15.6. Личность в ходе истории
Типология человеческой личности в современной психологии объясняется ее характерологическими особенностями. Так, Э. Фромм, выдвигая понятие социального характера, сравнивает его с подобием матрицы, отражающей общие черты жизнедеятельности общественной группы, которая конкретно определяет способы действия и образ мышления составляющих ее человеческих индивидов.
Отвергая фрейдовскую либидонозную теорию, Э. Фромм считает, что в решающей степени социальный характер обусловлен жизненной практикой соответствующей общности людей, усилиями школы, семьи, религии и т.п. Социальный характер, конечно, представляет собой динамическую величину, подвергающуюся самым разнообразным влияниям и, естественно, при всей своей устойчивости изменяющуюся и развивающуюся.Исторически значимая задача и функция социального характера, по мнению Фромма, заключается в формировании и направлении человеческой энергии так, что она гарантирует более или менее успешную реализацию данным обществом своих целей, норм и идеалов, своей трудовой, культурной и духовной деятельности. В соответствии с такой ролью социального характера человек вынужден хотеть делать то, что он делает. По Фромму, современное индустриальное общество не получило бы своего развития, если бы оно не сумело посредством формируемого и поддерживаемого им социального характера большинства своих членов мобилизовать энергию людей в труде, в других формах общественной деятельности и жизни. Даже угроза и насилие были бы недостаточны для высокодисциплинированного, целенаправленного поведения ра- ботника в процессе производства сложнейших видов про-дукции во все более усложняющихся взаимодействиях с другими индивидами в современном обществе.
При подобном подходе Фромму видится, что социальный характер рабочего заключает в себе такие особенности, как дисциплина, точность в своих действиях, способность к совместной организованной работе, коллективизм и т.д.; характер крестьянина определяется эгоистически-индивидуалистической направленностью, осторожностью и т.п.
Мелкобуржуазному характеру соответствующих слоев и групп общества присуща неустойчивость в социально-политических установках, вызванная постоянно возникающими угрозами стабильности и прочности социального статуса их представителей со стороны общества, других классов. Отсюда склонность носителей этого типа характера к анархическому бунту и протесту, неприятие требований к организованности и порядку.Если ранний капитализм, по утверждению Э. Фромма, формировал у человеческих индивидов пуританское отношение к жизни, экономность и сдержанность в расходах и потреблении, тенденции к увеличению накоплений и сбережений, и это было одним из способствующих развитию капитализма условий, то капитализм середины и конца XX в. формирует в человеке комплекс черт человека-потребителя. Его главной целью является стремление к обладанию все большим количеством вещей, к безудержному потребительству, что также является одним из необходимых условий успешного развития современной капиталистической экономики. Здесь к тому же наблюдаются отмеченные западными социологами сопровождаю-щие эти процессы тенденции роста пассивности, бездуховности, агрессивности и страха таких индивидов.
Как показал противоречивый опыт становления нового типа личности в условиях строительства маргинального социума в странах с исторически унаследованными отсталостью и неграмотностью подавляющей части населения, как это имело место в России к моменту Октябрьской революции 1917 г., возникают большие трудности в формировании работника с требуемыми индустриальным производством качествами (компетентность, высокий профессионализм, высокая ответственность и т.д.).
Передовая прогрессивная философско-педагогическая мысль еще столетия назад выдвинула идею о всестороннем развитии личности. Между тем ныне некоторые из неомарксистов, в частности, Г. Маркузе, утверждают, что идея гармоничной, универсально развитой личности яв-ляется якобы утопией, сохраняющей свое значение в лучшем случае как привилегия для немногих.
А ведь эта идея соответствует в общем поступательному движению самого материального производства и тем самым совпадает с историческим развитием общества по пути прогресса. Если стремление к продуктивности, всесторонности своей личности составляет смысл и предназначение человека, то в этой идее — ядро гуманистической традиции, и отказ от нее означал бы поддержку дегуманизирующих тенденций в современном мире. В ортодоксальном фрейдизме и его современных разновидностях, например, просматривается ориентация на природно-биологические, более того, на сексуально-инстинктивные основы в трактовке личности. Это ведет к односторонним дегуманизирующим по сути представлениям о человеческой личности, вроде утверждений, что будто бы «личность — пучок инстинктов», «личность — это секс» и т.п.Бытовавшие у нас ранее наивные представления об универсальной личности будущего сменились сейчас бо-лее реалистической концепцией всесторонне развитой личности, способной успешно сочетать активную плодотворную деятельность в сфере общественного труда с участием в общественно-политической жизни, в научно-техническом и художественном творчестве. Сегодня речь идти даже может о еще более скромных критериях многосторонности и гармоничности личности: устранении в ее развитии явных противоречий между технической и гуманитарной культурами, преодолении отчуждения индивида от политики и активном и деятельном включении его в общественно-политическую жизнь и т.д.
Впрочем, в целом общекультурная тенденция современных постиндустриальных государств Запада в качестве необходимого условия решения глобальных проблем и задачи выживания человечества ориентирована, по словам Ф. Сарагосы, на всестороннее развитие человека. Перспективы цивилизационных процессов современного человечества, в которые стремится включиться и наше об- щество, направлены на приоритет личностного становления граждан, углубление индивидуализации личности.
В то же время ориентация на субъективность и индивидуализацию человека, диктуемая логикой развития современного общества и его производительных сил, науки, тех-нологии и техники, не означает возврата к классическому индивидуализму с его приоритетом индивида за счет общества.
Прав видный немецкий философ Ю. Хабермас, утверждая, что подлинная самость нашего «Я» необходимо предполагает экспектации (ожидания, реакции, взаимодейст-вия) alter Ego, социализацию, историю.В ходе идущих ныне социально-экономических преобразований, нацеленных на усиление человеческого измерения социума, ставится задача включения и использо-вания все более широкого спектра ценностей и побуждений индивида к труду и другим общественно-полезным формам деятельности. При этом в основе таких мотиваций предполагается формирование деонтологической (нравственно-императивной) парадигмы «Я — Мы». Но идущий в наши дни поиск эффективных мотиваций человеческой деятельности включает в себя вытеснение образа односторонне-рационального индивида и замену его образом более сложного человеческого существа с врожденными сильными и слабыми сторонами, с противоречиями рациональности и иррациональности и т.д. Новое мышление, ныне все более глубоко проникающее в культуру социального действия, стремится преодолеть па-губные технократические тенденции в жизни человека, роль которого в условиях НТР сводится зачастую к функции пассивного и, в конечном счете, придатка современных автоматизированных систем.
В свое время Н. Бердяев одним из первых обратил внимание на специфику проблемы «человек-машина». Он указывал, что тотальная технизация жизни в нашу эпоху формирует бездуховный и антигуманный образ человека, разрушающего посредством машины свое единство с природой, деформирующего свою гуманистическую иерархию ценностей. Человек может остановить этот фатальный процесс, по мнению Бердяева, если он сам поднимется на более высокий уровень человечности и духовности, осуществит, по выражению А. Печчеи, так называемую «человеческую революцию».
Одной из главных причин необходимости повышения нравственно-личностного потенциала человека является решающая роль научно-технического прогресса в современном обществе. От умения, профессионализма, культуры, творческого подхода к делу любого труженика зависит, в итоге, функционирование сложнейших и доро-гостоящих систем, устройств и приборов.
Растущая специализация общественного труда затрудняет возможности внешнего, административного контроля за деятельностью высокопрофессионального работника, эффективность работы которого будет все в большей степени определяться его личностными качествами.