые — белее,

чем млечный сок степной травы,

А губы улыбались мило

улыбкой алых ягод мне,

И было это все как небыль

или как поцелуй во сне.

Имруулькайс

Все в ней гармония, все диво,

Все выше мира и страстей;

Она покоится стыдливо

В красе торжественной своей;

Она кругом себя взирает:

Ей нет соперниц, нет подруг;

Красавиц наших бледный круг

В ее сиянье исчезает.

Куда бы ты ни поспешал,

Хоть на любовное свиданье,

Какое б в сердце ни питал

Ты сокровенное мечтанье, —

Но, встретясь с ней, смущенный, ты

Вдруг остановишься невольно,

Благоговея богомольно

Перед святыней красоты.

А. С. Пушкин

О, как она нежна! Когда сравню с луною лик прелестный,

Поймите, что она милей своей соперницы небесной,

Затем, что черные, как ночь, душисты косы у подруги,

И два колышутся бедра, и гибок стан ее упругий.

Она легка, тонка, стройна и белозуба, белокожа,

И, крепконогая, она на розу свежую похожа.

Благоуханию ее завидуют, наверно, весны,

Блестят жемчужины зубов и лепестками рдеют десны...

Маджнун

Можешь ли довольна ты быть красотою,

Коль плодов с нее не собирать,

Если ж не склоняться, так на что приятством

Мысли непристойны полонять?

Дай отраду в сердце, утоли мой пламень,

Окончай исканья и труды,

Опустись в страсть нежну, перестань крепиться

И сними с красы своей плоды.

О плоды драгие! сладкая утеха,

Есть ли что на свете лучше вас?

Чем возможно ясно мне изобразити,

Мне тебя, о ты! приятной час:

Час, в которой сладость оныя забавы

Чувствуют влюбленные сердца,

Получая славу чувством восхищенным

И любви касаяся венца.

* * *

Не трать, красавица, ты времени напрасно,

Любися; без любви всё в свете суеты,

Жалей и не теряй прелестной красоты,

Чтоб больше не тужить, что век прошел несчастно.

Любися в младости, доколе сердце страстно:

Как младость пролетит, ты будешь уж не ты.

Плети себе венки, покамест есть цветы,

Гуляй в садах весной, а осенью ненастно.

Взгляни когда, взгляни на розовый цветок,

Тогда когда уже завял ея листок:

И красота твоя, подобно ей, завянет.

Не трать своих ты дней, доколь ты нестара,

И знай, что на тебя никто тогда не взглянет,

Когда, как розы сей, пройдет твоя пора.

А.

Рядись, да оглядись; верши, не спеши; делай, не греши!

Рус.

Красавица, на грудь ты приколола брошь.

Проходишь — белой лебедью плывешь.

Лебедушка моя, ты сокола не бойся,

Ты все равно к нему в объятья попадешь.

Тадж.

Всякая птица своим пером красуется.

Рус.

Ягодинка кудри завил,

Да и мне велит завить.

Я завью, а он не будет

Кудреватую любить.

* * *

У кого какая баня,

У меня осинова.

У кого какая милка,

У меня — красивая!

Рус.

Весна пришла! Весна пришла! Сады — в убранстве роз,

И горлинка, и соловей поют, поют до слез,

Горя любовию к цветку, что краше всех возрос,

Чей в зелени румяный лик влечет бессчетность грез!

Ты — светлый вяз! Лилия ты, чей стебель благоухан!

На пыльной, людной площади зеленый ты фонтан!

Что град Катай! Что весь Китай! Что славный Хорасан!

Они — ничто перед тобой, и я любовью пьян!

Дух бальзамический струят персты, белей, чем снег.

Ты — сладкий сахар! Ты — миндаль! Ты — ладана ковчег!

Ты — свежий, сладостный цветник! Сад, полный вешних нег!

Ты — красный яблок, а к нему зеленый льнет побег!

Ты — багрянеющий топаз! Сверкающий рубин!

Ты — беспорочный изумруд! Цветной аквамарин!

Ты — перл, обточенный волной на дне морских глубин,

Отважным добытый пловцом из сумрачных пучин!

Ты — деревцо, где без плодов зеленой ветки нет!

