Борьба Ленина с «физическим идеализмом» по проблемам причинности, пространства и времени.
Глава «физического идеализма» того времени Э. Мах объявил причинность «устаревшим», «метафизическим» понятием на том основании, что в физику проникло математическое представление о функциональной зависимости. Действительно, механистическое представление о причинности все более уступало в физике место более полному, диалектическому пониманию причинности как такой связи, где причина и следствие взаимодействуют и где, следовательно, математическое понятие функции позволяет более точно отобразить реальное взаимодействие тел.
Но для Маха критика механистического, упрощенного понимания причинности была лишь поводом для того, чтобы отвергнуть объективный характер причинности и протащить мысль о том, что причинность вносится в мир явлений разумом человека. Аналогичным образом Пуанкаре называл законы науки «символами», «условностями», которые человек создает для «удобства», для «гармонизации» своего опыта, т. е. ощущений.
Критикуя Маха, Пуанкаре и поверивших им на слово русских махистов, Ленин выступает против подмены философского вопроса о признании или непризнании причинности вопросом о той или иной формулировке причинных связей. Наука, проникая все глубже в сущность явлений, будет открывать нам в реальном мире все новые, более сложные формы причинной связи явлений. Относительность наших представлений о причинности показывает, что причинность, необходимость, закономерность существуют в природе независимо от нашего сознания и находят в законах науки свое все более точное отображение.
Махисты проповедовали субъективизм и в понимании пространства и времени. Критикуя устаревшее ньютоновское представление об абсолютном пространстве и абсолютном времени, Мах приходил к отрицанию объективного времени и пространства, к выводу о том, что не человек с его сознанием находится в пространстве и во времени, а, наоборот, пространство и время существуют лишь в голове человека.
Физик Мах под влиянием Маха философа доходил до такой бессмыслицы, что в 1872 г. предлагал искать атомы химических элементов, а в 1906 г. – электроны вне реального пространства с его тремя измерениями. «Рассуждение Маха, – писал Ленин, – есть переход из лагеря естествознания в лагерь фидеизма. Естествознание и в 1872 и в 1906 г. искало, ищет и находит – по крайней мере, нащупывает – атом электричества, электрон, в пространстве с тремя измерениями. Естествознание не задумывается над тем, что вещество, которое им исследуется, существует не иначе, как в пространстве с 3 мя измерениями, а следовательно, и частицы этого вещества, хотя бы они были так мелки, что видеть мы их не можем, „обязательно“ существуют в том же пространстве с 3 мя измерениями».Ленин отмечает, что в решении философской стороны проблемы пространства и времени релятивисты применяют такой прием: изменчивость, относительность научных представлений и ошибку метафизического материализма, утверждавшего, что наши знания носят абсолютный характер, они используют для атак на материализм вообще. Представления о пространстве и времени как раз в этот период, когда создавалась и входила в сознание ученых теория относительности, испытывали коренную ломку, и это облегчало релятивистам их задачу.
Ленин показывает беспочвенность подобного рода попыток: «Изменчивость человеческих представлений о пространстве и времени так же мало опровергает объективную реальность того и другого, как изменчивость научных знаний о строении и формах движения материи не опровергает объективной реальности внешнего мира».