Эпистемиологическое понятия препятствия
Проблема научного знания ставится в терминах «препятствий». В познавательном действии надо обращать внимание на медлительность и разбросанность. Эпистемологические препятствия – это те причины инерции, которые кроются в познаваемом объекте.
Познание реального никогда не является стихийным. Оно – тот свет, который всегда высвечивает какую то часть предмета. «Реальное – это всегда не то, что можно было бы принять на веру, а то, над чем можно будет подумать». Башлар показывает, что уже имеющееся знание является препятствием для научного знания: «Получить доступ к науке – это значит духовно помолодеть, согласиться с резким сдвигом, который должен противоречить прошлому». Наука должна противопоставляться мнению, так как мнение мыслит неверно. Оно не думает, а выражает потребность в знаниях. На мнении ничего нельзя строить. Вначале его надо разрушить.Более того, приобретенное знание необходимо всегда подвергать сомнению. При практическом использовании идеи расцениваются неправильно. Надо бороться против «консервативного инстинкта» людей и поощрять их «инстинкт формативный». Причем последний помогает создать себе новые умения. «Хорошо организованной» головы недостаточно. Ее надо постоянно реорганизовывать, в противном случае доступ к ней закроется. «Человек, побуждаемый научным духом, бесспорно желает знать, но знать прежде всего для того, чтобы точнее ставить вопросы».
Башлар отличает позицию историка от позиции эпистемолога: факт, неверно истолкованный в свое время, остается фактом для историка и как антифакт – препятствием для эпистемолога.
Затем он рассматривает понятие «эпистемологического препятствия» в практике обучения. Башлар констатирует, что мастера, преподающие науки, не знают, что их не понимают. Они считают, что дух начинается как урок, что события и явления излагаются пункт за пунктом. Они не думали над тем фактом, что ошибки подростков часто возникают из уже приобретенных эмпирических знаний. Для ученика работа заключается не в приобретении культуры, а в ее изменении:
«Любая научная культура должна начинаться с интеллектуального и эмоционального катарсиса. Затем встает самая трудная задача: призвать научную культуру к постоянной мобилизации, заменить закрытое и статическое познание открытым и динамическим знанием, сделать диалектическими экспериментальные переменные и, наконец, дать разуму стимулы к развитию».
Определенным образом Башлар предлагает построить психологию ошибки в педагогике, но демонстрирует некоторый пессимизм, так как у преподавателей нет того чувства, что они могут ошибаться, в основном из за того, что считают себя мастерами: «Я никогда в жизни не видел воспитателя, который поменял бы метод», говорит автор.