Ты — пальма в почках без конца, ты пальмы первоцвет!

Ты — лес, что острым запахом цветов и трав согрет!

Ты — роза и фиалка! Ты — над морем алый свет!

Ты — из миндальных деревцов роскошный, пышный сад!

Ты — запах амбры! Мускус — ты! Ты — дивный аромат!

Ты апельсиновых цветов душистее стократ!

Ты — кипарис, и ты — платан! Ты — кедр, шатер услад!

О чудный образ! Ты вовек — прекрасна и чиста!

Как ангелы, сияньем ты небесным облита!

Твой рот — божественный алтарь, и фимиам — уста,

А зубы — нити жемчугов, и вся ты — красота!

Я опьянен! Я опьянен! Любовью опьянен!

Я опьянен! Я опьянен! При солнце взят в полон!

Я опьянен! Я опьянен! Все дни мои — что сон!

Г.

Тополь ты гибкий да зыбкий, тонкая ветка!

Хрупки персты, да за сердце схватят нас метко.

Стан такой девы во сне вы видели редко!

Вечность вкушал я: ведь встречи помнит беседка!

Дни мои ныне в пустыне льются туманом!

Розу устами, перстами нежить — услада!

Очи! Им надо — о, надо! — встречи у сада!

Сердце томится, стремится — всюду преграда.

Бросить? По свету ведь нету лучшего клада!

Где же той дверца, кто сердца стала тираном?..

Бесики

Золотая, как солнце, кожа,

Тоненькие каблучки,

Узел волос из шелка,

складки платья легки —

мулатка, просто прохожая...

Как мы теперь далеки!

Подумал я вслед:

травиночка,

ветер над бездной ревет...

сахарная тростиночка,

кто тебя в бездну столкнет?

Чей серп на тебя нацелится,

срежет росток?

На какой плантации мельница

сотрет тебя в порошок?

Н. Гильен

Песню запой, погонщик, в песне этой воспой

Стыдливых дев длинношеих, сияющих красотой.

В черных глазах красавиц черный пылает свет,

Каждая шею клонит, словно гибкую ветвь.

Каждая взглядом целит — не думай сердце сберечь!

Ресницы — острые стрелы, взгляд — индостанский меч.

Шелка тоньше и мягче, белые руки нежны —

Алоэ и мускусом пахнут, как у индийской княжны.

Заглянешь в газельи очи — грусть и влажная тьма,

Их черноте позавидует даже сурьма сама!

Чары их столь убийственны, столь карминны уста!

В ожерелье надменности убрана их красота!

Но одной из красавиц желанья мои не милы.

Она холодна к человеку, сложившему ей похвалы.

Черным-черны ее косы, каждая — словно змея;

Они следы заметают, а это — стезя моя...

Ибн аль-Араби

Твой лоб — луна, как солнце — лик, твой локон — муравей!

Ресницы — стрелы, брови — лук! О, сжалься, не убей!

Ах, на пшеничное зерно похожа родинка твоя!

А шейка — глиняный кувшин! А косы — стая змей!

Твой стан — чинара! Губы — мед! А тело — полотно!

Джейран завидует глазам и ловкости твоей!

Твой подбородок — яблоко! Колодец — ямка в нем!

Гранаты — щеки!.. Ха-ха-ха! Найди красу смешней!

А.

И дева-рай и дева-красота

Лила мне в грудь невыразимым взором

Наивную любовь с таинственным укором,

И пела в ней душа небесным хором:

«Лобзай меня и в очи и в уста!..»

А. И. Полежаев

Прости меня грешного, Боже,

Но как же тебе удалось

Создать эту нежную кожу

И облако легких волос?!

Прости меня грешного, Боже,

Откуда искусство твое?!

Как смог, на виолу похожий,

Настроить Ты голос ее?!

Вот губы отдельно, вот брови,

Вот лоб и морщинки его,

Глаза, где задумчивость бродит...

Откуда же вдруг волшебство?!

Прости меня грешного, Боже,

Как в ней Ты составил черты,

Что никну, влюбленный до дрожи,

Пред дивом такой красоты?!

* * *

Люблю в тебе я тайну Божью —

Она мне красоты дороже.

