В ЧЕМ ДОЛЖНА СОСТОЯТЬ ВЛ11ЖАЙ1ІІАИ, ПРАКТИЧЕСКИ ДОСТИЖИМАЯ ЦЕЛЬ РЕВОЛЮЦИИ
Мы признаем анархию (или, точнее выражаясь, то, что под этим словом обыкновенно подразумевается), по только как желательный «идеал» отдаленного будущего. Однако мы утверждаем, что слово анархия не выражает собою вполне идеала этого будущего: оно указывает только на одну его сторону, па одну, и совсем не существенную, черту будущего общественного строя.
Анархия — значит, безвластие.
Но безвластие есть только одно из неизбежных, логических последствий причины более коренной, более глубокой — равенства.Точно так же как и власть есть не причина, как утверждают анархисты, существующего социального зла, а лишь его необходимый результат.
Все общественные бедствия, вся социальная неправда обусловливаются и зависят исключительно от неравенства людей, неравенства физического, интеллектуального, эко-номического, политического и всякого другого.
Следовательно, пока существует неравенство хотя в ка-кой-нибудь сфере человеческих отношений, до тех пор будет существовать власть. Анархия немыслима, немыс-лима логически (не говоря уже о ее практической невоз- можности) без предварительного установления абсолют-ного равенства между всеми членами общества. И потому- то самая существенная, самая характеристическая черта будущего общества и должна выражаться не словом анархия, а словом — равенство. Равенство предполагает анархию, анархия — свободу; но и равенство, и анархия, и свобода, все эти понятия совмещаются в одном понятии, в одном слове, в слове — братство. Где братство, там и равенство, где равенство — там и безвластие, там и свобода.
Отсюда само собою следует, что никакая революция не может установить анархию, не установив сначала братства и равенства.
Но, чтобы установить братство и равенство, нужно, во- первых, изменить данные условия общественного быта, уничтожить все те учреждения, которые вносят в жизнь людей неравенство, вражду, зависть, соперничество, и положить основание учреждениям, вносящим в нее начала, противоположные первым; во-вторых, изменить самую природу человека, перевоспитать его.
Осуществить эту великую задачу могут, конечно, только люди, понимающие ее и искренно стремящиеся к ее разрешению, т. е. люди, умственно и нравственно развитые, т. е. меньшинство. Это меньшинство в силу своего более высокого умственного и нравственного развития всегда имеет и должно иметь умственную и нравственную власть над большинством.Следовательно, революционеры — люди этого меньшинства, революционеры, воплощающие в себе лучшие умственные и нравственные8 силы общества, необходимо обладают и, оставаясь революционерами, не могут не обладать властью.
До революции эта власть имеет чисто нравственный, так сказать, духовный характер, а потому она оказывается совершенно бессильной в борьбе с таким порядком вещей, в котором все основано на грубой материальной силе, все подчинено расчету алчного, своекорыстного, хищнического эгоизма. Революционеры это понимают и стремятся путем насильственного переворота обратить свою силу умственную и нравственную в силу материальную. В этой метаморфозе сил и заключается основная сущность всякой истинной революции. Без нее революция немыслима. Умственная сила, изолированная от силы материальной, может создать лишь так называемый мирный прогресс. С другой стороны, всякое нападение на существующий порядок вещей, пе руководимое и пе дисциплинированное силой умственной, может породить лишь хаотическое бро-жение,— движение бессмысленное, бесцельное и в конце концов всегда реакционное.
Но так как в современных обществах вообще, и в России в особенности, материальная сила сосредоточена в го-сударственной власти, то, следовательно, истинная рево-люция,— действительная метаморфоза силы нравствен-ной в силу материальную, — может совершиться только при одном условии: при захвате революционерами госу-дарственной власти в свои руки; иными словами, ближай-шая, непосредственная цель революции должна заклю-чаться не в чем ином, как только в том, чтобы овладеть правительственной властью и превратить данпое, консервативное государство в государство революционное.
Отрицать непреложпость этого условия, отрицать эту ближайшую цель всякой революции — значит или не понимать ее сущности, или сознательно стараться препятствовать ее практическому осуществлению.
И наша так называемая революционная заграничная пресса поступает вполне последовательно со своей антиреволюционной точки зрения, когда утверждает, что революционеры должны хлопотать не о том, чтобы сосредоточивать в своих руках государственную власть, т.
е. материальную силу, а о том, чтобы разрушить эту власть, чтобы оставаться и после переворота такими же бессильными и безоружными, какими они были до революции, каковы они теперь.Она не хочет истинной революции. Она мечтает или о мирном прогрессе, или о беспорядочном, хаотическом, а потому бесцельном брожении. В обоих случаях ее идеалы не выходит за пределы буржуазного миросозерцания и по существу своему безусловно консервативны. Ее проповедь анархии вполне ей соответствует.
