«Память» биогеоценоза (ландшафта)
В последние годы у почвы выделяют еще одну фундаментальную информационную функцию — функцию «памяти». Так, Д. Л. Арманд (1975) считает, что почва является памятью ландшафта.
Д.
И. Берманд и С. С. Трофимов (1974) рассматривают почву как память, в которой зафиксирована программа возможностей функционирования связанных с почвой биоценозов, так как процессы и свойства почвы представляют, по их мнению, механизм, возникший в результате адаптации биоценозов к окружающей среде.Интересна концепция В. О. Таргульяна и И. А. Соколова (1975, 1978) о двуединой природе почвы, согласно которой почвенное тело состоит из почвы-памяти — комплекса устойчивых свойств и признаков, возникающих в ходе всей истории ее развития, и почвы-момента — совокупности наиболее изменчивых процессов и свойств почвы в момент наблюдения.
Авторы отмечают, что из всех компонентов ландшафта (биогеоценоза, экосистемы) почва обладает наиболее выраженной способностью к отражению факторов географической среды и записывает, хранит в своем генетическом профиле наибольшее количество информации. Эта способность связана прежде всего с двуединой природой почвы. Благодаря почве-памяти происходит накопление и хранение информации о длительных отрезках развития географической среды. С помощью же почвы-момента происходит быстрое отражение сиюминутных изменений этой среды. В. О. Таргульян и И. А. Соколов (1978) обращают внимание на то, что «почвенная память» ландшафта существенно отличается от биологической («генной памяти») биоценоза. Это связано прежде всего с тем, что почва полностью зависит ют условий среды и в отличие от живых организмов не может «мигрировать вслед за факторами среды».
В концепции почвы-памяти и почвы-момента важное место занимают вопросы скорости, полноты отражения профилем изменений ландшафтов. Их анализ (Таргульян, Соколов, 1978) показал, что различные свойства и компоненты почвы отражают факторы и процессы почвообразования с разной скоростью.
Поэтому удобно пользоваться понятием «характерное время» (Арманд, Таргульян, 1974). Под характерным временем какого- либо природного объекта или его отдельных компонентов понимается время, которое необходимо для того, чтобы данный объект и его составляющие, развивающиеся под влиянием определенных факторов среды, пришли в равновесие с этими факторами.Характерное время почвенного профиля в целом иное, чем у отдельных его компонентов. Так, на образование зрелого почвенного профиля требуются сотни, тысячи и десятки тысяч лет, в то время как характерное время у отдельных составляющих почвы оказывается намного меньше. Например, у влажности, температуры оно может составлять часы, сутки; у почвенных растворов — сутки, месяцы; почвенного поглощающего комплекса — месяцы, годы; горизонтов Ао и солевых горизонтов — годы, десятки лет и т. д. ■ ■
В. О. Таргульян и И. А. Соколов (1978) обращают внимание на то, что, с одной стороны, почва отражает среду, «записывая, запоминая, кодируя» в генетическом профиле информацию о факторах почвообразования; с другой стороны, почва, отражая среду, стремится превратиться в продукт, равновесный с данной комбинацией факторов почвообразования. В ходе этого максимально полное отражение среды почвой наступает тогда, когда все почвенные свойства реализовали свои характерные времена (полный климакс почв[1]); при этом под полнотой отражения среды почвой понимается степень приближения почвы к полному климаксному состоянию (Таргульян, Соколов, 1978).
Следует отметить, что приобретение почвой новой информации нередко сопровождается потерей уже имеющейся. Например, в позднеплейстоцен-голоценовое время на Русской и Западно-Сибирской равнинах происходила неоднократная смена природных условий, обусловившая формирование сложных поли- генетических профилей с богатой информацией о различных стадиях развития природного комплекса. Однако в результате трансформации почв в соответствии с изменившимися условиями среды многие профили стали утрачивать часть информации о ней.
Наиболее ярким примером этого может служить деградация реликтовых гумусовых горизонтов в почвах юга лесной зоны, особенно в пределах Русской равнины.Такие периодические преобразования генетического профиля приводят не только к определенной утрате имеющейся информации, но и затрудняют ее расшифровку. Поэтому почва не является адекватным отражением факторов и процессов почвообразования, а расшифровка накопленной информации оказывается весьма сложной процедурой, которую, по образному выражению В. О. Таргульяна и И. А. Соколова, «можно сравнить с чтением книги, в которой на одних и тех же страницах писали многие авторы, каждый писал о своем, но все они дополняли, исправляли и частично зачеркивали друг друга; страницы этой книги перепутаны, а часть их утеряна» *. Сложность расшифровки информации, содержащейся в почвенном профиле, сильно осложняется тем, что законы ее наложения, усиления и стирания исследованы пока явно недостаточно.