Она не в тонких стеблях рук,

А в их полете, в жестах гибких,

И не в изгибах губ, — в улыбке:

Кто в ней проглядывает вдруг?!

* * *

Завидую тебе, далекой, ненаглядной, —

Ты видишь каждый день

Себя.

Л. И. Болеславский

Грудь лебедина, походка павлина, очи сокольи, брови собольи...

Смиренная, как агнец; делова, что пчела; красна, что райская птица; верна, что горлица.

Кругла, пухла, бела, румяна, кровь с молоком.

Рус.

Луна, за чьим гостить ты дастарханом будешь?

О чудо красоты, чьим талисманом будешь?

Над головой твоей — благоуханий зонт.

Под черным тем зонтом кому султаном будешь?

Сказать: ты — сахар? Нет! Ты слаще сладких роз.

Чье сердце разорвешь, кому дурманом будешь?

Во тьме ночной ты — свет, не сглазили б тебя...

Родник воды живой, чьим ты фонтаном будешь?

Уйдешь — моя душа в тоске испустит дух.

Мне яду поднеся, кому рейханом будешь?

Г. Низами

Если для того, чтобы любить, вы пленяетесь одним только личиком, вы можете влюбиться последовательно в одиннадцать тысяч дев, и никогда не быть счастливым.

П. Буаст

Не гляди в лицо, а заглядывай в сердце.

Рус.

О жены модные! Несносен вам поэт,

Однако и ему в вас, право, нужды нет;

Лишь грации и музы восхищают,

А куклы не прельщают.

А. Н. Нахимов

Недоступность женщин — это один из их нарядов и уборов для увеличения своей красоты.

Ф. Ларошфуко

Где трава, там и кузнечики.

Где цветы расцвели, там и пчел много.

Где плоды созревают, туда и птицы летят.

Малай., индонез.

На хороший цветок летит и мотылек.

Рус.

Косы пьют влагу сердца.

Перс.

Пока красива — выбирает молодых парней, ушла красота — и за старика замуж пойдет.

Вьет.

Когда нет черных глаз, целуешь и голубые.

Молд.

Не будь слишком сладким — мухи облепят.

Армян.

Я лика другого с такой красотою и негой такой не видал,

Мне амбровых кос завиток никогда так сердце не волновал.

Твой стан блистает литым серебром, а сердце — кто знает, что в нем?

Но ябедник мускус дохнул мне в лицо и тайны твои рассказал.

О пери с блистающим ликом, ты вся —дыхание ранней весны.

Ты — мускус и амбра, а губы твои — красны, словно яхонт и лал.

М. Саади

Когда источаешь улыбкою мед,

Никто у торговцев сластей не берет.

Когда возникаешь на миг предо мной,

В глазах — кипарис, озаренный луной.

Сверкнешь красотой — расступается ночь.

С тобой состязаться и солнцу невмочь.

Бледнеет, но спать не уходит луна.

Должно быть, от ревности ей не до сна.

О прелести локонов я промолчу,

Безумцев запутать в кудрях не хочу.

Нет, я не один восхищаюсь тобой,

Увидев тебя, восхитится любой.

Хосров Дехлеви

О, ты прекрасна, возлюбленная моя, ты прекрасна! глаза твои голубиные под кудрями твоими; волоса твои, как стадо коз, сходящих с горы Галаадской;

Зубы твои, как стадо выстриженных овец, выходящих из купальни, из которых у каждой пара ягнят, и бесплодной нет между ними;

Как лента алая губы твои, и уста твои любезны; как половинки гранатового яблока — ланиты твои под кудрями твоими;

Шея твоя, как столп Давидов, сооруженный для оружий, тысяча щитов висит на нем — все щиты сильных.

Два сосца твои, как двойни молодой серны, пасущиеся между лилиями.

Вся ты прекрасна, возлюбленная моя, и пятна нет на тебе.

Библия. Книга Песни

Песней Соломона (4:1—6)

О, как любезны ласки твои, сестра моя, невеста; о, как много ласки твои лучше вина, и благовоние мастей твоих лучше всех ароматов!

Сотовый мед каплет из уст твоих, невеста; мед и молоко под языком твоим, и благоухание одежды твоей подобно благоуханию Ливана!