В самом деле, что такое анархия без предварительного практического осуществления идей братства и равенства? Это — хищническая борьба человека с человеком, это — хаос противоречивых интересов, это — господство индивидуализма, царство алчного, своекорыстного эгоизма — одним словом, это — именно то, что дает содержание так называемому мирному прогрессу, то, что составляет сущность буржуазного общества.
Итак, ближайшая цель революции должна заключаться в захвате политической власти, в создании революцион- ного государства. ІІо захват власти, являясь необходимым условием революции, не есть еще революция. Это только ее9 прелюдия. Революция осуществляется революционным государством, которое, с одной стороны, борется и унич-тожает консервативные и реакционные элементы общества, упраздняет все те учреждения, которые препятствуют установлению равенства и братства, с другой — вводит в жизнь учреждения, благоприятствующие их развитию.
Таким образом, деятельность революционного государства должна быть двоякая: революциоипо-разрушптель- пая и революционно-устроительная.
Сущность первой — борьба, а следовательно, насилие. Борьба может вестись с успехом только при соединении следующих условий: централизации, строгой дисциплины, быстроты, решительности и единства в действиях. Всякие уступки, всякие колебания, всякие компромиссы, многоначалие, децентрализация борющихся сил ослабляют их энергию, парализируюг их деятельность, лишают борьбу всех шансов на победу.
Деятельность революционно-устроительная хотя и должна идти рука об руку с деятельностью разрушительной, но она по своему основному характеру должна опираться па принципы, совершенно ей противоположные.
Если первая преимущественно опирается на силу материальную, то вторая — па силу нравственную; первая имеет прежде всего в виду быстроту и единство в действиях, вторая — прочность и удобопримеияемость вводимых в жизнь перемен. Первая осуществляется насилием, вторая — убеждением; ultima ratio10 одной — победа, ultima ratio другой — пародпая воля, народный разум. Обе эти функции революционного государства должны быть строго разграничены: отличаясь непреклонностью в борьбе с консервативными и реакционными элементами общества, его конституционная деятельность, напротив, должна отличаться эластичностью, умением приспособ-ляться к данному уровню народных потребностей и народного развития. Чтобы не удаляться от этого уровня, не впадать в утопии, чтобы дать жизненную силу своим реформам, оно должно окружить себя органами народного представительства, Народной Думы11, и санкгировать их волей свою реформаторскую деятельность. В то же время оно должно постоянно стремиться к расширению народного развития, к поднятию уровня его нравственных идеалов. И тут ему открывается широкое поприще дляпропаганды — той пропаганды, о которой мечтают папти буржуазные псевдореволюционеры.
Мы признаем вместе с ними, что без пропаганды социальная революция не может осуществиться, не может войти в жизнь. Но мы утверждаем, в противоположность им, что пропаганда только тогда и будет действительна, целесообразна, только тогда и принесет ожидаемые от нее результаты, когда материальная сила, когда политическая власть будут находиться в руках революционной партии.
Следовательно, не она должна предшествовать насиль-ственному перевороту, а, паоборот, насильственный переворот должен ей предшествовать.
Упрочив свою власть, опираясь иа Парадную Думу и широко пользуясь пропагандой, революционное государство осуществит социальную революцию рядом реформ в области экономических, политических п юридических отношений общества,— реформ, общий характер которых должен состоять: 1) в постепенном преобразовании современной крестьянской общины, основанной иа принципе временного, частного владения, в общитту-коммутту, ос-новывающуюся на принципе общего, совместного пользо-вания орудиями производства и общего, совместного тру-да; 2) в постепенной экспроприации орудий производства, находящихся в частпом владении, и в передаче их в общее пользование; Я) в постепенном введении таких общественных учреждений, которые устраняли бы необходимость какого бы то ни было посредничества при обмене продуктов и изменили бы самый его припцип,— принцип буржуазной справедливости: око за око, зуб за зуб, услуга за услугу,— принципом братской любви и солидарности; 4) в постепенном устранении физического, умственного и нравственного неравенства между людьми при посредстве обязательной системы общественного, для всех одинакового, интегрального воспитапия в духе любви, равенства и братства; 5) в постепенном уничтожении существующей семьи, основанной тта принципе подчиненности женщины, рабства детей и эгоистического произвола мужчин; 6)'в развитии общинного самоуправления и в постепенном ослаблении и упразднении центральных функций государственной власти.
97
7 П.
II. ТкачевТакова должна быть, по пагаему мнению, в самых общих чертах программа деятельности революционного государства. Входить в подробности здесь не место. Но журнал
наш ставит одной из своих задач дальнейшее развитие и уяснение этой программы. Мы полагаем, что такое разви-тие и уяснение в настоящее время существенно необхо-димы.
Насильственный переворотом не оканчивается дело революционеров, напротив,— им оно начинается. Захватив в свои руки власть, они должны суметь удержать ее и воспользоваться ею для осуществления своих идеалов; а для этого у них должна быть прежде всего ясная, точная, строго определенная, последовательно выдержанная программа. Не имея ее, они будут действовать ощупью, впадать в постоянные, неизбежные противоречия и своею непоследовательностью погубят себя.