О бюрократической власти в массовом обществе.
«Господство аппарата Превращая отдельных людей в функции, огромный аппарат обеспечения существования изымает их из субстанциального содержания жизни (то есть делает их жизнь эфемерной, как бы повисшей в воздухе — В Г), которое прежде, в качестве традиции влияло на людей.
Часто говорили: людей пересыпают, как песок. Систему образует аппарат, в котором людей переставляют по своему желанию с одного места на другое, а не историческая субстанция, которую они заполняют своим индивидуальным бытием. Все большее число людей ведет это оторванное от целого существование. Разбрасываемые по разным местам, затем безработные, они представляют собой лишь г олое существование и не занимают больше определенного места в рамках целого Глубокая, существовавшая раньше истина — каждый да выполняет свою задачу на своем месте в сотворенном мире — становится обманчивым оборотом речи, цель которого успокоить человека, ощу-щающего леденящий ужас покинутости. Исчезает любовь к вещам и людям Исчезает готовый продукт, остается только механизм, способный создать новое Насильственно прикованный к ближайшим целям, человек лишен пространства, необходимого для видения жизни в целомТам, где мерой человека является средняя производительность, инДивид, как таковой, безразличен Незаменимых не существует То, в качестве чего он был, он — общее, не он сам. К этой жизни предопределены люди, которые совсем не хотят быть самими собой; они обладают преимуществом. Создается впечатление, что мир попадает во власть посредственности, людей без судьбы, без различий и без подлинно человеческой сущности.
Кажется, что объективированный, оторванный от своих корней человек утратил самое существенное. Для него ни в чем не сквозит присутствие подлинного бытия... Живя со дня на день, он видит цель, выходящую за пределы сиюминутного выполнения работы, только в том, чтобы занять по возможности хорошее место в аппарате.
Масса ос-тающихся на местах отделяется от меньшинства бесцеремонно пробивающихся вперед. Первые пассивно пребывают там, где они находятся, работают и наслаждаются после работы досугом; вторых побуждают к активности честолюбие и любовь к власти; они изматываются, придумывая возможные шансы к продвижению и напрягая последние силы.Руководство всем аппаратом осуществляется бюрократией, которая сама является аппаратом, то есть людьми, превратившимися в аппарат, от которых зависят работающие в аппарате.
Государство, общество, фабрика, фирма — все это является пред-приятием во главе с бюрократией. Все, что сегодня существует, нуждается в множестве людей, а следовательно, в организации. <... >
Господствующий аппарат покровительствует людям, обладающим способностями, которые позволяют выдвинуться: умеющим оценивать ситуацию беспардонным индивидам, которые воспринимают людей по их среднему уровню и поэтому успешно используют их; они готовы в качестве специалистов подняться до виртуозности, одержимые желанием продвинуться, они способны жить, не задумываясь и почти не тратя времени на сон. <.. .>
Господство массы. Масса и аппарат связаны друг с другом. Крупный механизм необходим, чтобы обеспечить массам существование. Он должен ориентироваться на свойства массы: в производстве — на рабочую силу массы, в своей продукции — на ценности массы потребителей.
Масса как толпа не связанных друг с другом людей, которые в своем сочетании составляют некое единство, как преходящее явление существовала всегда. Масса как публика — типический продукт определенного исторического этапа... Масса как совокупность чюдей, расставленных внутри аппарата по упорядочиванию существования таким образом, чтобы решающее значение имела воля и свойства большинства, является постоянно действующей силой нашего мира...
Для расчлененной в аппарате массы главное значение имеет фикция равенства. Люди сравнивают себя с другими, тогда как каждый может быть самим собой, только если он не сравним ни с кем. То, что есть у другого, я тоже хочу иметь; то, что может другой, мог бы и я. Тайно господствует зависть, стремление наслаждаться, иметь больше и значить больше <.. .> 222
Расчлененная в аппарате масса бездуховна и бесчеловечна. Она —
наличное бытие без существования, суеверие без веры. Она способна
все растоптать, ей присуща тенденция не терпеть величия и самостоятельности, воспитывать людей так, чтобы они превращались в муравьев».
(Ясперс К. Духовная ситуация времени // Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 310-314)