Библия. Книга Песни

Песней Соломона (4:10, 11)

О, как прекрасны ноги твои в сандалиях, дщерь именитая! Округление бедр твоих как ожерелье, дело рук искусного художника;

Живот твой — круглая чаша, в которой не истощается ароматное вино; чрево твое — ворох пшеницы, обставленный лилиями;

Два сосца твои, как два козленка, двойни серны;

Шея твоя, как столп из слоновой кости; глаза твои — озерки Есевонские, что у ворот Батраббима; нос твой — башня Ливанская, обращенная к Дамаску;

Голова твоя на тебе, как Кармил, и волосы на голове твоей, как пурпур; царь увлечен твоими кудрями.

Как ты прекрасна, как привлекательна, возлюбленная, твоею миловидностью!

Этот стан твой похож на пальму, и груди твои на виноградные кисти.

Подумал я: влез бы я на пальму, ухватился бы за ветви ее; и груди твои были бы вместо кистей винограда, и запах от ноздрей твоих, как от яблоков;

Уста твои, как отличное вино...

Библия. Книга Песни

Песней Соломона (7:2—10)

Возлюбленный мой бел и румян, лучше десяти тысяч других.

Голова его — чистое золото; кудри его волнистые, черные, как ворон;

Глаза его, как голуби при потоках вод, купающиеся в довольстве;

Щеки его — цветник ароматный, гряды благовонных растений; губы его — лилии, источают текучую мирру;

Руки его — золотые кругляки, усаженные топазами; живот его — как изваяние из слоновой кости, обложенное сапфирами;

Голени его — мраморные столбы, поставленные на золотых подножиях; вид его подобен Ливану, величествен, как кедры.

Уста его — сладость, и весь он — любезность...

Библия, Книга Песни

Песней Соломона (5:10—16)

Богу тоже нужно хорошее.

Армян.

Красивую лепешку приятнее есть.

Кор.

У тебя красивы глазки

И красивенький носок.

Не рассказывай мне сказки,

Поцелуй хотя разок.

Рус.

Хорошенькое личико — ничто,

Когда нет искры чувства за душою,

А женский ум — простите ль вы меня? —

Почти всегда — пустая болтовня.

Л. А. Мей

Кто мил, тот и красив.

Тур.

Прекрасная внешность — опасный соблазнитель.

М. Аврелий

Красивое лицо всякий поцелует.

Инд.

Цену розе соловей знает.

Узб.

Уста сладкое любят, глаза красивое.

Мар.

Алмаз и в грязи виден.

Рус.

Роза — лик, нарциссы — очи, словно лепестки — уста,

Гибну я, едва увижу, сколь краса твоя чиста.

* * *

По устам твоим тоскуя, сердце рдеет, как бутон, —

Словно роза ты весною, — или верь, или не верь.

Б. Машраб

Меня милый не целует,

Говорит — зубастая.

Как же я тебя целую,

Филина глазастого.

Рус.

Не мил телом, неугодлив и делом.

Рус.

Я черемуху ломала,

Ветки падали в реку.

Некрасива я родилась,

Но любого завлеку.

* * *

Ох, любовь, эта любовь

К человеку вяжется.

Некрасивого полюбишь,

А красивым кажется.

Рус.

Любовь и ослиных ушей не замечает.

Осет.

Не рискуй целовать некрасивую девушку. [Она об этом станет рассказывать.]

Евр.

Одна лишь красивая внешность не содержит аромата поцелуя.

Тай.

Не красота завлекает мужчин в ловушку, в нее они попадаются сами.

Кит.

Поцелуя красивой женщины берегись, как змеиного яда.

Рус.

Да буду проклят я, коль посажу тюльпаны!

Да буду проклят я, коль их касаться стану!

Сто раз я был сражен похожей на тюльпан

И сто раз жертвой пал коварства и обмана.

Баба Тахир

Красавицам лишь власть мила, коварным верность не дана,

Из них любая жаждет зла и лишь насилию верна.

Хакани

Ты красива, ты богата,

Ты хозяйственна притом.

В лучшем виде хлеб и погреб,

В лучшем виде двор и дом.

Сад подчищен и подстрижен,

Всюду польза и доход.

Прошлогодняя солома

У тебя в постель идет.

Но увы, ни губ, ни сердца

Все ты к делу не приткнешь,

И кровати половина

Пропадает ни за грош.

Г. Гейне

Не красавицей дом держится, а умницей.

Рус.

Кому нужна красота сумасшедшего?

Амх.

Твоя прелестная стыдливость,

Твой простодушный разговор,

И чувств младенческая живость,

И гибкий стан, и светлый взор —

Они прельстят питомца света,

Ему весь рай твоей любви,

Но горделивого поэта

В твои объятья не зови!

Напрасно пылкий и свободный,

Душой невинный, он желал

В тебе найти свой идеал

И чувство гордости народной.

Ища не славного венка —

Ты не достойна вдохновений,

Простая жажда наслаждений

Жрецу изящного — низка.

Н. М. Языков

Тюльпаны нежат взор, увы, всего неделю,

Цветут на склонах гор, увы, всего неделю.

Иду из края в край, в отчаянье кричу:

«Любить красавиц — вздор! Они верны неделю!»

Баба Тахир

Мужское отрезвленье — не измена.

Красавицы, как вы ни хороши,

Очарованье внешности мгновенно,

Краса лица — не красота души.

Печать красы, как всякий отпечаток,

Когда-нибудь сотрется и сойдет,

И слабость и душевный недостаток —

Любить не сущность, а ее налет.

Сама же красота иного корня

И вся насквозь божественна до дна,

И к этой красоте, как к силе горней,

В нас вечная любовь заронена.

Та красота сквозит в душевном строе

И никогда не может стать стара.

Навек блаженны любящие двое,

Кто живы силами ее добра.

Лишь между ними чувством все согрето,

И если есть на свете рай земной,

Он во взаимной преданности этой,

В бессмертной этой красоте двойной.

Н. М. Бараташвили

Страшись любви: она пройдет,

Она мечтой твой ум встревожит,

Тоска по ней тебя убьет,

Ничто воскреснуть не поможет.

Краса, любимая тобой,

Тебе отдаст, положим, руку...

Года мелькнут... Летун седой

Укажет вечную разлуку...

И беден, жалок будешь ты,

Глядящий с кресел иль подушки

На безобразные черты

Твоей докучливой старушки...

М. Ю. Лермонтов

Если хлеб как следует рассмотришь, не станешь его есть.

Араб.

Пастух красавицы — ее совесть.

Груз.

Она была прекрасна, как мечтанье

Ребенка под светилом южных стран.

Что красота — ужель одно названье?

Иль грудь высокая и гибкий стан,

Или большие очи? — Но порою

Все это не зовем мы красотою:

Уста без слов — любить никто не мог,

Взор без огня — без запаха цветок!

М. Ю. Лермонтов

Любовь — это не только восторженное любование, наслаждение красотой, созданной для тебя, но и бесконечное творение красоты в любимом человеке.

В. А. Сухомлинский

...Уверуйте в божественность красоты; началом вашего восхищения будет жизнь и источником вашей любви — счастье. Затем обратитесь к ней: она приблизит ваши сердца к трону женщины, зеркалу ваших чувств, и укажет путь вашим душам на ристалище природы, где отечество вашей жизни.

Воспойте нарцисс глаз и розу щек и анемон рта, — ведь красота прославляется воспевающими!

Восхвалите ветвь стана и ночь волос и слоновую кость шеи, — ведь красота радуется восхваляющим! Посвятите тело, как храм, красоте и посвятите сердце, как жертвенник, любви, — ведь красота воздает поклоняющимся!

Ликуйте вы, которым ниспосланы откровения красоты, и веселитесь...

Д. Х. Джебран

Вот милая моя. Она — прекрасна.

В ней средоточье всех сокровищ мира:

Паросский мрамор — лоб ее бесстрастный,

Ее глаза — огромные сапфиры,

И губы — лалы дневного Кашмира,

И руки милой серебра светлей,

И зубы — жемчуг, и дыханье — мирра,

И ослепляет золото кудрей.

Но виден лишь для избранных сердец

Бесценных добродетелей венец.

Э. Спенсер